А помнишь, как бились о скалы волны, луна разрезала дорожкой море, и стрелки смотрели на звёзды в полночь - часы замирали не в силах спорить с волнующей магией млечной сути... Корабль уплывал на Восток, негромко смеялись на палубе мокрой люди; стоял одиноко маяк, о чём-то грустил, провожая щемящим взглядом... И мир мне казался подарком райским - плечо твоё сильное было рядом, и щёки горели румянцем красным. Ночь слушала певчих цикад романсы, подхватывал бриз дуновеньем тёплым, а звёзды кружились над морем в танце, в лучах раскрываясь, сияли топлесс.
А помнишь, как бились о скалы волны,
луна разрезала дорожкой море,
и стрелки смотрели на звёзды в полночь -
часы замирали не в силах спорить
с волнующей магией млечной сути...
Корабль уплывал на Восток, негромко
смеялись на палубе мокрой люди;
стоял одиноко маяк, о чём-то
грустил, провожая щемящим взглядом...
И мир мне казался подарком райским -
плечо твоё сильное было рядом,
и щёки горели румянцем красным.
Ночь слушала певчих цикад романсы,
подхватывал бриз дуновеньем тёплым,
а звёзды кружились над морем в танце,
в лучах раскрываясь, сияли топлесс.