Бедная жена богатого мужа. Часть 14
Все части романа здесь
- На свидание? – я нахмурила брови – именно поэтому ты заглядывал ко мне через забор?
Борис смущённо откашливается:
- Видишь ли, Лера, когда я что-то делаю во дворе, я даже иногда слышу, как кипит жизнь у тебя. А сегодня ничего этого не было весь день. У тебя было так тихо. К вечеру я запереживал, не случилось ли чего. Пошёл посмотреть – ни собаки, ни тебя…
- Я была у Семёна Фролова. Он уехал и попросил меня побеспокоиться о Димке и Капитолине Егоровне.
- Уехал? Как странно… А куда и надолго ли?
- Почему тебя это так интересует? – насторожилась я.
- Да просто… Он сильно не уезжает никуда, у него же фермы.
- Он уехал по делам в город, наверное, по бизнесу какие-то вопросы.
- Лера – он несмело взял меня за руки. Найда тут же зарычала – я скучал по тебе, Лера. Пойдём, прогуляемся, на озере сейчас так хорошо! И очень красиво!
Почему, когда он прикасается ко мне, моё сердце трепещет и сжимается?
- Пойдём, но с условием, что с нами пойдёт Найда.
- Да хоть всех бери – смеётся он – главное, чтобы ты была рядом.
Мы отправляемся на озеро. Небо уже вовсю освещается огромной, какого-то странного, лиловато-жёлтого цвета, луной. Лунная дорожка стелется по спокойной глади озера, играет с мелкими барашками волн, отчего цвет её меняется – то бледнее, то ярче. Никогда я не видела столь красивой картины. Озеро уже не кажется таким враждебным, как это было бы обычной безлунной ночью, его тёмное жерло не пугает, а даже манит к себе, приглашая искупаться в тёплых, нагретых дневным солнышком, водах.
Мы идём по тропинке вдоль озера и разговариваем. Я ловлю себя на мысли, что Борис никогда не спрашивает меня о моём прошлом, о том, откуда я, почему приехала в «Счастье». Это очень импонирует мне, и я признательна ему за то, что он не устраивает эти вот «копания» в моей душе.
Борис рассказывает о своей семье, о том, кем он хотел стать, когда был подростком, о своих родных. Оказывается, он единственный ребёнок в семье, больше никого нет. И после того, как не стало его родителей, остался совсем один.
- Знаешь, о чём я всегда мечтал? – спрашивает он меня – эта мечта и сейчас живёт в моём сердце, Лера, и я так надеюсь, что у меня получится когда-нибудь её осуществить.
- И что это за мечта? – спрашиваю его.
- Я хочу заработать много-много денег и посмотреть, наконец, мир. Объездить всю планету, посетить каждый уголок земного шара…
- Хорошая мечта. А почему ты не переберёшься в город? Там ведь больше перспектив на хорошие заработки. Твоя мечта могла бы осуществиться быстрее.
- Ну, это совсем не мой вариант. Город – это суета, множество людей, невероятная конкуренция. Да, в районе тоже, но я лучший автослесарь, и многие предпочитают обращаться именно ко мне. Кроме того, я единственный на весь район занимаюсь тюнингом и нанесением надписей и рисунков на машины. А многие это обожают. Есть те, кто эти картинки и цвет машин раз в полгода меняет, а это хорошие деньги, Лера. А ты о чём мечтаешь?
- У меня всё просто – усмехаюсь я – хочу жить в «Счастье», чтобы у меня был свой уютный дом, чтобы слышать по утрам крик петуха, мычанием коровок, ходить по вечерам в баньку и наслаждаться тишиной и покоем. По утрам бегать купаться на озеро и просто любить своих животных. Встречать гостей в уютном доме, подавать им свежую сметану и сливки, густой творог и мёд, ходить в магазин за шоколадными конфетами, а вечером слушать пение птиц под окном. И много-много цветов!
- Разве это мечта? – смеётся Борис – Лера, да ты совсем не умеешь мечтать! Ну, и даже если это мечта – разве она уже не осуществилась у тебя?
- Не совсем – говорю я с досадой.
- И чего же не хватает? Или… кого?
Я хочу ответить ему: «Покоя», но решаю, что не стоит этого делать – мало ли что он может подумать.
