Кроме опасностей, описанных в первой части статьи, существуют и другие – непосредственно производственные, бытовые и авантюрные, о которых поговорим во второй части.
Владимир Белоусов, член Союза переводчиков России, автор учебников и учебных курсов для нефтегазовых переводчиков.
Производственные опасности. При въезде на месторождение каждый сотрудник или посетитель обязан пройти вводный инструктаж по безопасности. В процессе нахождения на месторождении и выполнения работ также проводится периодический инструктаж по видам работ и охране труда. Несмотря на это, происшествия и аварии все-таки имеют место, хоть и не часто. В большинстве случаев, они вызваны ошибками и халатностью людей.
Одним из основных источников опасности на месторождении является сероводород, часто присутствующий в продукции скважин. Сероводород или «кислый газ» - это бесцветный газ, который в малых концентрациях имеет резкий запах тухлого яйца, а в больших концентрациях запах не воспринимается человеком, поскольку почти мгновенно парализуется обоняние. Для отравления достаточно одного вдоха, а последствия могут быть самыми непредсказуемыми, вплоть до смертельного исхода.
Однажды мой коллега переводчик поехал в составе группы из шести человек на кустовую площадку. Они открыли одну скважину, причем водяную, а не нефтяную, в которой не ожидалось газа, однако сероводород там был, и почти мгновенно все шестеро потеряли сознание. А позже их отправили в Москву для обследования и лечения. Безусловно, на буровой площадке всегда присутствует инженер по технике безопасности, который проводит инструктаж по работе в сероводородной среде и выдает средства индивидуальной защиты, включая самоспасатели. Однако он не может постоянно находиться с вами рядом, поэтому всегда нужно помнить об этой главной производственной опасности на месторождении.
Еще одной серьезной опасностью на буровой площадке является выброс нефти и газа под очень большим давлением из скважины, приводящий к разрушению оборудования, пожару и взрыву, гибели людей. Это может произойти, если, чаще всего в результате ошибки людей, давление столба бурового раствора в скважине окажется меньше давления жидкости в пласте. В целях предотвращения выбросов, на скважинах устанавливают специальные устройства – превенторы, а для буровой бригады периодически проводят тренировки по их своевременному закрытию.
Одной из основных проблем с точки зрения безопасности является падение предметов с высоты, в основном с мачт буровых станков и станков капитального ремонта скважин, например, инструментов при работе людей на площадках мачт. К слову сказать, высота мачты станка КРС составляет 22 метра, а буровой – 58 метров, поэтому защитная каска, обязательная для каждого, кто находится на рабочей площадке, вряд ли сможет помочь при падении гаечного ключа с такой высоты. Обычно на время ремонта на мачте всех людей выводят с рабочей площадки в безопасное место.
Электрический ток также является потенциальным источником опасности. Понятно, что не нужно трогать, а также пытаться открывать или разбирать оборудование под напряжением, однако иногда такая опасность сама находит нас. Вспоминается один случай из практики на месторождении. В то время я помогал нашему американскому парамедику в общении, а также при оказании первой медицинской помощи. Мы вместе выезжали на машине скорой помощи на вызовы.
Однажды поступил вызов в связи с поражением человека электрическим током. Уже приехав на место, мы узнали следующее. На строительную площадку приехал самосвал с песком. При разгрузке он зацепил кузовом линию электропередачи, и ток напряжением 10 000 вольт прошел через кузов. Водитель остался в кабине и был защищен, но один из разнорабочих бросился его спасать, и схватился за ручку двери кабины. Ток прошел через его левую руку и сердце, и вышел через правую пятку. Когда мы приехали, он был жив. Мы оказали ему первую помощь и довезли до больницы в городе, однако позднее он, к сожалению, скончался.
Это основные производственные источники опасности. Присутствуют и иные, например, оборудование, работающее под давлением, или оборудование в процессе опрессовки (гидроиспытаний). Если такое оборудование не выдержит установленное давление, то может произойти разрыв, поэтому подходить к нему близко, и, тем более, наступать на него нельзя.
В любом случае, главное для переводчика – пройти инструктаж по технике безопасности, строго соблюдать его правила и не заходить в те места, куда доступ запрещен.
Бытовые опасности. С учетом суровых условий тундры, особенно зимой, бытовые опасности нельзя считать чем-то незначительным. Ну, например, банальное отключение электричества по причине аварии сетей. Казалось бы, ерунда. Подождем, когда подключат. Но, принимая во внимание изолированность полевого лагеря, и его отдаленность от города, такая ситуация может быть очень опасной. Один раз именно так и случилось с нашим лагерем, когда температура за окном была -420С. Деревянное здание в таких условиях остывает всего за несколько часов, и это означает только одно – эвакуация персонала, если имеется достаточное количество транспортных средств. Но у нас и их не было. Тогда ситуацию спас аварийный генератор, который был привезен с установки подготовки нефти, но в целом это весьма опасно.
