Историческая проза Флобера - это зрелищная литература. Все в ней направлено на создание визуального эффекта, это, собственно, цель и смысл. Поэтому при чтении и возникает сомнение: а не графоман ли ты, дружище? - в самом деле, "Легенда о святом Юлиане", к примеру, является чистой воды рерайтом, нет у автора никакой другой задачи, кроме как живописно переписать средневековую легенду; вполне графоманская задача, если рассматривать литературу как искусство создавать общие и частные, но самобытные смыслы. У Флобера мыслей нет - только анфилада самоценных картин, бери любую из ряда, в рамку и на стенку. Ощущение, что парень перепутал литературу с живописью. То же наблюдалось в рассказах Готье - бесконечные описания ради описания. Ну, не додумались люди, что живописание в литературе тоже может выполнять комплексную художественную задачу, работать на раскрытие характера персонажа, идеи произведения, контрастировать, подчеркивать, петь каноном. Пышные, как сдоба, исторические фил