Петя шёл по улице и недоумевал. Почему именно этот город, тихий и мирный стал местом странных событий? Он возвёл очи к небу в попытках вспомнить, что-нибудь выдающееся об этом городе. Однако ни мудрых мыслей, ни озарения с небес не последовало, к тому же его чуть не сшибли пробегающие мимо парни и девушки. Они громко обсуждали будущие выходные. Петя рефлекторно прислушался.
– Давайте в выходные в Самару, а то с тоски сдохнем! – размахивая руками, вещал долговязый парень.
– А где жить? – забеспокоилась девчонка с креативной стрижкой
– У меня там друган живёт, недалеко от Самарской площади. У него родители в Турцию на месяц умотали отдыхать.
– Пошли домой, отпросимся! – завопила девчонка. – Только не говори, что родители уехали! А то мои меня не отпустят.
Пётр остановился. Именно! Здесь всё на виду, следовательно, то, что искали, было настолько уникальным, что злодеи отринули осторожность. Для чего же нужна Зоя? Может она что-то может рассказать под гипнозом? Может дети с синими глазами лучше гипнотизируются? Осознав, до какой глупости додумался, Петя завопил:
– Ну, ничего не понимаю! Причём тут цвет глаз?!
Проходящая мимо девушка остановилась и спросила:
– Вы это мне?
Смущённый сыщик заморгал и покраснел.
– Нет! Простите! – бесхитростное лицо сыщика сыграло свою роль, и девушка улыбнулась ему. Петя немедленно ткнул девушке в руки бумажку с адресом. – Не скажете, как мне добраться до гостиницы?
– Это близко. Вот здесь сверните, и через пару кварталов, вы на неё наткнётесь. Это внешне обычный жилой дом, но его недавно побелили, а двери покрасили.
– Спасибо.
Он добрёл до угла и свернул на маленькую кривую улочку. Дома на улице были старыми, двухэтажными. Нижние этажи из кирпича, покрашенного желтой и серой краской, верхние – деревянные, окна зданий были украшены резными наличниками. В палисадниках буйно росла сирень и шиповник, кое-где росли американские клёны и рябины. Между некоторыми домами в дворах торчали особнячки из светло-жёлтого кирпича.
Через несколько шагов, зазевавшись на резные наличники, Петя буквально наткнулся на фуру, стоящую поперёк улицы и загородившую проход. За всеми хлопотами сыщик и не заметил, что уже смеркалось. Было то время суток, когда фонари ещё не включили, и всё казалось размытым. Наверное, поэтому сначала Пётр решил, что произошла авария, ведь фура стояла поперёк дороги. Он обошёл машину, и удивился – в ней никого не было, двери кабины были распахнуты настежь.
– Эй! Нужна помощь?! – однако было тихо, он сделал несколько шагов в сторону к фуре.
Его спасла какая-то кошка, подвернувшаяся под ноги. Наступив на неё, Петя шлёпнулся на асфальт. В этот момент загоревшийся над ним луч буквально распилил фуру пополам.
– Проклятье! – не вставая, на четырёх конечностях, несчастный сыщик рысью поскакал в ближайшую подворотню. Луч полосовал фуру, а Пётр, тыкаясь во все подвальные двери во дворе в поисках открытой, перепугано размышлял, что это за гиперболоид, и причём тут он, Петя?
Обнаружив открытую дверь в подвал, ошеломлённый детектив мгновенно шмыгнул в неё. Проталкиваясь между старой мебелью, вёдрами, детскими старыми колясками, какими-то ящиками, пованивающими забытой картошкой, и ржавыми баками для кипячения белья, он забился в самый дальний угол подвала. Не зная, из-за чего идёт охота, Пётр на всякий случай старался сделать задачу охотников за ним максимально сложной.
