B музейной витрине стоит наградное и обычное холодное оружие. Палаш конногвардейцев матушки Екатерины, наградная сабля генерала, командовавшего полками под Севастополем и сабля, которую австро-венгерские подданные с риском нарваться на крупные неприятности, подарили русскому генералу. На подарке генералу Черняеву, сделанному чехами из Праги в начале 1877 года надпись «Славянству. Христианству. Человечеству».
За что ему такая честь?
Почему чехи так хотели подарить эту саблю русскому генералу?!
Почему сабля украшена греческим, черногорским и румынским гербом и еще гербом доброго города Праги?!
Тут можно вспомнить «Анну Каренину». Ту ее часть, которую никто не читает, так как Анна уже бросилась под поезд, а зануда Левин живет своей замечательной жизнью. Тем временем Вронского и прочих уезжающих воевать на Балканы на вокзале провожают восторженные русские патриотки, все как одна говорящие исключительно на французском. В конце романа Вронский уезжает воевать на Балканы, помогать братьям-славянам. И не сказать, чтобы Толстой это одобрял. Но, конечно, кроме неодобрения Толстого было много тех, кто не просто одобрял, а ехал. Помогать и воевать. В том числе и Черняев.
Генерал Михаил Черняев - этот тот самый офицер, который взял Ташкент и присоединил его к России, после чего в дневнике министра внутренних дел Валуева появилась запись из разряда «отлить в граните». Вы наверняка ее слышали в той или иной версии, в оригинале она звучит так:
«Ташкент взят генералом Черняевым. Никто не понимает, почему и для чего…»
Подробнее – вот в этой моей статье, там на самом деле получилось забавно:
За Ташкент Черняева в общем и целом по голове совсем не погладили и наградами с чинами не пожаловали. Наоборот, отозвали из Средней Азии и отправили в отставку. Правда, почти сразу вернули, «состоять в распоряжении» в Варшаве. Вроде бы и на службе, но без дела и продвижения. Возможно, что причина такого маневра начальства заключалась в том, что Черняев слишком занимал слишком ярко выраженную политическую и служебную позицию : он был а)славянофилом, б)противником реформ Милютина, в)как и Ермолов ранее, считал, что во всех проблемах русской армии виноваты исключительно немцы.
В общем, с одной стороны был ярким патриотом, с другой стороны - его патриотизм заходил слишком далеко, вплоть до откровенный перегибов.
Так вот возвращаясь к «Анне Карениной», Вронский уехал на Балканы не просто так, а воевать под началом генерала Черняева. Дело в том, что когда в 1875 году на Балканах началась очередная заварушка, Черняев решил, что пришел удачный момент для объединения всего славянства. И согласился с предложением сербов возглавить их армию. К этому моменту он ушел в отставку, так что формально запретить ему поехать по своим делам, «посмотреть достопримечательности Белграда» власти не могли, да, наверное, не очень и хотели. Хотя для публики и «зарубежных партнеров» продемонстрировали, как чиновники в поте лица делают все возможное, чтобы задержать Черняева в России. Ему вроде бы и паспорт запретили выдавать, и на границе приказали задержать. Но в итоге документы в Москве все равно оформили, приказ задержать Черняева «опоздал» попасть к пограничной страже, и вскоре он занял место главнокомандующего сербской армией. После чего Белград и стал весьма популярным местом для поездки русских офицеров в «отпуск».
Сербская армия под командованием Черняева потерпела поражение от турок, в том числе и потому что война шла так, как он описал в одной из своих телеграмм:
«Все русские погибли, все сербы бежали».
Через два месяца после разгрома Сербии началась русско-турецкая война, завершившаяся дважды перекроенной политической картой Балканского полуострова, в результате чего победителями в этом конфликте оказались все великие европейские державы кроме России.
Но за небольшой промежуток между двумя войнами Черняев успел побывать в Праге, где восторженная общественность вручила ему специально изготовленную к его визиту саблю. Вот эту самую, с надписью «Славянству, Христианству, Человечеству». От чехов, вспомнивших, что они тоже славяне, русскому генералу.
Оглушительный ажиотаж вокруг визита Черняева в Прагу настолько напряг австрийское правительство (Прага в то время была всего лишь одним из городов Австро-Венгерской империи), что его попросили как можно быстрее покинуть пределы страны. Генералу даже не дали побывать на банкете, который чехи хотели закатить в его честь. Но сабля, само собой, осталась и в итоге оказалась в коллекции Исторического музея, который регулярно показывает ее на выставках.
И я стою и смотрю на нее в музейной витрине выставки «Российская империя»в РИАМЗ, а мимо пробегают туристы на экскурсиях, не обращая особенного внимания на саблю, которая могла бы стать в некотором роде символом славянского единства, но осталась одним из многих музейных экспонатов.
----------
Не ленитесь, ставьте лайки :) Они поднимают настроение и вместе с вашей подпиской помогают развитию канала.