Наша психика, т.е. наши чувства, отношения, ощущения, наши бессознательные реакции и осознанные мысли, тесно связаны с нашим телом. Гормоны, белки и различные другие вещества контролируют, чувствуем ли мы себя счастливыми, испытываем ли тревогу или сексуальное желание.
Наши воспоминания в значительной степени хранятся в бессознательной долговременной памяти и используют их для создания паттернов, с помощью которых мы справляемся с повседневной жизнью. Эти предсознательные паттерны, в свою очередь, связаны с нашими состояниями ума, которые, в свою очередь, связаны с собственными субстанциями тела.
Таким образом, не существует такой вещи, как психика, независимая от тела, так же как не существует тела, отделенного от ума. Таким образом, нейробиология и биохимия человеческого тела обещают важные идеи для диагностики психосоматических расстройств.
Например, мочеполовые органы также являются половыми органами и отвечают за выведение переваренной пищи. Они так же тесно связаны как с психологическими, так и с физическими потребностями, которые неразрывно связаны с нашими идеями, установками и опытом.
Поэтому здесь необходимы исследования, чтобы определить, могут ли физические заболевания этих органов иметь психологические причины. И наоборот, как органические заболевания в мочеполовой сфере влияют на психику.
Психотерапия и психосоматика
Лечение тревожного расстройства означает работу с вещами, которые вызывают тревогу, в поведенческой, разговорной и психотерапии. Вместо того, чтобы вытеснить их «позитивным мышлением».
Психосоматические расстройства не могут быть вылечены больными, игнорируя свои страхи. Скорее, им нужно осознать страхи и принять способ работы с ними.
На первом этапе пострадавшие учатся распознавать свои бессознательные автоматические мысли, возникающие в результате страха. Это дает им возможность понять свою искаженную реальность как конструкт.
Страхи остаются, но те, кого это касается, теперь могут рационально дифференцировать себя от них. Проще говоря, человек, страдающий фобией кошек, будет продолжать испытывать спазмы желудка при одной мысли о кошке, но поймет, что настоящие кошки не представляют опасности.
Второй шаг более сложный. Теперь терапевт и пациент вместе исследуют, какие оценки, установки и автоматические мысли искажают реальность, внимательно изучая симптома подобные реакции на стрессовые ситуации.
Поначалу они не ясны ни терапевту, ни тем, кто на него повлиял. Они исследуются с помощью таких техник, как работа со сновидениями, воспоминания или ролевые игры.
Только теперь пострадавшие могут перестроить свои когнитивные способности. То есть теперь они распознают скрытые базовые убеждения, которые связаны с их страхами, подвергают их сомнению и встряхивают их.
Чем меньше пострадавшие убеждены в своих собственных предположениях, тем лучше они могут разработать более «функциональные» оценки, чтобы лучше справляться с тревожными ситуациями. На третьем этапе они приобретают новый опыт, который разрывает порочный круг страха и, в лучшем случае, в конечном итоге заменяет его.
Интернализованные страхи, которые проявляются в физических симптомах, могут быть преобразованы только через интернализованный опыт.
Например, она спрашивает коллегу, который пробежал мимо нее, не поздоровавшись, почему она не поздоровалась. Она узнает, что ее коллега спешила на встречу и что пропавшее приветствие не имеет никакого отношения к ней лично.
Терапевтическое лечение психосоматических заболеваний не является «стандартной процедурой». Это всегда требует лично опосредованной проверки реальности с индивидуальным опытом каждого отдельного человека, которого это касается.
При успешной психотерапии физические симптомы также облегчаются. Тем не менее, физические страдания, как правило, требуют отдельного лечения.
В целом, психологические и физические симптомы являются попыткой организма справиться с критическими ситуациями. Таким образом, они указывают на проблему, которую необходимо решить.
Автор: Копытин Михаил Владимирович
Специалист (психолог)
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru