Глава 6
Дружба Полины и Саломе острой костью стояла у Дато поперёк горла. Застряла, и словно бы не давала свободно дышать. Он был уверен, что Полина мстит и недалеко ушёл от истины. Женское коварство безгранично, а коварство обиженной женщины не сравнится ни с чем. Похоже, что таким вот изощренным способом Полина планомерно и небезуспешно отнимает у него семью, присваивает её себе, чтобы лишить его тыла, опоры, оставить у разбитого корыта.
За те два года, что они провели вместе, Полина узнала, что семьи в роду Дато всегда были крепкими, многодетными и сохраняли их весьма бережно, ограждая и невзирая. Разводы резко осуждались, никакие аргументы во внимание не принимались. Каждый мужчина знал с малолетства, не хочешь, чтобы родня отвернулась, решай свои проблемы так, чтобы семья не пострадала. Желаешь любовницу?! Да пожалуйста! Дела житейские! Но жена ничего не должна заметить, а уж узнать тем более.
Дато всегда жил по установленным правилам, берег и искренне любил жену, заботился о детях и при этом ни в чём себе не оказывал. Женщины сменяли одна другую, не оставляя следа, не давая повода для сожалений.
С Полиной вышло иначе. Дато не планировал длительные отношения, но не мог от Полины оторваться, она влекла его как ни одна другая прежде. Неожиданная беременность помогла, как ему казалось, поставить точку. Но увидев Полину на похоронах,
Дато понял, что влечение не ушло. Желание лишь прикорнуло на время, готовое проснуться в любую минуту. Глядя на свежеиспечённую вдову, Дато испытывал потребность вернуть её себе. Ему нестерпимо захотелось обладать этой женщиной вновь, захотелось услышать её стоны, заглянуть в помутневшие от страсти глаза. Имелось в ней нечто такое, с чем Дато ещё не приходилось сталкиваться.
Когда Николаз попросил Саломе помочь, Дато испугался и, разумеется, возразил, но объяснить почему, не смог, а потому смирился, махнул рукой. Он надеялся, что всё ограничится единственной встречей, но Полина неожиданно спутала все карты.
И вот теперь, пока Дато трудился на кухне, безропотно подчиняясь указаниям дяди, Саломе проводила время с Полиной. С его Полиной! После того, как та обошлась с ним, оттолкнула, унизила, одна мысль об этом, выводила Дато из себя. Он совершенно извёлся и постоянно расспрашивал Саломе о том, что обсуждали, где были, что ели?
Особенно Дато претило то, что Саломе называла Полину на "ты" и отзывалась о ней в восторженном тоне. Не без оснований Дато считал, что Полина оказывает огромное влияние на его кроткую, покорную, нежную жену.
После неожиданной отставки, Дато с трудом проглотил обиду и сделал ещё несколько попыток уложить Полину в постель, но был безжалостно отвергнут, более того, самым возмутительным образом высмеян. Никогда доселе женщины Дато не унижали, они вообще не имели права голоса. Он пользовал их, опустошал, стремительно терял интерес и, как следствие, прощался. Полина отличалась от всех, кого он когда-либо знал.
Бросив её, Дато пустился на поиски новых приключений. Пылкая, легкомысленная натура не позволяла ему остановиться, а смена впечатлений, казалось бы, вытеснила воспоминания об огненной, горячей рыжей. Но смерть Андрея, его похороны, не пойти на которые Дато не мог... Словом, увидев Полину, Дато загорелся вновь.
"Ребёнок родится, отношения можно возобновить", - самоуверенно рассуждал он до отставки. Не сводя глаз с Полины, он грезил о том, как будет навещать её в просторной опустевшей квартире. Ведь ни одна другая не шла с Полиной ни в какое сравнение, в чём Дато убедился за время разлуки. Памятуя то, как эта роскошная рыжая дива таяла в его руках, Дато не сомневался - стоит ему поманить ее и она тотчас скинет одежды.
Во время поминок Дато не мог думать ни о чем другом и очень обрадовался, когда Николаз попросил его отвезти Полину домой. Но все пошло совсем не так...
Вдобавок ко всему, Саломе начинала выходить из-под контроля, обретала неслыханную смелость и Дато это категорически не нравилось. Надо сказать, он вообще сожалел, что перевез жену из Тбилиси в Москву. Огромный, жестокий и подлый город, такой разный, такой порочный, полный соблазнов, изменил его самого, он чувствовал это и не сомневался, что воссоединившись с женой, допустил большую ошибку. Куда вернее было бы оставить всё так, как было раньше.
Он приезжал бы в Тбилиси, проводил время с семьёй, а затем возвращался, чтобы вести отвязную параллельную жизнь. Саломе слишком хрупкая для Москвы, этот город легко перемелет её в муку, а потом уже ничего не поделаешь. После истории с Полиной, после того, как эта гордячка вдруг приблизила к себе Саломе просто для того, чтобы ущипнуть его, Дато решил, что этой весной его семья должна уехать. Планами своими он с женой не делился, по-прежнему считал, что жена, не рассуждая, должна делать то, что скажет муж.
Проходили недели, Саломе всё больше времени проводила с Полиной, а самое неприятное, что и мальчики привязалась к чертовке. Это тоже бесило Дато, поскольку он прекрасно помнил как Полина относилась к детям, как отзывалась о них. Дато не исключал, что Полина способна вдруг сообщить Саломе о том, от кого она ждёт ребёнка. До родов оставалось совсем недолго и Дато хотел бы отправить семью до того, как Полина родит. Но Николаз заявил, что Полину необходимо встретить и первые недели помочь.
- Не мне тебе рассказывать,
Дато, как сложно женщине в самом начале, когда ребёнок только родился. Девочки подружились, я этому очень рад. Саломе много моложе, но как мать может научить Полину всему. Повремени с отъездом, Дато.
Возразить было нечего, Дато свое неудовольствие сдержал, хотя на душе у него было неспокойно.
Тем же вечером он сказал Саломе:
- Неужели ты не понимаешь, что Полина просто развлекается за твой счет?
- Что это значит? Как это "развлекается"?! - не поняла Саломе, - О чём ты говоришь, мой дорогой?
- Ты пойми, - нетерпеливо продолжил Дато, - Мы и Полина люди разного круга. Вы просто не можете быть подругами! Мне за тебя обидно!
- Обидно?! - искренне удивилась Саломе, - Дато, прости, любимый, я тебя не понимаю! Что тут обидного?! Мы с Полиной прекрасно дополняем друг друга, нам нравится общаться, нам приятно быть вместе. Что в этом плохого?! Если хочешь знать, я ею восхищаюсь! - страстно произнесла Саломе и Дато понял, что проиграет. Полина не отпустит его жену, знает, что мучает его именно потому и не отпустит.
- Хорошо, Саломе, я понял, - "смягчился" Дато, скрипя зубами, - Скоро Полина родит, мы встретим её, ты побудешь с ней две-три недели, поможешь. Но потом вам с мальчиками нужно будет собираться. Родные вас ждут, как всегда.
- Об этом я тоже хотела поговорить с тобой, - заявила Саломе.
- О чём "об этом"?! - насторожился Дато.
Надежда Ровицкая