- Наверное, петуха! – смеюсь я.
- Могу подарить – тут же предлагает он – у меня их целых три. Подарю самого задиристого.
- Нет, спасибо, пока не надо. Мне сначала нужно научиться ухаживать за ними, я никогда не смотрела за птицей.
Мы прогуливаемся вдоль озера, и когда возвращаемся назад, Борис вдруг предлагает:
- Не хочешь искупаться? Вода – как парное молоко.
И первый с гиканьем и криками бежит к воде, на ходу снимая с себя одежду. Найда несётся за ним с громким лаем. Я приближаюсь к воде, сомневаясь, стоит ли поступать так, как Борис, опускаю на тёплый песок Дымка, медленно раздеваюсь. Хорошо, что я не стала снимать купальник после того, как мы с Димкой весь день провели на озере.
Борис самозабвенно ныряет в воду, не обращая на меня никакого внимания. Окунаюсь в тёплое, нагретое за день, озеро, с удовольствием плыву, потом переворачиваюсь на спину и лежу так, глядя в звёздное небо, ни о чём не думая. Пока наконец эту картину звёздного полотна не закрывает лицо Бориса. От неожиданности я даже вскрикиваю, а он смеётся:
- Ты что, уснула, что ли?
- Да не уснула я – смеюсь ему в ответ – просто задумалась.
Мы начинаем беситься и плескаться, на берегу лает Найда, наблюдая за нашими играми, словно призывая возвращаться на берег. А мы не можем остановиться. Давно мне не было так весело.
В один из моментов Борис ловит меня руками и прижимает к себе. Я чувствую, как совсем рядом бешено колотится его сердце, вижу в темноте его глаза и вдруг понимаю, что мы находимся где-то на самой середине лунной дорожки.
- Смотри, как красиво – шепчу ему, показывая на огромное око луны, смотрящее прямо на нас.
- Да – говорит он и снова поворачивается ко мне – и ты… красивая.
Мы застываем, глядя друг на друга, и время застывает тоже. Надолго. Его глаза гипнотизируют меня, и сопротивляться я не способна, а потому отвечаю на его лёгкий, и в тоже время страстный, пронзающий от пяток до макушки, поцелуй. Его руки гладят меня по мокрым кудряшкам волос, по телу в воде. В какой-то момент прихожу в себя, отталкиваю его.
- Это уже слишком, Боря.
- Прости – говорит он – я не мог… сдержаться. Лера, мне для моей мечты просто необходим спутник рядом. Что ты об этом думаешь?
Не отвечаю ему, плыву к берегу, он за мной, потом встаёт, берёт меня на руки и выносит. Осторожно опускает на гладкий валун.
- Обсохнем и пойдём домой? – спрашивает меня. Глаза его блестят в темноте счастливым блеском, и я чувствую, как лёгкая дрожь пробегает по моему телу при воспоминании о его поцелуях.
Мы долго валяемся на песке. Борис больше не делает попыток поцеловать меня – он склоняется надо мной, срывает травинку и водит ею по моему лицу, губам и телу. Ощущение сказочное, и мне хорошо от того, что он больше ни на чём не настаивает.
Когда возвращаемся домой, он вдруг оглядывается и говорит мне:
- Нет, ты только посмотри на эту тёплую компанию!
Найда, осторожно держа зубами за холку, несёт уснувшего Дымка, а тот, покачиваясь у неё в пасти, беззаботно посыпает, закрыв глазки.
- Ну, чисто мамаша – усмехаюсь я и глажу собаку – заботливая ты моя девочка.
Мы тихонько смеёмся – настолько умилительная картина перед нами.
У ворот прощаемся, и я ловлю себя на мысли, что мне нравится то, что Борис не торопит события. Не зовёт к себе «на рюмку чая», не спрашивает, не хочу ли я пригласить его в гости… Я ещё и сама не могу разобраться в том, что испытываю к нему и нужны ли мне эти отношения, и, по всей видимости, он это понимает.
Падаю в постель и засыпаю без всяких мыслей, с улыбкой на губах. А утром не узнаю себя в зеркале – на меня смотрит светящаяся от счастья девушка с забавными кудряшками и стройной фигуркой. Задорная улыбка, блестящие счастьем глаза – когда я была такой в последний раз? Наверное, до встречи со Стасом.
