Виктор Михайлович жил один. Захаживали к нему люди:
- Виктор, зачем тебе такая квартира, да в неплохом месте. Давай обменяем, тебе деньги хорошие, и переедешь.
- Нет уж, я тут всю жизнь прожил, и никуда переезжать не собираюсь.
- Так пропадет квартира, государству отойдет.
- Не отойдет. У меня четверо племянников, они и унаследуют квартиру.
- Да нужен ты племянникам.
- Нужен. Навещают, и помогают. Это я их стараюсь сильно не доставать, все же свои семьи есть.
Дольше всех ходил Кирилл. О чем уж он договорился с Виктором, неизвестно, но заезжал.
Не стало Виктора в середине мая. Наследники – все четверо – вступили в наследство и тут им от Кирилла «прилетел» иск:
- Между мной и Виктором был заключен предварительный договор по инвестиционным вложениям. Я ему деньги перечисляю целевым назначением (на покупку жилья), а мы либо заключаем договор купли-продажи его квартиры, которая отходит мне, а он получает право проживания тут, либо приобретаем ему какую-либо квартиру. Тогда я доплачиваю до другой суммы. На счет ему по предварительному договору было переведено 7,5 миллионов рублей. Пусть возвращают мне наследники полученное по предварительному договору.
Наследники возражали:
- Дядя никаких договоров не подписывал. Иначе он бы сказал. И денег мы в наследство не получали, не было их на счетах дяди. Этот Кирилл обманывает.
По ходатайству ответчиков судом была назначена комплексная судебная почерковедческая и химико-техническая экспертиза.
Эксперт сказал однозначно:
…подпись от имени Виктора, расположенная в строке «Продавец (подпись клиента)» …. выполнена не самим Виктором, а другим лицом с подражанием, с предварительной тренировкой…
Суд посчитал, что:
С учетом того, что заключение почерковедческой экспертизы носит категорический характер, необходимость в проведении химико-технической экспертизы отпала.
Во взыскании задолженности по договору было отказано.
Тогда Кирилл подал иной иск – о взыскании неосновательного обогащения. Ведь деньги-то переводил.
И проценты посчитал за пользование чужими денежными средствами.
Ответчики принесли документы, что денег на счетах не было. Вскоре после переводов они были сняты наличными через банкомат. А последние снимались уже после смерти дяди.
Но суд не принял во внимание их доводы и взыскал с каждого по ¼ от 7,5 миллионов.
- Имущества для погашения хватает. Общая сумма наследства больше, чем неосновательное обогащение: там и квартира, и два земельных участка.
Наследники подали апелляционную жалоба, и дело было пересмотрено. Апелляция сказал:
- Неверно решил районный суд, отменяю его решение и принимаю новое.
С указанными выводами суда судебная коллегия согласиться не может, поскольку представленные Кириллом платежные поручения о перечислении Виктору денежных средств в сумме 7,5 миллионов вопреки доводам истца не подтверждают наличие у него обязанности вернуть их во исполнение договора, который заключен не был. Таким образом, денежные средства перечислялись Виктору во исполнение несуществующего обязательства и возврату не подлежат.
В иске было полностью отказано.
Кирилл обжаловал апелляционное определение, но проиграл.
А наследники сказали:
- Да вы через дядю какие-то деньги переводили, и сами снимали наличными. Он же плохо ходил, и уж точно через банкомат ничего не снимал. Вы просто решили еще раз эти деньги получить, или квартиру присвоить.
*имена и степень родства взята произвольно. В решениях – наследниками являются тетя, две двоюродных сестры и двоюродный брат.
Бабушкинский районный суд г. Москвы, решение от 14.08.2018 по делу № 2-364/18
Пресненский районный суд г. Москвы, решение от 13.06.2019 по делу № 2-2329/2019
Апелляционное определение Московского городского суда от 16.09.2019 по делу № 33-40310/2019
Берегите себя и своих близких. И не забывайте подписываться на автора.