За свою военную карьеру генерал Чарльз Джордж Гордон получил множество прозвищ: «Гордон Китаец», «Гордон Хартумский» и «Гордон Паша».
В зените своей военной славы, в 1882 году, он взял перерыв и отправился в Палестину. В Иерусалиме он жил в семье Спаффордов, чей дом находился недалеко от Дамасских ворот, откуда открывался вид на северную дорогу из города и возвышающуюся рядом скалу, напоминавшую череп. Именно весомое мнение прославленного генерала легло в основу последующего установления традиции «протестантской Голгофы». Данная выдающаяся скала привлекала внимание еще средневековых паломников, но подробности я не буду описывать в данной короткой заметке. Я хочу лишь вспомнить визит Гордона в деревню Эйн Карем. Традиция рождения Иоанна Предтечи в этом живописном поселении недалеко от Иерусалима также оспаривалась в XIX веке, и часть паломников отправлялась в район Хеврона.
По видимому будучи евангелистом, Гордон предпочел остановиться не в католическом монастыре в Эйн Кареме, а в доме мусульманского главы деревни (мухтара), недалеко от источника. Вся деревня ждала кортежа великого генерала, так что чуть не пропустила появление небольшого человека в флотской куртке. Мой коллега Геннадий Шаензон рассказал мне прекрасную историю, услышанную им когда-то от учителя многих гидов Хаима Кореля, что шелковицу, до сих пор растущую в бывшем доме мухтара, посадил сам Гордон Китаец.
В наших краях Гордон пробыл год, а еще через два года британские власти попросили Гордона возглавить операцию по эвакуации египетского гарнизона, осажденного в Хартуме. Прибыв в Хартум, Гордон сразу понял, насколько безнадежно было положение осажденных. Чарльз Гордон сел на верблюда и отправился один в лагерь «Махди» для переговоров. Предводитель восставших Мухаммад Ахмад «Махди» предложил Гордону выбор: либо уйти нетронутым, либо погибнуть со своими солдатами. Гордон выбрал последнее.
Шелковица нередко фигурирует в китайской поэзии; неизвестно, вкладывал ли Гордон в нее какой-то символический смысл, когда сажал ее у источника в Эйн Кареме. Но услышав эту историю раз, я всегда вспоминаю там историю рыцаря Чарльза Гордона.