Это также касается использования неисправных обогревателей в деревянных зданиях и бытовках. Короткое замыкание – пожар – и все, остались на улице в мороз. Или, например, гололед. Эвакуировать пострадавшего со сломанной ногой в город за сто с лишним километров довольно проблематично. Все эти вопросы – ответственность не только инженера по технике безопасности, но и каждого проживающего в лагере.
Собственные сомнительные авантюры. По незнанию или собственной глупости можно оказаться втянутым в сомнительные приключения или авантюры, цена которых бывает очень высока. А иногда просто сами обстоятельства создают риски.
Втечение нескольких вахт мне довелось быть переводчиком супервайзера по бурению, венгра по национальности. Он давно заприметил старую русскую буровую вышку, стоявшую в паре километров от нашей рабочей площадки, и очень хотел подняться на самый верх. Все члены русской бригады отказались составить ему компанию, и правильно сделали, поскольку вышка было законсервирована, находилась в аварийном состоянии, и ожидала утилизации. А вот я зачем-то согласился.
Когда мы подошли к вышке, то увидели, что даже все трапы и ступени были убраны, чтобы никто не смог подняться. Но и это нас не остановило. Мы взобрались по опорам и добрались до лестницы, по которой и начали подниматься наверх. Буровая вышка была очень ржавой, перила лестницы по большей части отсутствовали, а сама лестница была явно неустойчивой под ногами. Тем не менее, мы поднялись на полную высоту вышки – 60 метров, постояли там, полюбовавшись видами тундры, и успешно спустились вниз. Вот только насколько это было нужно делать на аварийном объекте? Кстати, однажды я видел, как такая же вышка в тундре накренилась, а затем и вовсе упала.
Как-то сатирик Михаил Задорнов пошутил, что только русские мужики готовы сбросить с высотного дома гирю весом 32 килограмма для того, чтобы посмотреть: «А что будет?» Оказывается не только русские. Венгры тоже.
Еще один случай. Однажды американский парамедик нашего полевого лагеря узнал о существовании фермы для забоя северных оленей в паре часов езды от нас. Долго уговаривал меня поехать вместе с ним туда, чтобы поговорить с ненцами - работниками загона, и все-таки уговорил.
Первое, что мы увидели по приезду – это большую огороженную площадку, на которой мирно разгуливали олени, а также несколько деревянных построек. Как выяснилось позже, все они были предназначены для одной цели – забоя оленей. В загоне было всего два ненца, которые медленно подошли к нам очень неровной походкой. Честно сказать, их внешний вид меня напугал. Роста они были небольшого, одеты, как обычно, в малицы, но вот их лица в наступающих сумерках выглядели довольно зловеще. Кроме того, в руках они держали окровавленные клинки длиной не менее полуметра, похожие на мачете, которыми вертели в разные стороны во время разговора. И главное – при этом оба были под сильной алкогольной интоксикацией, их постоянно шатало из стороны в сторону. Другими словами, мы довольно быстро уехали, дабы завершить еще одну авантюру.
Кстати говоря, об алкоголе. Как уже обсуждалось выше – на месторождениях установлен «сухой закон». Однако всегда находятся люди, готовые его нарушить. Мой совет – возьмите себе за правило соблюдать инструкции и требования безопасности, тогда с вами всегда все будет хорошо. Если нельзя употреблять алкоголь – не делайте этого, чтобы потом не потянуло на еще большие приключения, например, купание в тундре в проруби при температуре минус 430С, примеры этого тоже приходилось видеть. Спросите себя сначала – вы действительно хотите это сделать?
Известно, что алкоголь всегда ведет к проблемам и бедам, а суррогатный алкоголь может привести к летальному исходу. В пору моей работы на скорой помощи, однажды мы доставляли с месторождения несколько парней с очень сильным отравлением в городскую больницу. Как выяснилось, у одного из них накануне был день рожденья, ну и решили отметить. Поскольку спиртное купить было негде, то решили выпить гликоль, который используется для предотвращения промерзания трубопроводов. Ведь в составе смеси гликоля есть спирт, правда метиловый, от которого и ослепнуть можно, и умереть. Но ведь что забавно сделали: культурно накрыли на стол, а сам гликоль налили в бутылки. Культурно так. Выпили по рюмочке и… вызвали скорую. Помните известное изречение: «Самое дорогое в жизни – это глупость, потому что за нее приходится платить больше всего».
Итак, после всего прочитанного и увиденного, вы готовы? Тогда добро пожаловать в команду! На самом деле, работа на месторождении – это реально интересно и круто!