Очень Олю Блошкину дети в день рождения обидели. И даже схватилась Оля за голову - разочаровалась в потомстве своем капитально. Раньше-то ей казалось, что детишки у нее самые лучшие. И учатся хорошо, и по подворотням не шатаются. А они вдруг номер выкинули. Особенно дочка Зина истинное лицо свое показала.
А началось все с приятного - покупки жилплощади для потомства.
Первым делом Блошкины купили жилье старшему сыну Васе. Он уже парень взрослый. И пора привыкать к самостоятельности - двадцать пять ему справили. Борода выросла и девушка имеется. А с девушкой отношения самые серьезные. И тут очень вовремя дед у Блошкиных помер. Квартиру деда продали, из накоплений своих средств добавили - и вышла Васе отличная квартира в две комнаты. И заводить семью можно хоть сейчас. Сын, конечно, сразу радостно из отчего дома съехал. Девушка к нему ходит, свадьбу и детей планируют в обозримом будущем.
И Оля с мужем прямо вздохнули с облегчением - довели одного потомка до ума. Исполнили долг фактически.
А в тот же год и тетка бездетная померла - в наследство Оле квартиру оставила. Блошкины в эту квартиру дочь Зину отправили. Первый курс у Зины, студентка, к самостоятельности приучаться пора. Квартира теткина - тоже довольно хорошая. И район отличный, и ремонт свежий - тетка перед смертью постаралась.
И снова Оля с мужем выдохнули. Дети жильем обеспечены, а сами Блошкины молодые еще, можно жить и радоваться.
Но тут вдруг напасть грянула - дочь Зина обиженной оказалась. Прямо не скрывает обиды - в гости придет к родителям и скандалы учиняет. Ко всем цепляется, дверями стучит, смотрит на родню сурово. А если Вася в гостях, то Зина и вовсе дуется страшно.
А на днях у Оли день рождения был. Сорок пять стукнуло. Дети, конечно, поздравить собрались. Вася с девушкой пришел. И Зина сердитая. Снова дуется. Тост за здоровье юбилярши без улыбки говорит. Хмурая сидит, вилкой в салате скучно ковыряет.
- А чего это, - спрашивает после тоста, - квартира новая и с двумя комнатами Ваське досталась? Чем он лучше? На мой взгляд, совсем не лучше. А даже и наоборот. Двадцать пять ему, а не работает. На шее сидит у вас. Вот и ответьте мне, родители. Что за дискриминация.
- А у Васи, - Оля отвечает, - девушка же имеется. Скоро поженятся. Детей нарожают. Им нужнее площадь побольше-то. Молодая семья будет. И с шеи нашей слезет - трудоустройством озаботился. Даже, Вась?
А Вася девушку сразу обнимать начал. Мол, нарожаем еще как.
- А я, - Зина брови сдвинула, - тоже не одинокий человек. С Петей встречаюсь с десятого аж класса. И тоже двушку хочу. Надо поровну детей одаривать. По справедливости чтобы. А не так, чтобы одному все, а другому шерсти клок.
- А ты, - мать говорит, - обойдешься пока. Радуйся уж тому, что имеешь. У некоторых детей и такого нет. А тебе с неба упала отличная квартира. Некоторые дети, которые студенты, очень тебе завидуют.
А Зина плакать начала вдруг в голос. Она с детства нервным характером обладала. Плачет, ногой дрыгает. Блошкины перепугались, давай дочь успокаивать. Давай ей про Васю рассказывать, которому жениться пора, и про широкие жизненные возможности впереди.
- Зина, - родители утешают дитя, - тебе вовсе и необязательно в теткиной однушке всю жизнь мыкаться. Трудиться пойдешь - и улучшишь условия. Мы-то вовсе с дырой в кармане жить начинали. А сейчас, посмотри-ка, в трехкомнатной живем. Сами заработали, так сказать. И ты так сумеешь.
А Зина утешений слушать не желает. Все плачет, все на Васю смотрит с большой нелюбовью.
- Вы мне лучше пообещайте, - родителям свозь слезы говорит, - лишь одно. Скоро старые станете. Это вам уже почти пятьдесят. И старость не за горами - жарко дышит уже в затылки. И вот как станете старыми, так я бы этак хотела все устроить. Вася, поскольку дети у него будут, пущай в вашу трешку идет. Так и быть. А я в его двушку переберусь. Вы, поскольку состаритесь, и многого вам не нужно, в мою однушечку проследуете. И живите там себе скромно столько, сколько вам судьба отмерила. Вот тогда справедливо все устроится.
А Оля даже и смеяться начала - от неожиданности. А кто бы мог подумать, что старой тебя назовут и в однушечку отправляться прикажут.
- Хорошо, - Зина нос утерла, - мама, что и ты таким предложением довольна. Хохочешь даже. Ну, пойду я. Загостилась.
И ушла. А Вася еще посидел на диване, с девушкой поворковал. И тоже восвояси отбыл.
А Оля осталась со своим разочарованием. И не понимает - где она ошибку педагогическую сделала? Или все нынче дети такие, а ошибки и нет вовсе. Или даже права Зина, хоть и ребенок еще. Зачем в пятьдесят лишние метры, коли дети выросли да упорхнули из отчего дома. Чего там на метрах этих делать? Тапками шаркать просторнее?
Думает Оля, думает. И очень думы у нее грустные.