Вот Олаф Шольц, скажу вам честно, раздражает меня все сильнее и сильнее. Он, порка не угробит эту несчастную Германию, мне кажется, не успокоится. Он все время что-то говорит, обещает, аннонсирует и грозит в сторону России маленьким сухим кулачком.
Вот чего не живется спокойно, скажите мне?
Ну Анналену я понять могу, она женщина, там вечно впереди эмоции, а потом: "Ой..." Я сама такая, поэтому отродясь и не лезла на государственные должности. Иначе получится, как у Троцкого - помните ту его фразу, которую любил Сталин: "Мы уйдем, но на прощание так хлопнем дверью, что мир содрогнется"!
Ну и что в этом хорошего? У мира и без ваших хлопков много проблем. Я лично считаю, что двери надо закрывать спокойно, тогда и ледоруб не станет твоим аксессуаром.
Так вот, у Анналены, как я понимаю, на туалетном столике стоит портрет дедушки, который не вернулся из заснеженной России - хлопнули старикана в 1945 году где-то в районе нынешнего Калининграда. Он тогда стариканом, конечно, не был, но дедушка - он дедушка и есть.
Тем не менее, потомство он, как я погляжу, оставить успел.
Впрочем, нет, не так - под Кенигсбергом погиб Виктор Юнг— первый муж ее бабушки Альмы. А этот, второй - Вальдемар. Он дожил до 106 лет и умер в 2016 году.
Впрочем, неважно. Все они там - Вальдемары. Прадед, небось, в 1914 году воевал? Это уже что-то генетическое, мне кажется.
И если я правильно понимаю, таких Аннален в Германии - вагон и маленькая тележка. И все они чем-то недовольны, все обижены и все негодуют. И смотрят в сторону России, которая вечно кого-то обижает..
Я не знаю, что там произошло с дедушками тех офицеров, чей диалог про Крымский мост опубликовала Маргарита Симоньян, но мне кажется, они тоже остались где-то под Смоленском. А не надо было сюда приходить, пили бы баварское в пивнушке. Никто ж не звал.
А теперь Олаф Шольц закатывает глаза и говорит, что он впервые слышит о планах на Крымский мост. Какой мост, говорит Шольц, какие ракеты? Это просто смешно! Мы ничего не собираемся никому поставлять, нам самим мало.
Ну да, ну да. Я помню, как Шольц два года назад говорил - только каски! Мы отдадим старые каски, и все.
Никому верить нельзя, честное слово. Никому! Пока секретные переговоры не послушаешь, все равно правду не скажут. Что за люди? Вот прямо покоя им не дают чужие достижения. Ратуша в Берлине не жмет? До нее ведь тоже, в сущности, недалеко.
Вот мне, к примеру, всегда было ближе малоэтажное строительство. Что за дурацкая башня?
Берлин озаботился, хотя, на мой взгляд, не тем, чем надо. Вместо того, чтобы подумать на тему - а надо ли становиться стороной конфликта и чем это чревато, ребята сидят все в мыслях о том, как бы сделать так, чтобы их нельзя было прослушать?
Ответ - никак. По нынешним временам слушают всех.
Официальный Берлин сильно переживает - у них есть подозрение насчет того, прослушиваются ли внутренние каналы связи в ВВС, Бундесвере или даже Минобороны Германии российской стороной. Подозрение у них есть!
Ответ - конечно, прослушиваются. А как они думали? Они будут нести всякую ... слова, а российская сторона не будет это все прослушивать? Как дети, честное слово.
Их, кстати, прослушивает не только российская сторона. Их прослушивают все, кому не лень. Помнится, не так уж и давно был скандал с Меркель, которую. тоже прослушивали, причем это делала не российская сторона - про российскую сторону никто не знал.
Российская сторона - она вообще тихая, если ее не трогать. Но они не могут, понимаете? Им обязательно надо дернуть за пимпочку и посмотреть, что получится.
Ну, пусть посмотрят, если интересно.