Летняя ночь пахнет перегретым асфальтом и кофе. Пустое шоссе подсвечено вывеской придорожного кафе. В густом подлеске стрекочут насекомые, покрикивают ночные птицы. На парковке дремлют многотонные фуры, украшенные яркими логотипами разных фирм. Тёмный лес выплюнул пошатывающуюся фигуру, что сразу попала под свет вывески.
Мужчина закрылся руками, замер на мгновение, ошалело оглядываясь. Одежда свисает рваными лохмами, волосы спутаны, а джинсы порваны на заду. Затем побрёл через парковку мимо тягачей, походкой такой, будто зажал меж ног бочонок пива. Вздрагивая от резких звуков и света фар, от изредка проносящихся по шоссе авто.
Двери распахнулись от толчка плечом, мужчина зашатался и почти упал, успел схватиться за спинку диванчика. Одного из множества, обтянутого потёртым кожзамом. Взгляды посетителей впились в него. Дальнобойщики умолкли, пуча глаза и моргая, силясь понять не глюк ли это.
Официантка, стоящая за стойкой, выронила сигарету в бумажный стаканчик с кофе. Мужчина, хватаясь за диванчики и плечи дальнобойщиков, ковыляет к ней, силясь, что-то сказать, но лишь беззвучно разевая рот.
— Господи Иисусе, Билл! — Выпалила девушка, перемахнула через стойку и бросилась навстречу. — Боже, я думала ты умер!
Дальнобойщики заметно оживились, кто-то потянулся за телефоном, вызвать 911. Остальные зашикали на дурака, намечается хорошее представление, лучше снимай на камеру.
Официантка крепко обняла Билла, потянула на диванчик, но тот яростно затряс головой. Вцепился ей в плечи и пролепетал, глядя в глаза:
— Мэг… о, Мэг… это правда ты? Сколько меня не было?
— Три дня! Где ты был?!
— Я… я… меня похитили пришельцы!
Дальнобойщики, как по команде, издали смесь смешка и вздоха разочарования, отвернулись. Остался только «зритель», снимающий несчастного на камеру нового телефона. Явно намерившийся залить видео в какой-нибудь тик-ток или ютуб. Говорят, там нынче шальные деньги можно срубить. Да вот только не на очередном психопате. В США таких пруд пруди, прямо на улицах табунами бродят. Подумаешь, очередной словил бэдтрип, таким никого не удивишь. Сейчас наверняка начнёт загонять про анальное зондирование или ещё какую фигню.
— Я особенный, Мэг! Понимаешь? Я действительно особый! Они сказали, я должен нести их слово людям! Ведь они скоро прибудут с огромным флотом, дабы поработить всех.
— Тише, Билл, успокойся. — лепечет официантка — Лучше присядь, я сейчас воды принесу.
Парень активно замотал головой, на лице отразилась мука и стыд.
— Нет…я лучше постою…
Лицо Мэг дёрнулось, проступила гримаса отвращения и жалости. Дальнобойщики взорвались гулким хохотом. Ну всё понятно, парнишку не просто накачали веществами, а до треска задницы. Самый толстый и бородатый дальнобой через смех выдавил:
Ох, парень, ну давай расскажи нам, как пришельцы прилетели с другого конца вселенной, только чтобы опробовать твой задок! Ух…он у тебя, должно быть, просто офигенный! Лучшая задница во вселенной, не меньше!
Парень стушевался, слабо промямлил:
— Я не вру, правда! Всё так и было…
— А я британская королева! Давай, иди проспись.
— Пришельцы…ох, вроде и старая шутка, а каждый раз смешно до колик.
— Это что, в прошлом месяце в Алабаме чёрного прозондировали, так он месяц твердил, «Я — Иисус!». — Подключился другой, от смеха прижав ладони к трясущемуся пузу.
***
По орбите медленно движется блюдце космического корабля, абсолютно невидимое для людской техники. Первый пилот, после долгой тишины, оторвался от созерцания последствий эксперимента над человеком, спросил:
— Это обязательно было делать?
— Что?
— Вот это!
Пилот ткнул пальцем в лежащий на полу продолговатый предмет, толщиной с бейсбольную биту, утыканный бугорками различной длины и ширины.
— Ну серьёзно, мы что, реально пролетели полгалактики, чтобы заделать аборигену ректальное зондирование вот этим?
— Ой да ладно тебе, смешно же было!
— Угу…
— Тем более, у него такая шикарная задница…
— ЧТО?!
— Что?