Талант.

Когда мне было шесть лет у меня стали плыть стихи. Но они плыли как то интересно. С утра, когда меня вели в садик у меня шел поток стихов. Я немного помню первый свой стих, он был про шпиона, которого надо было обезвредить. И когда папа меня вел за руку в садик я ему декларировала свои стихи. Пока я снимала куртку и колготки у кабинки, папа позвал воспитательницу и попросил такого рода литературу не читать детям. Про шпионов, говорил папа, дошкалятам рано слушать. Воспитательница долго обьясняла человеку в форме, что она здесь не причем и что дети в шесть лет уже умеют читать, и скорее всего они сами где то, что то прочитали. Не поняв друг друга, мой папа и воспитательница разошлись по своим делам каждый с ноткой обиды. Я, пытавшаяся вставить слово, также пошла в группу с ноткой обиды и недопонятости. Весьма обидно когда тебя не слышат и не понимают. И как бы ты не пытался сказать своё слово, ты все равно остаешься маленьким ребенком с нестойкой психикой и без своего мнения. А почему, да потому что как только ты пытаешься высказать своё мнение, то сразу будучи не понятым ты начинаешь плакать. Довольно таки обидно быть не понятим и не услышаным. Долгое, долгое время я пыталась подавить в себе слог, который шел или лился из головы моей. Мешал мне жить, концентрироваться на насушном. Поток стал меньше, на некоторые периоды совсем иссяк. Чуть позже пропал. Но открылся поток прозы. Я даже помню когда, это была весна, с капелью, ручейками, я пришла домой из школы, повесила на край кровати галстук красный, это был третий класс, мне 10 лет. И вдруг пошел поток прозы. Про уточку, которую хотели подстрелить, но пожалели, потому что одно крыло у нее был как у павлина, синее с перламутром. Но она запуталась в сетях, и позже её сьела лиса. Такая неудачная жизнь у уточки с красивым крылом. Я удивилась, откуда из моей головы столько потоков льётся. И зачем маленькому ребенку всё это. И что с этим делать. Быть не понятой уже было страшно. Но тем не менее поток шел без остановки. И ночью и днем. Со сверстниками стало тяжело общаться. В тебе было много информации а твои сверстники были пустые и глупые. Остраненность единственная правильная и вынужденная мера. Мне повезло, что я вышла замуж, ушла в работу, семью, детей. А то можно было уйти в психоз. Уйти и не вернуться. Так уходят многие таланты и гении. Мой муж тоже не понял мои потоки, он был реалистом, он боялся, что с таким моим пристрастием скоро дети останутся голодными. Потоки ушли на два десятилетию в небытие. И я им благодарна, что они вот так могут уйти в спячку и не беспокоить нагруженный и без того мозг. И вот сейчас поток, робко так, начал свой путь. Стихотворное застряло где то позади и может выйдет, а может нет. К чему это приведет, пока не ясно. Будет смотреть, писать и наблюдать. С возрастом поток стал другой, маштабнее и интереснее, если можно так охарактеризовать. Он похож на вулкан, сначало выходят небольшие куски лавы-прозы, потом льется поток лавы-рассказов. И ты только успей все записать, или на утро следующего дня половина утеряна, а на третий день остается четверть. Насколько интересен мир писательский. Насколько он своеобразен, и не похож на какой то другой. Насколько ты подвластен духу написаных тобою строк. О талант, ты для каких деяний дан и что делать с тобой. И как нести сию ношу и не выплеснуть по пути своей дороги. Всем благ и хорошего настроения.