ПАРАШЮТНОЕ ДЕЛО И НЕ ТОЛЬКО
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
При поступлении в институт меня раздирало от необходимости выбора - то ли пойти в альпинистскую секцию, то ли пойти в секцию парашютного спорта.
В альпсекции условия были более жесткие. Занимаясь в ней, нужно было заблаговременно сдавать зачеты перед сессией, а то и часть экзаменов, с тем, что отправится в лагерь в горы пораньше других. Думается, мне, что для этого нужно было быть отличником в учебе. А рядовому студенту, как известно, cвойственны косяки, такие как хвосты и прочие дезорганизующие начала.
Безусловно, риск присутствовал при занятии и альпинизмом, и парашютизмом, как впрочем, этого и хотелось (как жить без риска), но занятия парашютным спортом мне казались более демократичными, менее обязывающими к суровой дисциплине. С альпинистами ведь как — чуть что "проспал", упустил из виду, и летишь, не дай бог в пропасть, или, как минимум, ломаешь себе что-нибудь непременно.
Ну, вообщем, выбрал я парашютное дело.
Но это совсем не означало, что я не мог заниматься чем-нибудь еще параллельно..
К примеру, была возможность у наших студентов «откосить» от занятий физкультуры. Для этого нужно было записаться еще и в секцию мотоспорта. Ну так за чем же дело стало? Пошли и записались, аж всей группой, в составе двадцати человек, всем «скопом» на «мотодело».
Ничего себе такая, смешная картина, как появляются на треке два десятка бравых рыл в своих городских одежах - кто в трениках и вязаной шапочке пришел из общаги, кто в кожаном плаще и шляпе приехал на собственном авто. Лишь бы миновать эти невыносимые занятия физической культурой в душном зале.
Я-то, собственно, был не против занятий спортом, как таковым, ибо последний год активно занимался на перекладине на школьном дворе позади дома. К слову сказать, и гири тягал, и на руках ходил вниз головой, но предложение было чересчур заманчивым, и я таки пошел со всеми наматывать первые пробные круги по треку на маломощном «пердулете» марки «Минск-25», именуемом в народе «макакой».
Похохотали мы, поржали друг над другом, на предмет «кто что может» изобразить на городском «мокике», а через пару недель все-таки «соскочили» многие из нас c этой темы. И остались на «мотоделе» самые стойкие из нас, самые «крепыши». Остался и я. Крепышам было не сладко. Приходилось собирать и разбирать мотоциклы, протачивать самим на токарном станке недостающие детали с целью форсирования моторов, и это были уже не городские байки, это были мощные кроссовые «бестии».
Но вышло, как вышло. Съездили мы пару раз загород на тренировки, на сложные естественные трассы, по сути все этим и ограничилось. Остался в деле лишь один из нас тогда , по прозвищу «длинный», и с того момента мы постоянно видели его то весной со сломанной рукой, то осенью со сломанной ногой. Может он при своих габаритах не умел группироваться вовремя, а может излишне рисковал на "кроссаче"? Как бы это ни было - нам такого «счастья» себе не хотелось.
Забегая вперед, также скажу про своего однокурсника Ваню Демишкевича, того самого круглого отличника, который избрал в качестве занятий спортом альпсекцию. Поначалу я завидовал ему — он возвращался с гор ( причем зимой) каждый раз черным, как шоколадка, и в прекрасном расположении духа. И это не было для него только лишь занятием спортом. Альпинизм превращался для него в образ жизни. Ваня каждый раз так загадочно улыбался при нашей с ним встрече - как будто знал только им ведомую истину и пути достижения нирваны.
P.S.: Как-то раз он появился в институте с обеими перебинтованными кистями рук. Как выяснилось, на сборах он сорвался со скалы и падал. Для своего спасения ему пришлось схватиться голыми руками за страховочную веревку, с тем, чтобы замедлить падение. Кожа на ладонях была напрочь содрана...
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