Во Владивостоке, выходя из центрального универмага, наш радист замешкался и не отдал честь проходившему мимо капитану второго ранга.
— Товарищ прапорщик, вы почему не приветствуете старшего по званию? — строго спрашивает он Евгения.
— Извините, товарищ подполковник, отвлёкся, не заметил. Больше такого не повторится.
Тут начался девятый вал. Моряка словно прорвало. Уже забыв о не отданной чести, он стал дёргаться и кричать, брызгая слюной:
— Это у вас в армии подполковники, а я капитан второго ранга, плавсостав! К-А-П-И-Т-А-Н В-Т-О-Р-О-Г-О Р-А-Н-Г-А! Запомните! Смотрите сюда! — тычет он пальцем в свои золотые нарукавные нашивки. Видно, здорово его задело то, как жестоко плюнули в его широкую военно-морскую душу.
Мы подтянулись поближе. Командир экипажа видит, что надо выручать радиста:
— Товарищ капитан второго ранга, я командир этого шалопая. Вы уж его извините, я проведу с ним воспитательную работу и приму соответствующие меры.
При виде равного по званию капитан понемногу стал успокаиваться:
— Ладно, чего уж там. Бывает.
Решив ещё больше умаслить моряка, командир лихо приложил руку к козырьку фуражки, отдавая честь, и отчеканил:
— Разрешите идти, товарищ подполковник? — и какой чёрт его за язык дёрнул?
Лицо капитана превратилось в гримасу. Казалось, что он прямо сейчас расплачется. Выдавив из себя уничижительное:
— Пехота! — капитан второго ранга безнадежно махнул рукой и, повернувшись к нам спиной, стал быстро удаляться по тротуару.
— Командир, зачем же ты его опять подполковником обозвал? Наверняка, капдва сильно обиделся. Видел, как его колбасило?
— Честное слово, я не хотел. Само как-то вырвалось. А мариман пусть не обижается. Я же не обиделся, когда он меня пехотой обозвал.
Компромисс
Самая почётная – служба ветрочётная...
Во время полёта, чтобы поточнее выйти на поворотный пункт маршрута, штурман командует командиру корабля:
– Командир, доверните вправо на два градуса.
На что слышит в ответ:
– Штурман, да у меня цена деления на курсовом приборе всего два градуса, плюс поправка на зрение. Поэтому развороты меньше трёх градусов и не проси.
– Хорошо, тогда доверните вправо пять и влево три, – нашёл компромисс штурман.
В заключение анекдот от лётчика: "Папа-штурман провожает маленького сына в детский сад. Сын спрашивает: "Папа, вот ты говоришь, что в полёте навигация на тебе, боевое применение средств поражения тоже на тебе, а лётчик-то чем занимается?" "Сынок, лётчик возит папу на работу".
Командир
У меня был весёлый командир экипажа. Он мог после посадки на чужом аэродроме и выключения двигателей открыть форточку и крикнуть заводившему нас местному дежурному по стоянке:
— Эй, мужик, это что за аэродром?
Услышав в ответ:
— Киев, Борисполь, — делал удивлённое лицо, восклицая:
— Какой ещё Киев, я же в Минск летел, — чем приводил встречавшего сначала в ступор а затем в неописуемый восторг.
Мог он перед полётом на разведку погоды, придя на самолёт после предполётных указаний, приказать экипажу попрыгать на месте:
— А как же, всё ж таки на разведку летим, надо, чтобы в карманах ничего не звенело.
Когда обмывали присвоение мне звания подполковника, командир, бросив в мой стакан с водкой две звездочки, провозгласил тост за новоиспечённого старшего офицера. На замечания окружающих о том, что майор уже старший офицер, он, хитро прищурившись, выдал:
— Не скажите. Майора могут разжаловать до капитана, а подполковник, если одну звёздочку и скинут, всё равно останется старшим офицером.
По различным вопросам он всегда советовался с экипажем. Заканчивалось это обычно так:
— Есть два мнения — одно моё, второе неправильное. Действуем по-первому.
Дома он тоже шутил. На провокационный вопрос жены, отчего он устаёт, ведь самолёт летает на автопилоте, привязал её к креслу перед включённым телевизором и ушёл гулять с собакой. Когда командир через два часа вернулся, жена была в лёгкой истерике. Подействовало — больше она глупых вопросов не задавала.
Весёлый был человек — мой командир экипажа.
Предыдущая часть:
Продолжение: