Утром по железнодорожному перрону размашисто шагал человек. Он был высокий и толстый, с тяжелой тростью и очень злой. Он шел быстро и резко толкал возникающих на его пути людей. Толкнул девушку -- она чуть не отлетела; толкнул парня -- он пошатнулся... Потом подъехала электричка и я потеряла этого опасного для общества субъекта из виду. Но ненадолго. Потому что на станции Царицыно, куда направлялась электричка, разгорелся скандал. Кто-то ожесточенно качал права, требовал, чтоб железнодорожный служащий -- даже служащая, потому как -- дама -- пропустил его немедленно и без очереди. В противном случае он "всем мразям оторвет головы". Нетрудно догадаться, что нарушителем спокойствия опять выступил тот самый дородный человеконенавистник. И меня поразила безропотность москвичей. Встреться такой "людоед" в Красноярске -- городе, где я прожила много лет -- его бы тут же поставили на место, вызвали полицию и телевидение в придачу. А здесь он чувствует себя героем, и, как ни в чем не бывало, п