Вечеринки, особенно с сомнительным дресс-кодом (исключение можно сделать разве что для водолазок), стали табу в светской жизни Москвы, зато индустрия званых обедов расцвела с новой мощью. Флористы соревнуются в искусстве украшений столов самыми редкими и дорогими растениями, повара шлифуют умение подачи блюд, ориентируясь не иначе как на легендарного француза Франсуа Вателя, музыканты взвинчивают гонорары. Впрочем, главным мастерством по-прежнему считается талант позвать правильных людей и рассадить их так, чтобы они не захотели уйти даже после выноса последнего десерта.
В соревновании за звание лучшего гест-менеджера города мелькают имена и знаменитого продюсера Михаила Друяна, ставшего в свое время серым кардиналом светской жизни глянца, и бывшего светского хроникера Vogue Евгения Заболотного, и главного организатора всех светских вечеринок с дивами запрещенных соцсетей Идриса Гитинаева. Но всех их играючи обходит жена владельца White Rabbit Family Ирина Зарькова, которая из успешной светской дамы и героини обложки Tatler переквалифицировалась в PR-директора компании, отвечающего за списки всех VIP-гостей холдинга. Теперь даже маленький обед в честь наступления весны в ресторане White Rabbit становится событием месяца. Редко выходящие в свет бизнес-леди Оксана Лаврентьева и художник Анастасия Локтаева, эффектная Катя Мцитуридзе, улыбчивая Анна Цуканова-Котт — главная царевна-лебедь ресторанного мира собрала затейливый микс гостей попробовать весенний сет от Владимира Мухина. Ретро по-прежнему беспроигрышный вариант, так что включенным для атмосферы песням про желтые тюльпаны и алые розы светская Москва подпевала почти хором, сбившись разве что только на Стасе Михайлове. Впрочем, его тоже все знали наизусть, но признаться в этом оказалось неловко.
Самые интересные разговоры крутились, конечно, у стола медиапродюсера Кристины Потупчик и блогера Алексея Жидковского — там полгорода икало без остановки, отвлечь эту компанию от обсуждения горячих новостей (и дать городу перевести дыхание) с трудом удалось только первой весенней корюшке. Изящная корюшка от Мухина смогла заинтересовать даже стремящуюся к образу Одри Хепберн светскую даму Наташу Максимову и увлеченную ЗОЖем дизайнера Вику Газинскую, по легким силуэтам которых было понятно, что они в принципе ничего не едят.
По этой ли или по какой-то другой причине, но ни Газинской, ни Максимовой не оказалось на ужине в честь 25-летия ювелирного дома Cluev, где снова готовил Мухин. Впрочем, при всех талантах знаменитого шеф-повара это был тот редкий случай, когда поразительная еда и впечатляющий весенний декор не были главными. Об одном из самых известных российских ювелиров последних десятилетий решили рассказать с эффектной программой, присущей приемам крупнейших мировых брендов. Такого Москва последние пару лет не видела, но, судя по довольной улыбке организатора вечера продюсера Дмитрия Дудинского, для амбициозных российских компаний это только начало. На опустевший после ухода международных марок рынок роскоши начали выходить игроки домашней команды. И знаменитое пристанище дорогих международных брендов — «Берлинский дом» на Петровке — стало местом открытия флагманского бутика Cluev.
Яна Рудковская обменивалась воспоминаниями о моде нулевых с фэшн-экспертом Лидией Александровой, молодой отец Константин Крюков рассказывал о погружении в волшебный мир пеленок, журналист Юлия Пош блистала чокером с изумрудом из грядущей коллекции собственной марки. В соответствии с концепцией ужина а-ля рюс Владимир Мухин кормил гостей окрошкой на огуречном рассоле и печеной картошкой с осетровой икрой — и ни одна из известных светских красавиц угощением не манкировала. За полупрозрачным экраном с изображением самых впечатляющих украшений бренда Cluev пируэты артистов балета чередовались с выступлениями оркестра, Чайковский призывал верить в смену времен года, романтичный Крюков с красавицей артисткой Еленой Дудиной читали написанные к ужину в стиле русской классики стихи о весне — и присутствующие гадали по ритму, Тютчев это или Фет. А затем дивной сиреной на сцену вышла специально прибывшая из Лондона солистка Венской оперы Аида Гарифуллина, и зал задрожал от волнения.
Для полного счастья не хватало только народных песен и хороводов, но тут же была спета «Во сыром бору тропина», девушки в льняных сарафанчиках и бриллиантах Cluev закружились в традиционных па, к выходу маэстро Мухина и выносу торта все были уже окончательно очарованы и разве что чепчики в воздух не бросали. Расходились неохотно, с тяжелыми каталогами бренда под мышкой, напевая «Девицы-красавицы» из только что услышанного отрывка из «Евгения Онегина»: масленичные гулянья в городе еще идут, мелодия эта еще пригодится.