О значимости заброшенных объектов для образования. В обычном мире, в городе и деревне, все занято. Заборы, границы, правила. Все либо чье-то либо общественное, публичное, осложненное ожиданиями и социальными нормами, оглядыванием «назад», на обобщенного другого. Поэтому Натуральная школа началась с выхода за околицу. За пределы «правильных» пространств, где ребенок должен соответствовать неким нормам поведения в обществе. Не кричать, не лазать, не бегать и т.д. Таким заоколичным пространством, конечно, стал лес. Но почти сразу мы и открыли заброшенные здания и «ничьи» сооружения.
Их особенность в их двойственности. С одной стороны, это творение рук человеческих, часть культуры и истории, с другой – он «ничей», нарочито контр-культурный. За счет этой двумерности возникает особая притягательность. Дети там в мире культуре, но при этом там нет надсмотрщика, хозяина, обобщенного взрослого, предписывающего нормы и владеющего всем в мире, кроме игрушек. Дети там хозяева этого здания. Они там становятся хозяевами. Редко кто уходит с заброшенного объекта без добычи. Иногда это огромный, тяжелый рюкзак. Иногда набитые карманы. У многих это первый опыт приобретения своего и владения им.
В лесу отношения с собственность разворачиваются по-другому. Из леса дети забирают только палки, но они скорее сделанные, чем найденные. Это изготовление вещи, а не удачная находка.
Ну и вторая сторона – культурная - никуда не девается, благодаря нашему подходу, а приобретает новое звучание. Во-первых, на заброшках мы вводим осмысленные, понятные нормы безопасности, действующие только здесь на такого типа объектах. Во-вторых, каждый заброшенный объект – это объект истории. Кроме самого здания, исторической ценностью обладают предметы из прошлого, заархивированные здесь: старые газеты, предметы быта, документы, элементы отделки.
200 лет назад был запущен Кузяевский фарфоровый завод, куда мы ездили уже несколько раз. Сотней лет ранее удалось сделать фарфор в Германии. А еще 1100 лет назад был открыт фарфор в Китае, примерно в начале VII века. Эта сухая информация оживает и распускается во время поездки туда, где делали фарфор братья Новые.
Вот мы проезжаем Гжель, где добывали каолин для производства фарфора. Вот склад гипсовых форм, в которые раскатывали смесь каолина, молотого кварца, полевого шпата и воды. Мы тут же пробуем это сделать, но мороз схватывает смесь, поэтому высушить не удаётся. Зато удается сымитировать похожий процесс с помощью алебастра.
Следующий цех – это печи, где высушенные изделия подвергали обжигу. Новая печь – из стали, остальные, древние – из кирпича. Дети играют с массивной печной дверью, закрывая и открывая ее, заходя внутрь печи и, пугаясь закрытого пространства, выбегая из нее.
О! Одна из участниц вылазки находит полуфабрикат – фарфоровую тарелку, подвергшуюся только первому обжигу. Второй обжиг – с глазурью – используют для посуды. А перво-обжиговый фарфор – матовый - используют для декоративный изделий. Это большая удача. Рассказы об этапах производства фарфора наполняются материальным содержанием.
А вот еще одна находка – осколок фарфорового изделия с именем и фамилией. Авторское произведение! Настоящее искусство.
Поднимаемся на второй этаж. Тут краски для фарфора и документы. По дефектной ведомости мы понимаем, что в 1994 году завод еще работал! Ровно 30 лет назад.
Богатое место. Это, пожалуй, один из самых больших заброшенных объектов России. И с каждым разом тут становится чище. В этом, отчасти, и наша заслуга.
Мы стараемся не просто водить детей по историческим местам, но и делать их лучше, убирая мусорные следы современности. И менять отношение к ним. Ведь это настоящая История. Натуральная школа – критический реализм в образовании.