Внезапно дверь в подвал пнули, и несчастный сыщик, отчаянно тыкаясь во все углы, пополз дальше. На своё счастье, за какой-то разломанной коляской он обнаружил ещё одну дверь, в которую проскользнул, и оказался в подвале видимо другого дома. Стараясь даже не дышать, он тихо из нескольких трёхлитровых и литровых банок, стоявших в углу, соорудил пирамиду и, прислонив её к двери, затаился. По подвалу ходили, передвигали мебель, ящики и брошенные вещи. Его явно искали. Чей-то хриплый голос произнёс:
– Нет его здесь! Видимо в другой двор побежал. Ошибся наблюдатель.
– Стой! Здесь какая-то дверь, – возразил ему кто-то с необычным металлическим голосом.
– Эх, сюда бы нюхача! Это не дверь, а лаз для собак! – огрызнулся хрипатый.
– Лаз не лаз, а пролезть можно. Давай попробуй открыть. Что за уроды, нет чтобы выкинуть, всё в подвал затащили.
Пётр перестал дышать. Раздался скрип и шорох отодвигаемых ящиков, потом чьи-то руки толкнули дверь. Банки, которые он наставил, со звоном покатились.
– Чёрт, грохот какой! Сейчас всех переполошим, – прохрипел первый. – Сваливаем отсюда! Нет здесь никого! Если бы он сюда полез, то мы бы услышали. Вот же банок наставили!
– А может он и наставил?! – засомневался тип с металлическим голосом.
– Господи, помоги чем-нибудь! Хоть крыс пошли! – беззвучно взмолился сыщик.
Видимо его молитва была услышана, мимо него шмыгнула пара крыс в приоткрытую дверь. Они запищали, наткнувшись на его преследователей.
– Крысы! Твою ж! Кошками воняет, а крыс полно. Всё, пошли отсюда! – заторопился хрипатый.
Говорившие вышли из подвала.
– Спасибо, Господи! Начинаю верить в чудеса! – беззвучно возопил Пётр и замер, затаив дыхание.
Прошло часа два. Раздался знакомый звук пришедшей СМС-эски, сыщик чуть не умер от этого звука. Его искал друг.
– Не вовремя! – обозлился Коробов и отключил телефон, потом суетливо пополз к выходу, догадавшись, что в подвале никого нет, шепотом ругая себя. – Осёл, тупой! Почему не взял оружие? Ведь есть же разрешение!
Вышел на улицу. Воняло горелым. Растерянный «Пинкертон» оказался в толпе любопытных, обсуждавших невероятное происшествие – пожар оставленной кем-то фуры. Сгоревшую фуру уже убрали, но толпа обывателей продолжала мусолить будоражащее их жизнь событие. Для Сызрани это было слишком: похищение детей, теперь пожар почти под боком у полиции! Пенсионеры уже спорили, выдвигая одну гипотезу за другой и отвергая их.
Пётр от неожиданности чуть не захлебнулся собственной слюной, когда его жёстко взяли под руку и куда-то потащили. От сердца отлегло, когда увидел опера, который дёргал ему нервы в Детском доме. Уставший сыщик раздражённо выдернул руку, но его впихнули в машину. Вскоре он оказался в незнакомой хрущовке, на кухне.
Оперативник угрюмо рассматривал грязную и местами порванную щегольскую куртку частного сыщика, потом проворчал:
– Кто это тебя? Били?
Петя помотал головой.
– Нет, но хотели, а я даже не знаю за что! Понимаете, я даже кастета не захватил! Я же не убийства расследую, – раздражённо бормотал Петя. – Здесь что, совсем оборзели? Лазер этот, идиотский…
– Нет, это не лазер, – просипел опер. – Это что-то другое. А напали из-за девчонок.
– Но я их даже не видел! Э-э… Кроме одной, – удивился Пётр.
– Ты вот что… Уезжай, если успеешь, – в голосе оперативника Петру почудилось отчаяние.
– В смысле? Понимаете, я же не просто так остался.
– Опасно! Происходит что-то страшное… Моих ребят, которые успели сообщить, что взяли след, изувечили.
– Кто?
– Не знаю! Врачи в шоке. Парней как будто звери рвали, а двоих… – опер сглотнул, – ... их шарахнули этим лазером, как ты говоришь. Короче, наверное, не смогут помочь им. Это какой-то химический ожёг.
