Все описанное в этом рассказе является исключительно плодом воображения. Любые совпадения с реальными событиями являются именно совпадениями.
Ссылка на предыдущую главу:
- С возвращением, - произнес чей-то голос над самым ухом.
Смирнов вздрогнул и открыл глаза. Он был в светлой комнате с высоким потолком. Прямо над головой раскачивалась тяжелая люстра, но она не была зажжена. Слева оказалось французское окно, за которым белели сугробы и высились покрытые снегом елки. Небо было по-зимнему хмурым и низким.
- Это не Ближний Восток, - прохрипел он, с трудом разлепив губы.
- Отнюдь, - согласился голос. - Мы в Москве. Сегодня тридцать первое декабря, скоро Новый год.
- Сколько?..
- Сколько ты отсутствовал? Три дня. Мадам Берг тебя вернула обратно, спасибо ей большое за это.
- А она... я видел ее там, в мире между мирами, - вспомнил вдруг Андрей, и его пронзил холодный ужас. - Она не...
- С ней все в порядке, - успокоил его голос. - Скоро она будет здесь, и мы все подробно обсудим. Думаю, вы можете идти.
Смирнов повернул голову вправо и увидел размытую спину удалявшегося невысокого худого мужчины с чемоданчиком в руках.
- Кто это? - спросил Андрей, тщетно пытаясь сфокусировать взгляд.
- Врач, - ответил фон Крейцер и наклонился над ним. (Смирнов поморщился от резкого запаха одеколона.) - Выглядишь вроде нормально, так что можешь потихоньку подниматься.
Это оказалось не так-то просто. Голова, по ощущениям, была размером с пивной котел и отказывалась оставаться в вертикальном положении. Перед глазами плыли круги, во рту было сухо и почему-то стоял привкус серы. Он с благодарностью принял стакан с лимонной водой и опорожнил его почти что залпом.
- Что со мной случилось? - спросил Смирнов, когда ему наконец стало лучше. Он провел рукой по шее и, не обнаружив там цепочки, опять заволновался. - Где камень?
- Вот он. - Фон Крейцер с улыбкой протянул раскрытую ладонь, на которой искрились зеленые осколки того, что некогда было сердцевиной хитроумной машины для ловли астральных жителей. - Камень не выдержал мощи того, кого вы поймали, и был уничтожен.
- И что, этот монстр сейчас там... бегает по улицам? - удивился Андрей.
- Нет, насколько я понимаю он крушит "великое колесо вечности" и его создателей.
- Это еще почему? Он ведь из той же команды?
- Я пока не знаю. Надеюсь, что мадам Берг нам все объяснит. Пойдем в столовую, выпьем чаю. Кофе тебе, пожалуй, сейчас употреблять не стоит. Надеюсь, ты расскажешь обо всем, что с вами произошло.
В комнате, куда хозяин проводил Андрея, был накрыт небольшой столик, посреди которого пускал густой пар самый настоящий самовар - не электрический, а на углях. Характерный печной запах, который разливался по помещению, сразу же унес Смирнова в беззаботное детство, к бабке в деревню под Варшавой. Казалось, вот-вот скрипнет половица, кошка вскочит на стол, чтобы обнюхать разложенную еду, и бабка замашет на нее полотенцем, прикрикивая: "Прошла прочь, холера ясная! Тебя еще тут не хватало!" Воспоминание длилось долю секунды, но этого хватило, чтобы поднять настроение. Мужчина почувствовал себя гораздо лучше.
К чаю подали сэндвичи и яблочный пирог. Обслуживал хозяина и гостя молчаливый официант весьма бандитского вида, но с невероятно изысканными манерами. Смирнов не был особо голоден, его все еще немного мутило, но травяной чай пошел ему на пользу, и в конце концов аппетит взял свое.
Рассказ о приключениях на Ближнем Востоке затянулся. Фон Крейцер то и дело задавал уточняющие вопросы, переспрашивал, просил зарисовать пирамиду из подземного храма, безумного динозавра, ракоулиток, сортировочную станцию "на той стороне" и даже пресловутое "великое колесо вечности", хотя, как изобразить многомерный, сложнейше организованный объект на бумаге (тем более что воспоминания о нем стремительно тускнели), Андрей не имел ни малейшего представления, поэтому ограничился наброском самого общего характера. Хозяин этим не удовлетворился и продолжал вникать во все детали. Зачем ему это было нужно, Смирнов не понимал. Может быть, он просто хотел, чтобы гость выговорился и ему стало легче?
