В истории дона Руматы Эсторского, он же разведчик с коммунистической Земли XXII века Антон, полным полно разных загадок и тайн. Одна из самых очевидных и вместе с тем никем из читателей не замечаемых — а откуда взялась его возлюбленная по имени Кира? Это местная девушка 18-ти лет, рыжеволосая, наивная, влюблённая в Румату и абсолютно не вписывающаяся в нормальный феодальный социум. Хоть местные реалии она знает: «Как это так: барон — мужик?», но почему-то их игнорирует, чем и привлекает своего бойфренда. Создаётся впечатление, что она росла в каком-то собственном мирке, не замечая окружающей её жестокости и свинцовых мерзостей бытия. Для принцессы это было бы вполне понятно, но для дочери горожанина весьма необычно.
Никто почему-то не задаётся простым вопросом — а как вообще познакомились эти двое? Антон постоянно занят своими делами, как шпионскими, так и имитацией общественной жизни: «Сто двадцать шесть дуэлей за пять лет!» В среднем одна дуэль каждые две недели, притом, что для поединка нужен какой-то повод, да и сама дуэль, объявленная и проведённая по всем правилам (про официальный запрет дуэлей в Арканаре в тексте ничего не сказано, поэтому дуэлянтам и секундантам нет смысла скрываться и торопиться, можно всё делать последовательно, согласно местному дуэльному кодексу), потребует минимум нескольких дней на все предварительные мероприятия, согласование места, времени, выбор сторонами оружия и секундантов… И это только дуэли, а ведь Румата ещё и служит при дворе.
Румата иногда ходил пешком по улицам столицы, в повести такие прогулки описаны. Вот только гулял он не один, а в компании с другими благородными донами. В присутствии которых (даже когда рядом был относительно вменяемый и порядочный барон Пампа) знакомиться с симпатичными обывательницами было бы несколько затруднительно. Горожанки как в Средневековье, так и в Новое время тоже нечасто появлялись на улицах. Их выходы из дома ограничивались либо походом на рынок за продуктами, либо выходом в церковь. Но ни Кира, ни тем более Румата в особом благочестии не замечены, так что вряд ли они встретились в церкви или по пути к ней.
Есть ещё один нюанс, малопонятный современному человеку. Это для самой девушки из мещанского сословия влюблённый в неё дворянин мог быть пределом мечтаний. А вот для её родни это воплощённый кошмар. Прежде всего, дворянин запросто может поиметь не-дворянку (даже без её согласия) и забыть о ней навсегда. И что тогда делать родителям опозоренной (в средневековом городе всё на виду и соседи подобный роман не могут не заметить) девицы, кто её замуж возьмёт? Даже если случится чудо и дворянин возьмёт такую девицу в жёны, каково ей будет жить в дворянской среде, где она заведомо чужая и где абсолютно все будут тыкать ей в лицо её неблагородным происхождением? Поэтому если бы Кира и Румата познакомились случайно, родители Киры заперли бы её дома, чтобы больше никогда не встречалась с этим аристократом. У которого, к слову, репутация завзятого ловеласа и сердцееда.
Поведение родственников Киры, мягко говоря, весьма странное. Мать вообще никак не фигурирует (что неудивительно, даже если она жива — её мнение мужчин вовсе не интересует), отец роман своей дочери с аристократом игнорирует (что для обычного горожанина очень странно), только брат, сержант серых штурмовиков, ругается и грозится поколотить… Отметим — только грозится, но угрозу свою не осуществляет. Создаётся впечатление, что родственники отношениям Киры с Руматой по крайней мере не препятствуют. Что в той среде и в то время равнозначно потаканию и даже подталкиванию. Перед финалом брат фактически вынудил Киру уйти к её возлюбленному, а не оставил дома под замком, что было бы вполне логично и понятно в столь опасное время. Дома-то целее будет… и ведь в самом деле, Кира ушла к Антону и погибла.
Создаётся впечатление, что мужская половина родни Киры ею сознательно пожертвовала, для каких-то не озвученных в тексте повести целей. Или, что более вероятно, им было приказано так поступить. Ведь оба этих мужчины на кого-то служат. Отец служит в суде писцом, брат вообще в парамилитарной структуре… И, похоже, надавали на них обеих, для того, чтобы они поступали именно так, как показано в повести. Кто надавил — совершенно очевидно, это дон Рэба. Его мотив тоже вполне прозрачен. Нужен был некий крючок, на который можно поймать неуловимого и неуязвимого аристократа Румату Эсторского. И этим крючком стала женщина.
Румата был одинок, но женского пола не чурался, так что выбор подобного метода, известного в практике спецслужб как «медовая ловушка», неудивителен. Притом их роман начался недавно, на что указывает всё — и состояние их отношений (у этой парочки явно ещё не прошла первая влюблённость), и возраст Киры. Ей всего 18 лет. Если бы Румата встретил её сразу по прибытии в Арканар, а это произошло 5 лет тому назад, то вряд ли бы он влюбился в 13-летнюю девочку, он ведь не Гумберт Гумберт, а человек высокой коммунистической морали.
История с доной Оканой скорее всего была проверкой — после того, как Румата сбежал из будуара первой красавицы всего Арканара, Рэба мог быть уверен, что Румата в самом деле без памяти влюблён в свою рыжую пассию и не способен к отношениям, даже мимолётным, с другими женщинами. Рэба Румату не понимал и боялся (о чём он прямо говорит в тексте), поэтому в его планах этот странный аристократ выступал неким джокером, загадкой, таящей в себе немалую опасность. И только когда у Рэбы появился надёжный инструмент воздействия на Румату в лице Киры, он смог приступить к осуществлению своих замыслов, уже не опасаясь непредсказуемых действий загадочного эсторца. Увы, правильно использовать этот инструмент Рэба не сумел… или же вмешался ещё кто-то и надёжный крючок, на котором висел Румата, попросту сломал, двумя арбалетными стрелами из темноты.