– Ничего не понимаю! – признался частный детектив. – Пойми, я только приехал и пошло-поехало. Я же даже фотографий этих девчонок не видел. Нет, в смысле…. Они мне не нужны!
– Их нашли, – сообщил опер. – Знаешь, всякого я нагляделся, но такого!
– Всех? – Петра, как в подвале, начал бить озноб.
– Да! Все мёртвые, и у всех вырезаны глаза. Твари! Это же девочки!
– Как это?! Зачем?! Изнасилованы? – Петр озадаченно смотрел на опера, за свою жизнь о таком, он не слышал ни разу.
Опер, лязгая от бешенства зубами, прохрипел:
– Их не насиловали… Хуже!. У всех глаза вырезали аккуратно, но без наркоза. Рот у них заклеили и резали по живому. Сволочи!
– Не понимаю! Зачем? Что это за садизм?!
– Мы тоже не понимаем. Но эти изверги создали стерильность, расстелили плёнку, с неё наши криминалисты сняли кое-какие реагенты… Наши химики вообще не поняли, что это. Трупы даже не скрывали, бросили так. Забрали глаза и всё. Твари! Ничего не боялись.
– Чёрт, им нужны были органы? Или это что, такой вариант Джека Потрошителя? – просипел сыщик.
Опер раздражённо покачал головой.
– Ты что, спятил? Это же десятилетние девочки! Девочки! А не проститутки, и потом, их не потрошили. Забрали только глаза, – и признался, – Никогда такого не было. Главное непонятно, почему именно их? Зачем так много глаз? Что они паука снабжают что ли?
Петя размышлял секунду и взволнованно сообщил:
– Они вернутся! Там есть девочка с красивыми глазами. Они на неё охотятся. Они вернутся.
Опер выматерился, достал телефон, но в дверь гулко ударили, потом раздался странный вой. Никогда такого звука Пётр не слышал.
– Уходи! – приказал опер Пете.
– Куда?!
– Через балкон, там низко. Допрыгнешь! – рявкнул «гостеприимный» хозяин, доставая не пистолет, а здоровенный обрезок трубы.
– А как же Вы? Почему не пистолет?
– Их пули не берут, кевлар что ли на них? Но я уже одного покалечил, случайно. Попал в балку, та и прихлопнула злодея. Так что, сваливай!
– Нет! – Пётр решительно взял в руки набор кухонных ножей. – Я хоть и не люблю драться, но умею.
В это время в квартире заклубился зелёный дым.
– Уходи! Я думаю, что именно ты им нужен. Эта фура была ловушкой для тебя. Чем-то ты для них опасен, – дверь застонала от ударов. Опер угрюмо смотрел то на телефон, то на дверь. – Смотри-ка, они как-то вырубили сотовую связь. Уходи! Ты только помешаешь. Не бойся, мои скоро подъедут. Мы их…
Прихватив куртку, Пётр выскочил на балкон, содрал верёвку и, привязав её к перилам, скользнул вниз. Потом сдёрнул верёвку, полагая, что незачем облегчать его преследователям жизнь, и выскочил на соседнюю улицу.
Полил дождь, шум которого скрыл звуки его шагов, и через минуту послышался вой полицейской сирены. «Пинкертон» порадовался за опера и прибавил хода. Оставаться в Сызрани было опасно поэтому, он побежал на электричку - благо, что та скоро отходила. Ему надо было разобраться, собрать своих ребят и вернуться обратно хорошо подготовленным. Он не собирался прощать смерть Лики.
Очутившись на вокзале, Петя умылся в туалете и оторвал ручку от двери. Мало кто знал, что даже ручка в умелых руках становится оружием не хуже ножа. Сунул ручку в карман и направился за билетами. После того как купил билеты, Петя осмотрел зал ожидания и только потом уселся, ожидая электричку. Он был уверен, что сюда не сунуться – слишком людно.