Я решаю немного изменить порядок своих утренних занятий, а потому первым делом смотрю видео, как правильно работать с грушей, а уже потом иду заниматься, по-прежнему представляя, что груша – это Стас. Семён прав был, когда сказал, что мне не хватает злости, что я слишком добра к тем, кто приносит в мою жизнь боль. Эту злость нужно взрастить в себе, выпестовать, чтобы в нужный момент она выжгла всё вокруг. Молочу грушу изо всех сил, если вдруг когда-то встречусь со Стасом – наоборот буду представлять себе, что он – эта самая груша.
Потом иду на пробежку, купаюсь в озере, вспоминая прошедшую ночь, тело при этих воспоминаниях напрягается и звенит, словно натянутая струна…
Днём я иду к Циле – накануне она просила меня о помощи в огороде, сетуя, что не справляется с прополкой грядок – травы в этом году вылезло столько, что не знаешь, за что хвататься. Мы принимаемся за работу, повязав головы платками, а на плечи накинув лёгкие кофточки – утреннее жаркое солнышко бывает очень коварным. Травы действительно жуть, как много, а грядок просто нескончаемые ряды.
- Циля – спрашиваю подругу с нетерпением – ты же одна живёшь – куда тебе столько?
- Иии, деточка, это же деревня! Здесь мы только так и прорываемся – за счёт огорода да хозяйства. Пенсия-то небольшая – вот и спасают зимой закрутки-баночки. Я столько вкусных салатов на зиму готовлю – язык отъешь, и не покупать, деньги не тратить. А яблоня, груша, смородина, клубника?! Это тебе и компоты, и пастила, и засушить можно, и в пироги! Так что зря ты, детка, на огород сетуешь! А сколько вкусного вырастает, когда свежим поесть можно! Это ж самая прямая для организма польза! Вот вы в своих городах – фитнес-шмитнес! И такие деньги в этих спортзалах спускают – глаза на лоб лезут! Да я завсегда говорила – приезжайте в «Счастье» к тётке Циле – я вам на несколько дней такой фитнес обеспечу – и причём совершенно бесплатно! – она смеётся, и я тоже, хотя с трудом понимаю, когда и кому она это говорила.
За обедом Циля подаёт куриный суп с тоненькими веточками вермишели. Щедро посыпав сверху зеленью, ставит передо мной резную тарелку, я с наслаждением вдыхаю аромат.
- Циля! Это бесподобно!
- То-то же – говорит она – здесь, у нас, самое что ни на есть здоровое питание.
За обедом мы разговариваем о том, о сём, не вытерпев, я рассказываю ей о свидании с Борисом.
Она качает головой, цыкает и говорит:
- Не маялась бы ты, девка, дурью-таки, а пошла бы, да устроилась в теплицы на работу. Им там постоянно тепличницы требуются – ухаживать за урожаем. Ты, конечно, девка взрослая, но я тебе так скажу – зря не слушаешь меня по поводу Борьки. Путешествовать он хочет! Надо же! Да он ленив, как не знаю, кто, потому и в город не перебирается. И так тебе скажу – любит он лёгкую деньгу, Лера.
- Да какую лёгкую деньгу? – удивляюсь я – разве автослесарь – это лёгкие деньги? Насколько я знаю – это довольно непростой труд, там разбираться надо в машинах.
Она отмахивается от меня, как от надоевшей мухи, погрозив пальцем:
- Потом не говори, что я тебя не предупреждала!
Но я, окрылённая счастливым вечером, проведённым накануне с Борисом, только улыбаюсь её словам.
Впрочем, я решаю послушать её в том, что мне необходимо устроиться на работу. И неважно, что продлиться это может недолго – мне не стоит бояться людей, хватит уже жить затворницей. Циля, пожалуй, права – мне ведь абсолютно ничего не мешает выйти на работу. Я решаю прямо сейчас сходить к Капитолине Егоровне и спросить у неё, к кому мне можно обратиться по этому вопросу, пока Семён в отъезде.
