Об ушедшем народном артисте – обозреватель «Абзаца» Михаил Дряшин.
Он был воистину умным человеком и воистину серьёзным актёром, от ума и выбравшим себе на определённом этапе дорогу полегче. Покинул сложного Эфроса, ну его, у Плучека было спокойнее. И потом его красиво проводил.
А кровью сердца долго не протянешь. Не стоит она того, кровь-то.
Да и жизнь не стоит того, чтобы из-за неё умирать. И в этом Ширвиндт был прав. На иронии и видимой лёгкости, имея в загашнике один и тот же набор беспроигрышных приёмов, дотянул почти до девяноста лет.
Оставался бы «серьёзным» актёром – кончился бы намного раньше. Как тот же Миронов. Но умён был, ой как умён.
А он ведь – целая эпоха. По-настоящему драматическим лицедеем его вряд ли кто помнит, разве что фантомными кусочками вроде пронзительного эпизода из «Маленьких комедий большого дома» или незабываемой роли Топтыгина в слабой, в общем-то, ленте «Ещё раз про любовь».
Зато ироничным хохмачом Ширвиндта знают все. Любила вся страна от мала до велика, совершенно не чувствуя сословных различий. Он сумел быть интересен всему народу. Редкий дар.
Народ запомнил его острословом, мастером многозначительных уморительных пауз. Умных пауз. Интеллигентской же прослойке всякий раз казалось, что он-то точно «понимает всё». Как бы там ни было, Ширвиндт не ходил с пикой на ветряные мельницы. Не уподоблялся восторженным идиотам.
А ещё он был успешный главреж. А ещё фанатичный рыболов.
А в личной жизни – однолюб. Сам о себе удивлённо замечал, что увы. А, казалось бы, этот кот мог перетоптать кого угодно. Посмотрел бы я на ту, что устоит. Но он не покушался.
Никто на него не был похож даже отдалённо. И не будет вовеки.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.