Пётр успел до деталей продумать, что делать дальше, когда к нему подошли двое парней в форме. Он рефлекторно отметил про себя, что оба - метр девяносто пять или метр девяносто, не меньше. Обычно парни такого роста худощавые, а эти были мощными. Форма была незнакомая, глубокого фиолетового цвета, на погонах у каждого было три звезды и нашивки в виде металлических ладоней, удерживающих лезвие меча. На них были тёмные очки, несмотря на вечер. От парней буквально веяло силой и властью.
В силу особенностей профессии Пётр сразу обучился самообороне, и он знал разницу в мышцах, накачанных для красоты, и теми, что используются в схватках. С тех пор Пётр безошибочно угадывал бойцов, подошедшие к нему были бойцами, и к тому они были очень хороши. О таких парнях обычно говорят породистые.
«Кто же это такие?» – уныло подумал сыщик, пытаясь вспомнить, что это за род войск, однако мысли в голове сгрудились, как стадо баранов, и лениво перемешались по кругу под названием «Куды бечь!».
Парни внимательно посмотрели на него, и один густым баритоном задал вопрос, от которого Пётр впал в оцепенение.
– У Вас есть семья?
– Нет, – признался Коробов и оглянулся в поисках отступления.
Однако парень покачал головой.
– Кругом же люди! Неужели Вы думаете, что мы будем Вас бить?!
Петру стало стыдно.
– Что надо?
Дальнейший разговор проходил необычно.
– Следуйте за нами. Здесь у Вас нет шансов выжить, – пророкотал второй.
– Э-э… – у Пети из-за волнений пропала способность говорить.
– Мы предлагаем работать вместе, тем более что мы с Вами коллеги.
– Э-э???
– Я уполномочен Вас пригласить в ОРПС – это Отдел по раскрытию преступлений силы! Нас устраивает Ваша выживаемость.
– Э-э…
– Вы ничего не сможете сделать – это преступление не вашего мира!
Наконец, к Пете вернулся дар речи.
– Вы из Штатов?
– Нет, мы вообще не с Земли.
– Что?!
– Слишком много магии было применено в последние дни.
– Ну знаете!
Всё внутри Петра возмутилось, какая к чертям собачьим магия? Но не зря все говорили, что у него мозг в момент опасности начинал работать с повышенной эффективностью. Перед глазами промелькнули: лицо Директора, обречённый голос опера, и луч, который резал фуру, и Петя выдал такое, чему сам удивился:
– Мужики, а вы уверены, что это магия? Мне показалось, что фуру резали лазером.
– Нет, это не лазер! Это не первый случай, поэтому мы здесь.
– Там на опера напали, он меня выгнал. Не можете ли вы ему помочь?
– Правильно сделал, что выгнал, потому что охота на Вас, – говоривший хмыкнул. – Я не обижу, если перейду на «ты»? Мне так привычней.
– Да что уж там, – отмахнулся Петя. – Жалко мужика, он, представляете, боится пистолет использовать. Ему можно помочь?
– Конечно, от пуль те защищены. Не волнуйся, его прикроют. Не понимаю, на что ты наткнулся...
– Эх! – горько прошептал Петя. – Знать бы на что. Вы даже не представляете, до чего я в растерянности! Понимаете, я с подобным никогда не сталкивался. Даже представить себе такое не мог!
Говоривший снял очки, и измученный сыщик нервно икнул, понимая почему те были в очках. У них не было белка. Глаза парней были абсолютно чёрными, от того, что можно было назвать зрачком, расходились сияющие золотые лучики. Красивые глаза. Чёрный цвет был похож на цвет австралийских опалов, поэтому глаза полыхали багровыми и золотыми сполохами. До Петра дошло, что ему не лгали, и они действительно не люди, из-за этого он нервно лязгнул челюстью. Один из парней поклонился Пете и сочным баритоном представился:
– Маркиз Гай-о-Тон, капитан-следователь!
Второй также поклонился.
– Бэк-о-Тон! Я брат Гая и в той же должности.
Мучаясь от неловкости – он никогда не имел дело с аристократами, горе-сыщик встал и поклонился.