Добрая женщина тут же наливает мне прохладного брусничного морса, из, по её словам, «прошлогодешней ягоды», и говорит:
- Ты пойди, милая, к Генке, он за Сёмушку остался и все дни в теплицах торчит. Справный работник, ничего не скажу. Сразу тебя возьмёт – людей там всегда недостаток.
Благодарю её и интересуюсь, где Димка.
- У соседа он, там тоже парнишка растёт, друг его с горшков с самых.
Прощаюсь и иду домой, думая о том, что в теплицы, пожалуй, отправлюсь завтра, а сегодня нужно навести порядок в доме, позаботиться о продуктах для себя и животных, вымыться в баньке.
Остаток дня пролетает в хлопотах и домашних делах, ко мне прибегает Димка, заходит Борис с помощью – прибивает отлетевшую от забора в огороде доску, по-хозяйски осматривает пыльный сарайчик – подправляет там что-то, потом приносит из дома монтажную пену и подпенивает снаружи баньку – я заметила, что есть щели. На крылечке у баньки прибивает отставшую ступеньку, промазывает у двери скрипящие петли.
Когда уходит, осторожно берёт меня за подбородок и лёгким поцелуем касается губ. Закрываю глаза и чувствую, что мне очень хочется сейчас раствориться в этих руках. Нельзя давать волю чувствам – это слишком опасно… Остаток дня до самого вечера стараюсь не думать о нём, но получается у меня это с большим трудом.
Утром вскакиваю ни свет, ни заря, чтобы пораньше закончить пробежку и бокс, пораньше искупаться, успеть поесть и уже потом идти в теплицы.
Первым делом кормлю животных и забочусь о том, чтобы корм у них оставался ещё на целый день. Потом завтракаю сама, надеваю сарафанчик и лёгкие спортивные тапочки, повязываю волосы косынкой и иду к теплицам. Путь туда не близкий, они расположены прямо за деревней, но тропинка туда идёт вкруговую. Пока дохожу, чувствую, что ноги устали. Странно, надеялась, что стала крепче, а тут в ногах словно гири висят. Ну, ничего, приспособлюсь. Вместо пробежки будем гулять до места работы.
Территория, отведённая под хозяйство, просто гигантская. За теплицами ещё и поля – ровные, вспаханные – там тоже суетятся люди. Навстречу мне выходит женщина в кофточке, спортивных синих брюках и резиновых калошах.
- Тебе кого? – спрашивает дружелюбно.
- А мне бы с Геннадием поговорить, с управляющим.
- А, это мой муж – весело заявляет она – пойдём, найдём его. Ты насчёт работы, никак?
Мы идём вдоль теплиц, женщина, представившаяся Олесей, показывает мне на теплицы и говорит:
- У нас как раз на огурцах пара человек – я и ещё одна женщина, ничего не успеваем.
А я удивляюсь тому, насколько же современно всё здесь оборудовано. Везде термометры, в теплицах регулятор открывания форточек, который срабатывает тогда, когда становится слишком жарко, всё современное и кругом чистота и порядок, даже не скажешь, что такое находится в деревне, кажется, что в городе.
- Сегодня-то, если что, сможешь остаться? Показать тебе хочу работу нашу.
- Конечно – говорю и спрашиваю, указывая на поля – а там что?
- Там? Там растёт свекла, морковь, картошка…
Геннадий оказывается очень приятным мужчиной. Он кратко спрашивает у меня про возраст, нет ли аллергии на растения, объясняет рабочий график и наконец, отпускает с Олесей.
До обеда Олеся показывает мне всю необходимую работу – как и что делать, какой режим соблюдать в теплице, как ухаживать за огурцами, чем и когда опрыскивать.
Перед обедом, который подают тут же, в отдельном помещении, мы выходим на улицу проветриться и немного отдохнуть. Стоим около теплиц, смотрим на деревню, Олеся что-то рассказывает мне про семью.
На дороге, ведущей к «Счастью», появляется несколько иномарок, впереди всех едет чёрный внедорожник. Олеся провожает взглядом этот кортеж и бубнит недовольно:
- О, небось, опять городские к Борьке едут!
Я смотрю из-под ладони на эти машины и почему-то мне кажется, что впереди всех едет один из внедорожников Стаса.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.