by Этьен Рассель
Приступим к изучению работы канадского историка, профессора Университета Британской Колумбии Джорджа Эгертона (George Egerton) – Ideology, Diplomacy, and International Organisation: Wilsonism and the League of Nations in Anglo-American Relations, 1918-1920.
С началом 20-ых американские отношения с европейскими демократиями, в особенности Британией, вошли в новый период турбулентности. Эффект совместной борьбы с “реакционным старым миром” каким по обе стороны Атлантики представлялись Центральные Державы сошёл на нет, обнажив старые противоречия. И начало этому положили споры о послевоенном переустройстве. Стоит отметить, что охлаждение англо-американских отношений как правило происходит после ухода общего врага, а сближение предваряется появлением на горизонте нового. Отсюда следует, что чем важнее для Лондона сотрудничество с Вашингтоном, тем выгоднее первому наличие в мире внушительного центра силы, враждебного последнему.
Британское правительство не было настроено соглашаться на привилегированный статус Америки в готовящейся к созданию международной организации – Лиге Наций. “Ковенант Лиги Наций” – так, с религиозными нотками (оксфордский словарь приводит в качестве примеров употребления слова covenant как денежные вопросы, так и договор Авраама с Господом) назывался разрабатываемый документ, определяющий основы послевоенного миропорядка. Это являлось триумфом одного из взглядов на функции Лиги, а именно либерально-интернационалистского мировоззрения 28 президента США (1913 – 1921) Вудро Вильсона, глубоко верующего пресвитерианца. Эгертон определяет вильсонизм как идеологический и религиозный ответ на обстановку войны и революций.
Идеи Вильсона ярко проявлялись в его манифестах, восторг которым выражали “британские либеральные круги”. Лучше всего их иллюстрирует президентская речь Конгрессу 8 Января 1918, известная как “14 пунктов”. Среди принципов, без которых невозможен длительный мир по Вильсону были: “отказ от тайной дипломатии”, “свобода морей за пределами территориальных вод”, “свобода торговли и отказ от протекционизма”, “максимальное разоружение до точки, необходимой для внутренней безопасности”, “право наций на самоопределение”, “создание международной организации, гарантирующей политическую независимость и территориальную целостность как великим державам, так и небольшим государствам”. Однако, Эгертон показывает, что в кабинетах британского правительства, далеко от “британских либеральных кругов” взгляды на Лигу и принципы послевоенного устройства были куда более консервативными.