Анализ когорты из более чем 681 тысячи женщин показал, что полностью скорректированный риск мертворождения при ожирении выше, чем при гипертонических расстройствах или гестационном диабете: если при артериальной гипертензии он составляет 2,4, то при ожирении — 3,5. Об этом сообщается в результатах исследования канадских ученых, опубликованного в Canadian Medical Association Journal. Примечательно, что в зоне наибольшего риска находятся женщины после 37 недели, то есть с доношенным плодом.
Хорошо известна связь между ожирением матери и мертворождением. По сравнению с беременными с нормальным индексом массы тела (ИМТ), у женщин с ожирением (ИМТ ≥ 30,0) риск мертворождения повышается в 2–5 раз, в зависимости от срока беременности. Однако в большинстве исследований, посвященных этой теме, слабо оценивается вклад возможных смешивающих факторов, в том числе сопутствующих заболеваний. Кроме того, в них редко изучается риск мертворождения в зависимости от степени ожирения.
Группа ученых под руководством Наили Рамджи (Naila Ramji) из Университета Далхаузи оценила влияние ИМТ на риск мертворождения в разбивке по гестационным возрастным группам совместно с другими потенциальными факторами, которые препятствуют живорождению. Для этого они использовали данные о дородовых, интранатальных, послеродовых и неонатальных исходах родов в провинции Онтарио, которые произошли после 20 недели беременности. Всего в исследование вошли данные о 681178 родах, из которых 1956 закончились мертворождением.
Женщины с ожирением чаще рожали, у них был более низкий средний семейный доход и более высокий уровень курения. Мертворождение чаще происходило у первородящих беременных с ожирением, которые курили, имели более низкий средний семейный доход, употребляли психоактивные вещества, использовали вспомогательные репродуктивные технологии, страдали от хронической гипертонии, гестационного диабета и с историей мертворождения в анамнезе. Полностью скорректированная модель показала, что относительный риск мертворождения у беременных с ожирением первой степени составлял 1,55, с ожирением третьей степени — 1,80, а с ожирением второй степени — 2,17.
Многофакторный логистический регрессионный анализ показал, что среди женщин с ожирением первой степени повышенный риск мертворождения стал статистически значимым на 39 неделе беременности и в два раза превышал таковой у женщин с нормальным ИМТ. При ожирении второй и третьей степени риск мертворождения на сроке беременности 36 недель был в 2–2,5 раза выше, чем у женщин с нормальным ИМТ. Среди людей с ожирением второй степени самый высокий риск мертворождения наблюдался на сроке беременности 38 недель (в 3–3,5 раза выше, чем у женщин с нормальным ИМТ) и на сроке беременности 40 недель (в 4–4,5 раза выше, чем у женщин с нормальным ИМТ).
Примечательно, что при хронической артериальной гипертензии и гестационном сахарном диабете относительный риск мертворождения достигал максимума на 38 неделе беременности и составлял 2,4 и 2,1 соответственно. Для сравнения, на сроке беременности 38 недель у женщин с ожирением второй и третьей степени наблюдался более высокий полностью скорректированный относительный риск мертворождения — 3,5 и 2,6 соответственно. Среди женщин с хронической гипертонией или гестационным диабетом наблюдалось снижение частоты мертворождений после 38 недели беременности, а при ожирении второй и третьей степени она увеличивалась к 40 неделе беременности.
По мнению ученых, эти результаты могут помочь акушерам и гинекологам в разработке наиболее безопасных траекторий родоразрешения для женщин с ожирением и сопутствующими заболеваниями.
Если для лечения ожирения нужно кардинально менять образ жизни, то для лечения гестационного диабета нужно просто принимать лекарства. Недавно мы рассказывали, что исследование с участием 50 тысяч беременных женщин продемонстрировало безопасность таких препаратов, в том числе популярных агонистов рецепторов глюкагоноподобного пептида-1.