А Андрею действительно становилось легче, и, когда он доедал третий кусок яблочного пирога, камердинер (или правильнее его было называть дворецким?) возвестил о прибытии мадам Берг. Фон Крейцер потребовал, что ее немедленно проводили в столовую, и распорядился насчет третьего набора посуды и приборов. Все тот же официант, похожий на мордоворота, принес новый поднос с закусками, и молча удалился.
Мадам Берг вплыла в комнату на волне сенсации.
- Раз Карфаген должен быть разрушен, он непременно будет разрушен! - заявила она с порога и, не снисходя до объяснений, устроилась на стуле, который хозяин галантно отодвинул от стола. - Итоги просто феноменальные! - снова бросила дама, принимаясь за чай.
Собеседники в растерянности смотрели на нее, стараясь ни жестом, ни словом не нарушить повисшей в комнате атмосферы радостного предвкушения. Да и саму престарелую аристократку, похоже, разбирали эмоции (Смирнову еще не доводилось ее видеть в таком состоянии), но она изо всех сил сдерживала себя. Но в итоге чувства оказались сильнее.
- Черт с ними, с манерами! - бросила она, кладя себе на тарелку внушительный кусок пирога. - Праздновать так праздновать!
- Что мы празднуем? - поинтересовался фон Крейцер и лично налил чаю гостье.
- Победу, что же еще! - воскликнула та и энергично махнула вилкой, с которой слетел кусок пирога и шлепнулся на дорогой ковер. Но на это никто не обратил ни малейшего внимания. - Вернее, первый шаг к победе, - тут же исправилась дама. - До полной победы еще очень далеко.
- Над чем победа? - уточнил Смирнов. - Над здравым смыслом?
- Вам бы все язвить, юноша! Но я не сержусь, потому что именно благодаря вам мы смогли нанести сокрушительный удар по нашим противникам. - Тут она выдержала театральную паузу, хитро глядя на обоих собеседников. - Храм разрушен. Люди в панике разбегаются.
- Какие еще люди? - подозрительно переспросил Смирнов. - О нем же никто не знает.
- Я имею в виду другой храм, тот самый, сносу которого поспособствовали именно вы, Андрюша. Ох, не могу собраться с мыслями.
- Да уж, рассказывайте по порядку, - потребовал Андрей и, заметив недобрый взгляд пожилой аристократки, добавил, правда, не без доли язвительности: - Пожалуйста.
- Камень, который мы извлекли из прибора, оказался не просто генератором астрального поля. Будучи при этом физическим объектом, он мог взаимодействовать с другими физическими объектами. В данном случае - с храмом. Когда камень с заточенным в нем динозавром - нашим с вами, Андреас, старым другом Аллахом - оказался в непосредственной близости от стены храма, произошло совмещение двух объектов, которые по умолчанию должны находиться по разные стороны бытия. Храм - часть нашего трехмерного мира, хотя, безусловно, и имеет свою проекцию на тонком плане. А динозавр, один из главных потребителей генерируемой храмом энергии, - житель более высоких этажей мироздания. Таким образом, наложение соответствующих полей, которое в нормальных условиях никогда бы не произошло, привело к неконтролируемым последствиям. У нашего старого знакомого, если говорить вульгарным языком, сорвало крышу, и он пошел крушить направо и налево все то, что "боги", да и он сам, создавали тысячелетия. Да и вы и сами, юноша, видели.
- Он уничтожил Святого Николая как пылинку, - с содроганием вспомнил Смирнов. - Просто стер в порошок. Я и не представлял себе, что такое возможно. А потом долго недоумевал, почему так произошло. Теперь-то уже понятно, что у ящера что-то произошло в сознании, а тогда... Тогда я, наверное, думал о других вещах...
