Несколько холстов были пусты.
Я так и не понял, нужно ли задавать вопросы или восхищаться. Всё это современное искусство — не моя тема.
Владелица выставки, кажется, не обиделась на отсутствие реакции. Она провела меня по всем трём комнаткам арендованной галереи. Белые стены, белые подставки для статуй, как они называются? Постаменты вроде...
Пустые постаменты. Пустые холсты.
На самом деле, так мне больше нравилось. Потому что её работы были, ну, жутковаты. На каждой — человек в какой-то агонии. Кричит, раскрыв рот так, что челюсть может сломаться. Рвёт на себе волосы. Рыдает, забившись в угол полотна. Скульптуры не отставали: странные позы, будто сломанные конечности...
Но это была не моя проблема.
Мне нужно было всё это охранять, а не оценивать.
— Вот ключи, — сказала художница, протягивая тяжёлую связку. — Мне сказали, в восемь утра вас заменят.
— Конечно!
— Надеюсь, всё будет спокойно!
Стуча каблуками, она удалилась. Стараясь не смотреть на картины, я открыл в телефоне приложение с кроссвордами.
В таких местах теряется счёт времени. Ни одного окна или часов. Только холодный белый свет, в котором картины смотрелись «выигрышнее».
Будто этим картинам могло что-то помочь.
Зная, что некоторые художники просматривают записи с камер наблюдения, волнуясь за свои работы — я каждые полчаса делал обход, как и положено. Но что может исчезнуть из трёх залов, запертых на несколько замков?
Картина с девушкой, которая кричит, будто схватившись за раму? Тянет руки, пытаясь выбраться наружу?
Она ведь выглядела совсем не так, когда я полчаса назад здесь проходил.
Я потянулся к соседнему полотну. Может, перепутал — эти «шедевры» так-то похожи друг на друга. Но рядом висел какой-то мужчина. Он метался от одного края картины к другому. Как маятник.
Секунда — и он слева. Секунда — справа.
Она что, делала какие-то интерактивные картинки?
Я обернулся, услышав стон. Одна из статуй пыталась подняться с колен. Тянула ко мне тяжёлые гипсовые руки и завывала. С трудом, но я разобрал слова:
— Освободите! Освободите меня!
Девушка на картине визжала, пытаясь сломать раму. На противоположной стене кто-то хотел разорвать холст, бился в истерике, рыдал и умолял о спасении.
Запертые в картинах.
Превращенные в искусство.
Рука нашарила ключи в кармане. Ну уж нет! Искусство, фокус или галлюцинация, я не собирался это терпеть! Вот она дверь на другом конце комнаты. Почему же она оказывалась всё дальше? И дальше?..
Будто кто-то схватил меня со спины и тянул назад.
Повернув голову, я не увидел ничего, кроме полотна. Пустого полотна, заключённого в раму. Четыре планки, собранные в прямоугольник. Граница. Западня.
Я закричал, но оно продолжало затягивать — медленно и неумолимо.
В последнюю секунду, когда воздух в лёгких закончился, я услышал её довольный смех.
.
.
.
.
.
Второй охранник пришёл ровно в восемь утра. Дверь галереи никто не открывал, поэтому ему пришлось воспользоваться запасными ключами.
Внутри царила тишина. Ни единой живой души, не считая изображённых на картинах.
Он обошёл все три зала, недоумевая, куда же делся ночной охранник. Замер перед одним из полотен. Усмехнулся.
На картине был изображён человек в знакомой форме и с связкой ключей в руках. Рот распахнут в яростном крике. Ладони сжаты в кулаки.
Будто он пытался выбраться наружу.
Спасибо, что прочитали! Подпишитесь на канал и поставьте лайк, чтобы видеть в ленте больше моих историй.