1. Павел Манаков вспомнил все запреты: "У нас фотоаппараты были под запретом. Лишь на присягу фотограф какой-то гражданский шабашил. Тем не менее, фотоаппараты в ротах у кого-то были.
А фотолаборатория - на КП, распечатывали снимки (объективный контроль). Ну и снимки для дембельских альбомов заодно. Радиоприёмники – тоже под запретом. Но радиотрансляция по части работала.
А когда над нами пролетал "Челленджер", то вообще всё отключали. Даже проигрыватели пластинок были под запретом. Но весной 86-го года всё-же разрешили. И поставили в Ленинской комнате "Аккорд".
К нему пачку пластинок - наша эстрада: Пугачёва, Ротару, Кузьмин и ещё кто-то. И зарубежная- Альбано и Ромина Пауэр, Тото Кутуньо, Ричи э повери. И самая популярнейшая - Arabesque. И всем, кто отправлялся в отпуск (а это было редкостью) давалось задание - привезти новые пластинки.
И ещё один случай: заступаем в ночную смену. Делаю проверку линий связи - с телеграфом, ПРЦ, КРОССом. И на одной линии с приёмного, которой мы не пользовались, слышу - поют итальянцы. Прислушался - Сан-Ремо…
Тут же сообщил всем желающим нашей смены (а все точки тогда были выключены и никакой проводки не велось), где всё это можно послушать. Оперативные дежурные, если бы и узнали, то и сами бы послушали...".
2. Сергей Уваров добавил: "В РВСН связь с миром - это просмотр телевизора строго в отведенное время и политинформация в Ленкомнате. Какой там радиоприемник, простого радио и то не было! О том что служу недалеко от жд . ст . Жмеринка узнал почти под " дембель " …
Фотографировал офицер из штаба полка ( только у него был допуск к этому делу ), запрещены были фотографии изделий и снимки на БСП . С пулеметом или автоматом - пожалуйста, не запрещали .
Когда выносили на плац знамя полка даже номера не увидишь - был зашит красным квадратом из " кумача " . О том что проходил службу в Краснознаменной Винницкой 43 ракетной армии, отдельный 60 ракетный полк - узнал уже после службы . ПРИКВО , 1979 - 1981 г.г.».
Подписаться или поставить лайк – дело добровольное и благородное…