- Впрочем, разрушить все на свете нашему, как вы выразились, ящеру, к сожалению, не удалось. "Боги" вовремя сориентировались и обрушили на него всю мощь своих возможностей. А уж кому как не мне знать, что у них за возможности...
Тут мадам Берг спохватилась, что сболтнула лишнего, и принялась как ни в чем не бывало пить чай, но от внимания мужчин не ускользнула ее последняя фраза. Они между тем предпочли не прерывать рассказа. Вопросов не последовало, и аристократка продолжила.
- Насколько мне известно, оказалось повреждено несколько уровней "великого колеса вечности", но у меня нет сомнений, что его быстро отремонтируют. Центрифуга должна вращаться без остановки, иначе "боги" и ваш любимый дядюшка Кра останутся без подпитки. А вот в нашем трехмерном мире все гораздо позитивнее. Как я уже сказала, сопряжение полей привело к неожиданным последствиям. Прихожан храма накрыла волна беспричинного ужаса, и они разбежались куда глаза глядят. Правда, при этом едва не затоптали нас с вами, Андрюша, но тут уж спасибо охранникам, которые встали стеной на нашу защиту.
- И в чем же вся соль? Зачем было разрушать храм? - спросил Смирнов, потому что мадам Берг замолчала, воздавая должное яблочному пирогу.
- Вы же физик, - ответил за нее фон Крейцер, - и прекрасно знаете, что круговое движение создает поле, перпендикулярное плоскости такого движения.
- Если вы про ток и электромагнитное поле, то да. Только причем тут физика?
- Наш мир - снизу доверху - строится на определенных законах. В более многомерных пространствах тоже действуют определенные правила. Физика, она повсюду, друг мой.
- Во время приготовления вы суп в кастрюле мешаете по часовой стрелке или против нее? - вдруг спросила мадам Берг.
Смирнов задумался и начал двигать рукой в воздухе то в одном, то в другом направлении.
- Против часовой. Это имеет какое-то значение?
- Принципиальное, - кивнул фон Крейцер. - Когда большая группа людей, в нашем случае, прихожан и паломников движется по окружности, то возникает вполне конкретное энергетическое поле. Оно направлено либо в землю, либо в космос. Поток в общем и целом зависит от числа вовлеченных в хоровод людей, поэтому хозяева разных мистических учений и стремятся вовлечь в свои ритуалы огромные толпы.
- Эта энергия, разумеется, привлекает разного рода любителей поживиться дармовыми ресурсами, - подхватила рассказ мадам Берг. - Вы их могли наблюдать в изобилии, когда мы "колдовали" над пирамидой. Но если поставить в нужных местах уловители, то она поступает в резервуары, которые как раз и контролируют строители "колеса".
- Те самые склады, обслуживаемые ракоулитками! - воскликнул Смирнов, озаренный внезапным пониманием. - Но там тонны этой энергии, она явно поступает не только от паломников.
- Разумеется. Мистические верования - лишь один из многочисленных инструментов удержания людей на этой планете. Главное для нас - это то, что пресловутый храм, разрушенный вашими руками, являлся одним из ключевых элементов выстроенной в физическом мире системы отъема энергии. Выведя его из игры, мы тем самым подорвали стабильность всей конструкции. Она начала рассыпаться. У людей постепенно будет спадать пелена с глаз, и они увидят истинную цену всех этих "учений", предназначенных исключительно для того, чтобы сделать из человечества стадо послушных баранов, которых "пастыри" поведут на заклание. Возвращаясь к вашему вопросу, отвечу, что основным генератором энергии является как раз "великое колесо вечности". Вы обратили внимание, насколько плохо, если не сказать ужасно, выглядят его "пассажиры". Все потому, что в течение всей поездки у них потихоньку отбирают жизненную силу и накопленный ими опыт. Дядюшке Кра и его "богам" нужно чем-то питаться. Они стали паразитами, а тут столько, снова извините за просторечие, дармового хавчика. Глупо все это не присвоить себе.
- Получается, что люди - это просто батарейки? - подвел итог Смирнов. - Создатели "Матрицы" были правы?
- В чем-то да, но не во всем, - пожал плечами фон Крейцер. - Среди людей искусства нередко попадаются те, кого впоследствии называют провидцами. Но дело, конечно, не в даре предвидения, а в более устойчивой, чем у других, связи с информационным полем нашей планеты.