– Петя. Тьфу! Я хотел сказать Пётр Коробов, э-э, частный сыщик.
– Мы знаем! – пророкотал Бэк.
– Ребята, здесь убили четырёх девочек! У них вырезали глаза... – он сглотнул. – Резали по живому, без наркоза, твари! Под угрозой жизнь ещё одной девочки. Я предупредил директрису Детского дома, но если на неё надавят… Короче, если вы с теми можете справиться, то девочку надо защитить!
Он сверлил их взглядом, чтобы они прониклись, что речь идёт о жизни ребенка. Ему было наплевать, что они какие-то пришельцы. Бэк угрюмо переглянулся с братом, тот кивнул Петру.
– Мы догадались, что охота на эту малышку. – Гай нахмурился. – На девочку мы положили заклятье защиты, до её двадцати двух лет.
– Что за фигня, простите?! Какое заклятье? – Пётр в сомнении задрал брови. – Простите, но здесь режут!
– Поверь, заклятье хорошее! Её не посмеют тронуть и пальцем. Мы многое умеем, – Гай щёлкнул пальцами и ручка, которую Пётр рефлекторно сжимал в кармане, обсыпалась песком.
– О! Вот это фокус! – у Петра взлетели брови. – Верю! А как же убийцы? Вы поймите, это же чудовища какие-то.
– Ты даже не понимаешь, как ты правильно их охарактеризовал. Ваши ничего не найдут. Мы же будем искать. А вот твой след здесь надо стереть.
Гай подбросил вверх что-то вроде коробочки, и оттуда, тихо гудя, вылетели мухи и стали выписывать лётный фигуры вокруг них.
– Это – галлюцинация! – прошептал Петя и, изо всех сил ущипнув себя за руку, зашипел от боли.
Бэк посмотрел на него с сочувствием. Покраснев, несчастный детектив осторожно потрогал их – настоящие, и вяло подумал, что, скорее всего, это наркотик.
– Когда я нанюхался? Может, что-то было в сгоревшей фуре?
Пётр вздохнул, по неизвестной для него причине, эти парни безумно ему нравились. Один из маркизов посмотрел на нечто, похожее на часы, украшенные крупными драгоценными камнями. У «часов» было два циферблата, один внутри другого, со странными значками и… Петя поверил всему, что они сказали.
Гай положил ему руку на плечо.
– Решай, Пётр! Через десять минут тебя здесь убьют. Конечно, будет следствие, но ничего не найдут. Ты станешь очередным пропавшим.
Такое развитие событий сыщика разволновало.
– Убьют? Вот это выбор! Зачем я вам? Я же ничего не умею!
– Научим! – резко проговорил Гай.
– Согласен! – также резко ответил Петя. – А простите, как же свидетели? Ведь вас же видят!
– Нет! С той минуты, как мы к тебе подошли, все видят пустую скамейку, а мысленный след уберут мухи.
– Нет слов! – Пётр сглотнул и решительно мотнул головой. – Я готов! Пошли.
Прямо перед ними в воздухе с тихим свистом раскрылась зелёная щель, его взяли за руки, и они вошли в эту щель.
Петя ошеломлённо оглядывался. Они стояли в большом холле, одна из стен которого была окном. Волнуясь, бывший сыщик подошёл к окну. На улице был рассвет, но в небе были ещё видны три бледные луны, разного размера. Внизу просыпался город. Город был сказочно великолепен. Здания, похожие на многослойные крылья бабочек, казалось, парили над поверхностью земли, кипевшей самыми различными оттенками зелёного. Да и холл, в котором они очутились, был очень красив. Тёмно-фиолетового цвета пол гармонировал со строгой мебелью светло-сиреневых тонов.
– Где мы? – хрипло спросил бывший сыщик.
Гай улыбнулся ему:
– Этот мир называется Сайрин [1]. Мы в столице, в башне Службы Защиты Мира. В Вашем Мире нет аналогов, этой структуры – ваши ФБР, ФСБ, ЦРУ и тому подобное так и не доросли до такого уровня.
– Понял.
