Отрывок их пьесы «Разгонный блок. Чехов и Ван Гог» (Фигуративная драматическая игра.) НЮСЯ. Вы же сахарный, растаете. Кофе стынет, мармелад на столе. Я уж и кровать прибрала и обед приготовила. Можно я на рынок пойду. Вы там не утонули? На работу не ходит, до ночи книжки читает, днем ничего не делает, валяется, нет бы выйти, погулять, снег лопатой покидать, на трамвае прокатиться. Даже Толстой иногда пахал. Ох, не мое дело, но человек беспутный, говорят либерал, а борщ любит. Сидит дома один, все пишет и пишет, а что пишет неизвестно. За квартиру пора платить. БАРОН. Просыпаешься и лежишь, смотришь в потолок и думаешь - надо сон запомнить и никому не рассказывать, а то не сбудется. А спалось опять как-то неглубоко, вроде спал, а вроде нет. И сны как документальное кино. Реальные. Постель белая, подушка мягкая, жизнь прекрасная и никуда не надо. Можно, конечно, встать и пойти в сад, но можно и в окно посмотреть. А в саду лесорубы из комитета по озеленению, пилят и пилят, пилят и пилят,