- Я хорошо помню и дядюшку Кра, и "богов", - задумчиво протянул Андрей и вздрогнул. - Такое не забывается. Я бы не сказал, что они лоснились от роскошной жизни. Наоборот, у меня сложилось впечатление, что олимпийцы живут едва ли не впроголодь. Дядюшка, конечно, был довольно упитанным, но все же обстановка в его обители ничуть не напоминала королевские чертоги - скорее, канализационный коллектор. Тогда для чего им столько энергии?
- Хороший вопрос, - кивнула головой мадам Берг. - Иерархия паразитов не ограничивается только упомянутыми вами персонажами, и все вместе потребляют они немало. Но все же не столько, сколько генерирует катающееся на "колесе" человечество. Нам еще предстоит найти ответ на эту загадку. По крайней мере, мне при всех моих возможностях выяснить этого пока не удалось. Андреас, голубчик, передайте повару, что пирог восхитителен.
- Из ваших слов я сделал вывод, что и вы сталкивались с богами, причем встреча закончилась для вас не очень хорошо, - задал Смирнов мучивший его вопрос. (Фон Крейцер с неменьшим любопытством уставился на гранд-даму.) - Ведь вы знаете куда больше, чем рассказываете.
- Что ж, отпираться бессмысленно, - развела руками престарелая аристократка. - Я действительно знаю очень многое. Когда-то очень давно, миллионы лет назад - хотя те события я помню очень хорошо - я была космическим существом, в обязанности которого входил надзор за порядком в этом секторе Вселенной. Галактики три-четыре в общей сложности. - От этих слов у ее собеседников глаза полезли на лоб. - Чему вы так удивляетесь, господа? Вы наверняка тоже были где-то там, впрочем, не сомневаюсь, по-прежнему там остаетесь. Сознание не привязано к биологическому объекту, оно повсюду. Уж кому как не вам, Андреас, этого не знать?
Фон Крейцер только крякнул.
- Вы мне говорили это, когда мы были "на той стороне", - вдруг вспомнил Смирнов. - Я еще тогда очень удивился, когда встретил вас.
Мадам Берг улыбнулась и продолжила свой рассказ о загадочном происшествии в Туманности Большого Колеса, трещине в ткани пространства, бесконечно долгом путешествии на космическом ковчеге инсектоидов, встрече со свихнувшимися в результате заражения инородной субстанцией Строителями Солнечной системы, включая Кра-ра-ра-крома, который потом станет известен под именем дядюшка Кра, и о своем спуске в физический мир.
Слушая эту невероятную историю, Смирнов подумал, что они втроем составляют на редкость эклектичную компанию. Бывший алкоголик неопределенного возраста, интеллектуал, владеющий сверхспособностями, и женщина, давно перевалившая за триста лет и некогда управлявшая тремя-четырьмя галактиками. В принципе уже сейчас можно было вызывать психиатрическую бригаду и дружно отправляться в палаты по соседству с Евгением Евгеньевичем Остафьевым, еще одним служителем дядюшки Кра, впоследствии восставшим против него и оттого сошедшим с ума.
Вместе с тем Андрей давно не чувствовал себя столь уютно. Ему было спокойно с этими людьми. Они знали себе цену, но, судя по всему, весьма ценили и его самого. После стольких пустых и разочаровывающих отношений, которые случились у него в жизни, приятно встретить людей, с которыми можно было быть самим собой. Наверное, мадам Берг чем-то напоминала ему польскую бабку (хотя та была простой крестьянкой и ни имела в себе ни грамма аристократичности), а фон Крейцер - старшего брата, которого у Смирнова никогда не было.
Несмотря на успех, предновогоднего настроения ни у кого не было. Они дождались полуночи, подняли бокалы с шампанским и разбрелись по своим спальням.
"Вот интересно", - думал Смирнов, лежа в постели и разглядывая звезды за не закрытым занавеской окном, - "сколько еще времени будет крутиться чертово колесо? Можно ли его вообще остановить? Что будет, если удастся это сделать?"
И он сам не заметил, как уснул.
Конец