Когда мы хотим что-то поменять в личной или профессиональной сферах часто нас останавливает боязнь потери имеющегося. Страх потерять знакомый объект (партнёра, работу), который давно не устраивает, перевешивает желание изменений к лучшему, получения чего-то нового. Гораздо проще решить, что мы ни на что не можем повлиять и изменения опасны. Сегодня я хочу порассуждать, откуда у нас такие установки.
Я думаю, что послания – «от меня ничего не зависит» и «изменения опасны» – передаются от родителей к детям со времён крепостного права. От крестьянина тогда и правда мало что зависело, он не принадлежал самому себе, его могли продать, женить или отправить на воинскую службу на усмотрение хозяина. Изменения тогда действительно были опасны – лучше было не высовываться. Затем в СССР эти установки закрепились, у людей отсутствовала субъектность, им всё давало государство – работу, жильё, они мало на что могли повлиять. После революции представители разных сословий были лишены собственности. В СССР повышали в должности зачастую не за хорошую работу, а за лояльность, полезность государству.
Французский психолог Анн Анселин Шутценбергер в 80-е гг. XX в. первой начала изучать механизмы передачи невидимых наследственных психологических недугов. По её теории, эмоции, связанные с трагическими событиями, передаются потомкам – в виде повтора сценария жизни предков. Ребёнок бессознательно считывает эмоциональное состояние и жизненные установки членов семьи, он знает даже то, о чём ему никто не говорил. Французский психоаналитик Франсуаза Дольто считала, что дети, не зная многого, знают всё — даже младенцы.
Виктор Франкл в книге «Сказать жизни: «Да!»: психолог в концлагере» пишет, что в невыносимых условиях заключения у узников был выбор – как относиться к происходящему, даже там от них что-то зависело.
Если мы получили такие установки от предков, то можем оценить, насколько они соответствуют реальности? Когда послания осознаны, мы можем выйти из этого сценария и направить себя по любому пути – тому, что будет достаточно хорошим для нас. Разбирать свою семейную историю продуктивнее с психологом, потому что установки сложно самостоятельно обнаружить и связать со своей жизнью, потому что нам кажется, что это наши мысли, а это не так.