Раздался хрустальный звон, из засветившегося столба вышли четверо. Одежда была похожа на форму тех, кто привёл сюда Петю, только другое количество звёзд на погонах. Гай вышел вперёд и устало сообщил:
– Не успели! Четыре мёртвые девочки. Забрали глаза. Пока непонятно, кто и зачем это сделал!
Один из вошедших угрюмо кивнул, потом воззрился на Петю, осмотрев его с ног до головы, спросил:
– Новобранец? Из местных?
Пете показалось, что тот смотрит на него снисходительно и, разозлившись, ляпнул:
– Я с Земли! Понимаю, что Вы решаете мою судьбу, но я хочу помочь! Ведь это в моем мире убили детей, не просто убили, а замучили и изуродовали, – вошедшие понимающе кивнули, но Петя не мог остановиться. – Я ещё вчера даже не мог представить такого. Меня одноклассница попросила разобраться с некими петербуржцами, желающими удочерить самую некрасивую девочку, в детдоме у чёрта на куличках. Одноклассницу убили. Дико! Среди бела дня! Убийцы ничего не боятся.
– Разберёмся, – проворчал Бэк.
– Неквай! – один из четырёх выбросил руку в сторону Петра, который непонимающе посмотрел на него, тот, кто это сделал, дружелюбно кивнул ему. – Хорошая защита, барон!
– Это вряд ли! – растерянно пробормотал сыщик. – Мои предки были крепостными. Вы берёте на службу, только аристократов? Тогда зря в Россию приезжаете, у нас всех аристократов в семнадцатом перерезали.
Он хотел говорить иначе, как-то значительнее, ведь – это первый контакт с братьями по разуму. Однако они так были похожи на людей, разве повыше и помощнее, что сознание отказывалось проникнуться важностью момента и заставляло Петю говорить, как обычно.
– Успокойтесь, барон! – прибывший чуть улыбнулся.
– Пётр, – представился сыщик.
– Пётр, здесь разговаривают на ты.
– Понял. Мне сказали, но я ещё не привык.
– Нам не важно из какой ты страны, и нас не волнуют ваши аристократы. Здесь титул говорит о генетически фиксированных магических способностях. Барон – это способность к абсолютной защите от заклятья пятого уровня и ниже.
– А вы уверены, что я барон?
– Абсолютно уверен! Я – герцог [2] Серж-о-Тон, глава Отдела по раскрытию преступлений силы и отец твоих сослуживцев.
– Сослуживцев? – переспросил Пётр и покраснел от волнения. – Я… Вы… Я же не маг! Слушайте, я не хочу быть обузой, и Вы должны учитывать, что я обыкновенный человек.
– Человек? Это вряд ли, потом определимся с твоим происхождением. Моим сыновьям повезло – групп, в состав которых входили бы бароны, давно не было в наших рядах. Ты будешь и работать, и учиться. Учиться всю жизнь, – Пётр растерянно моргал, мозг упорно отказывался принять действительность, герцог улыбнулся ему. – Всё нормально! Это пройдёт.
– А что будет, если не пройдёт? А вдруг… Нет постойте… Мы же должный найти тех подонков. Они моего друга убили, ментов покалечили.
Герцог повернулся к братьям, которые привели в этот мир Петю.
– Вот что, мальчики, даю вам три месяца. Сёстрам позвоните, чтобы они вам помогли. Ну, что вы моргаете, маркизы[3]? Почистите его!
Герцог опять улыбнулся Петру, который лихорадочно осматривал себя, не понимая от чего его чистить.
– Добро пожаловать домой, Пётр-о-Корб!
– Домой?!
Вокруг четверых зажегся столб света, и они исчезли. Петя ошеломлённо глотал воздух, когда Гай стукнул его по плечу.
– Собирайся, парень. Вот не знал, что ты барон! Поедем в поместье. Учти, наши сёстры – это такие гарпии, что крокодилы по сравнению с ними – милые котята, а они будут тебя тренировать на уровень боя барона.
