ЗАБРОШЕННЫЙ РЫБАЦКИЙ ПОСЕЛОК
Третий день. Порог Падун обнесли. Плывем дальше. По ходу сплава следует несколько не особо примечательных порогов. После полудня подплываем к мостку. Видим заброшенную деревню. И только в одном единственном доме теплится жизнь — валит черный дым из трубы. Причаливаемся, подходим к избе. Открываю дверь. Из створа двери вываливает душный пар. Сквозь пары пытаюсь рассмотреть внутреннее убранство. Что я вижу? Изба, то бишь полдома крепко топятся. Это было и жилым помещением, и баней одновременно. Всматриваюсь в происходящее. На полатях лежат вповалку голые люди, в «дребодан» бухие. Мне-то от них нужно было одно — узнать, где мы находимся, и что нас ждет впереди на реке. Карты сплава по реке Умба у нас с Дмитрием, в силу нашего с ним разгильдяйства, не было. Приветствую. Задаю вопросы. Вопросы остаются без ответа. Народ не телится. Беру за плечо ближнего к себе. Мужик. Не добиться ответа. Беру за плечо следующего — не мычит. Баба. Боже мой, ничего себе картина — лежат единой грудой мужики и бабы, голые и пьяные, не подавая признаков сознательного поведения.
Ушли, не добившись желаемого. В одной заброшенной нетопленной избе находим кровати из пружинок без матрацев. Валимся с ног, засыпаем. Среди ночи меня разбудил ствол ружья, приставленный к моему лбу. Последовал вопрос, обращенный ко мне: «Жизнь или поллитра?!» C тем, чтобы сохранить себе жизнь, кто же знает, что придет в голову этому "недочеловеку", пошел за поллитром к рюкзаку, припрятанному поблизости. Разговорились маленько. Местные, что вперлись к нам в избу, «приняли на грудь». Последовал их рассказ о своем житье-бытье.
Телевизора у них не было. Чья власть в стране, кто президент, не в курсе. Питаются исключительно рыбой, а именно свежепосоленной семгой, рыбачат. Водку им привозят вояки из ближайшей воинской части в обмен на ту же самую, ими выловленную, семгу. Хлеб бывает раз в месяц. Ближайшее к ним расположение - военный аэродром в двадцати километрах от их поселка. Единственное средство передвижения — раздолбанный мотоцикл.
Мы с Дмитрием, в силу складывающихся невыносимых обстоятельств, в том числе непрекращающихся проливных дождей, приняли решение - сойти с маршрута.
Осилить два десятка километров пешком при нашем с ним физическом истощении не представлялось возможным. Вторые поллитра водки пришлось отдать за аренду мотоцикла, с тем чтобы оттранспортировать наш скарб до оживленной трассы. Поскольку я был более физически крепким молодым человеком, да к тому же с опытом вождения мотоцикла, то было принято решение, что на него сяду я. Далее следующее. Я сажусь на «пердулет», Дмитрий вешает мне на грудь наш общий, один на двоих, рюкзак. Иными словами, рюкзак нашел себе место передо мной на бензобаке мотоцикла. Далее я принимаю на спину, на плечи собранную байдарку.
Поскольку я в таком "уконтропупленном" состоянии был не в состоянии сам завести мотор, то Дмитрий сделал это за меня. Я поехал. Выжимать сцепление на руле и переключать передачи я не мог — мне не давал это сделать рюкзак, висящий у меня на груди спереди. Ехал на первой передаче.
Через первые пятьсот метров, вижу, лежневка — настил бревен на топком участке дороги, уложенных поперечно движению. Проехать по бревнам не представлялось возможным. Торможу, глушу мотор. Снимаю с груди рюкзак. Рюкзак весит порядка тридцати и более килограмм. Далее стягиваю со спины байдарку. Байдарка мокрая, тяжелая, весит также не хило, потяжелее рюкзака будет. Перетаскиваю вручную по бревнам мотоцикл. Длина лежневки порядка пятидесяти метров. Переношу рюкзак. Переношу байдарку. Теперь нужно сесть на мотоцикл, принять на себя рюкзак, взвалить на себя байдарку, завести мотор. Все это теперь приходится делать самому, помощи ждать не откуда. Еду дальше. Следующая лежневка. Вся подобная каторжная работа повторяется вновь. Таким образом, преодолеваю три настила бревен. За третим настилом не смог поднять рюкзак. Силы конечны. Пристроил рюкзак в кустах. Еду с байдаркой на мотоцикле дальше. За четвертым настилом не смог поднять на плечи байдарку. И, еду дальше вперед. Зачем? Кто бы мне сказал - зачем! Ведь основной целью являлось перевезти на аэродром вещи. Зомби. Сверхзадача. Только вперед. Далее пришел конец технике - вышло из строя сцепление. В ожесточении пнул транспортное средство в кусты. И, побрел «взад». На полпути обратно встречаю Дмитрия. Голос, как это обычно бывает у меня в подобных случаях измождения, отсутствует. Сколько минуло часов с того момента, как я отправился в путь с покладистыми ношами - не помню. Но думаю, часов пять, не меньше. Работенка была еще та! А толку - мизер.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