Бэк щёлкнул по массивному перстню на левой руке, раздался низкий женский голос, от которого у Петра бешено застучало сердце, голос тигрицы.
– Привет, Бэк! Давно вернулись? Что надо?
– Здравствуй! Ты, как всегда, сплошная любезность. Юлька, бери Май, и к нам в поместье! Мы привезли земного барона.
– Где взяли?
– Где взяли, там уже нет! – задиристо ответил бывший сыщик и мысленно ахнул, не понимая с чего бы он влез в разговор.
– О-о!!
– Вот именно, – закончил Пётр, непонятно отчего волнуясь
Братья захохотали, а Бэк опять щёлкнул по перстню и пророкотал:
– Нам нужен транспорт. К посадочной площадке, на час.
Отупев от всего, Пётр шёл за маркизами. В голове мельтешило, поэтому он практически ничего не видел. Какие-то лифты, похожие на парящие капли в столбах то ли растений, то ли конструкций, потом летящая платформа, похожая на леденец. Двигались очень быстро. Город промелькнул смазанным ярким пятном, потом сады и горы.
Пётр ахнул от восторга, когда перед ним раскинулось море невероятно зелёного цвета, на трясущихся ногах он спустился на землю. Они стояли около ротонды ярко-чёрного цвета, на холме возвышался белый замок, похожий на диснеевский, но с антенными на башнях.
– Нам сюда?! Это что? – заволновался Пётр.
– Это наш родовой замок. Родители строили, – Гай ухмыльнулся. – Готовься и не пугайся, тебя надо будет почистить от накопленного на Земле.
Он щёлкнул пальцами, и из ротонды выкатилась штука, похожая на ванную с крышкой. Ванная остановилась около них, приветливо чирикнула, крышка откинулась. Жидкость в ванной была голубой и пузырилась. От неожиданности Пётр попятился, а Гай и Бэк подхватили на руки ошеломлённого барона и потащили к ванной, тот забился, когда его окунули с головой в одежде, как есть, в жидкость.
– Ребята, вы что? Я же захлебнусь!
– Экий ты не доверчивый! – пробурчал Бэк. – Успокойся, не утонешь.
Секундное размышление, Пётр отчаянно вздохнул жидкость и успокоился. Это была не вода, и он спокойно дышал.
– Спи, барон, – Бэк улыбнулся ему. – Восстанавливайся и отдыхай! Когда прибудут девчонки, ты каждую минуту покоя будешь ценить.
***
В здание железнодорожного вокзала Сызрани вбежало несколько массивных людей в тёмных костюмах и чёрных кожаных куртках. На всех были тёмные очки. Один промчался между креслами, рассматривая людей, двое рванулись в туалеты. Встретились через пару минут растерянными.
– Нет его. – сообщил один из них. – Как под землю провалился!
– Может загримировался? – предположил второй.
Самый высокий бросил в воздух маленький шарик, который облетев зал ожиданий, упал ему в руки.
– Непонятно! Он даже не заходил сюда! Может он на своей машине приехал? Но откуда?
Стоявший в дверях мрачно буркнул:
– Вот ты и расскажешь хозяину, как его проворонил.
Они ещё раз обежали крошечное здание вокзала, с улицы раздался свист, и они покинули вокзал. Ожидавшие электричку их так и не смогли увидеть.
[1] Сайрин – параллельный мир, где магия сочетается с развитыми технологиями, характерными для Земли.
[2] Герцог – высший магический уровень, титул дарует сам мир, носитель титула утрачивает часть эмоций. Герцог использует заклинания любого уровня с минимальными потерями собственной энергетики, обычно это – специалисты, например, герцог защиты живого, герцог отражения боли, герцог восприятия и т.д.
[3] Маркиз – маг, способный использовать боевую магию, влиять на сознание людей, и создавать различного типа трансформации у объектов магического воздействия. Маркизы, с их высокой способностью активно защищаться, чаще всего находятся на оперативной работе, накапливая опыт, для перехода на ступень более высокого уровня.
Конец главы 1.
Продолжение следует...
Предыдущая часть: