На придумывание одной сцены в одной из глав детективного романа уходят дни и недели. Для этого необходимо изучить кипу справочников, карт, словарей. Провести беседу с людьми разных профессий, собрать воедино все эти знания и отразить в нескольких гранулах текста, содержательного и интересного читателю. Когда выясняется, что секретная организация агентов, выдуманная Элли Конвей для серии книг о резиденте Обри Аргайле, действительно функционирует, ей приходится на ходу сочинять развитие сюжета следующей книги, спасая этим самым жизнь себе, коту Алфи и попутному болтуну, выглядящему как принявший душ хиппи.
Мэтью Вон режиссёр, начинавший работать помощником Гая Ричи, ставший его верным соратником по творческой мастерской и взгляду на современное кино, забивший последний гвоздь в тему Супергеройских фильмов раздолбайским Пипцом и следом распечатавший этот ящик Пандоры продолжением Людей Икс, более тонок в работе с материалом, нежели старший товарищ. Последним его magnum opus стала серия об агентстве Kingsman, задорная молодёжная развлекаловка, не лишённая эстетики пацанского зрелищного кино, в котором удачно совместились два полюса: английский снобизм со всеми присущими ярлыками и пролетарская философия о золотой ложке в *опе. Аргейл продолжает говорить на предмет шпионов, но в данном случае, Вон попытался усложнить материал, используя приём синтеза, который получился в Kingsmanе, только тут исходными началами послужили английская литература (её гораздо сложнее троллить) и воспоминание и желание возродить поминки по боевикам 80-90ых годов XX века. И здесь отработанная схема дала конкретную осечку.
Фильм, наверное, задумывался так, как результат авторского прочтения Агатой Кристи превосходного боевика 1996 года Долгий поцелуй на ночь. По крайней мере так фильм смотрится до экватора. В ней, в первой половине, отражены многие классические приёмы английской королевы детектива, разумеется, в упрощённом варианте, что не отменяет их эффективности. Но чем далее к развязке, тем более представляется писатель, который нащупал оригинальный мотив, начал записывать его, сбиваясь и стараясь точнее воссоздать мысль, которая неминуемо становится ложью во время обличения в слова. Увлёкшись процессом, Вон, и сравнительно опытный сценарист Джейсон Фукс, не уследили, как зрелищность и целостность ленты подмяло под себя раскрытие блестящей, как им показалось, идеи. Вон чересчур сосредоточился на совмещении пророческой писательской интуиции и настоящих, неприглядных, сексотовских буднях. Как контраст между Кавилом и Рокуэлом, с точки зрения внешней среднестатистической модели привлекательности, так и замысел режиссёра отличается от его реализации.
Вон изобретает, придумывает новые визионерские примочки, как в экшн сценах, так и общего порядка. Кадры с разноцветными дымовыми шашками, с одновременными плясками, забавляют. Хотя больше подошли бы для клипа Дуа Липы, нежели для блокбастера о резидентах. Понятно, кино ориентировано на пубертатную аудиторию, которая в основе боится вида крови (у них главный удлинитель хобота – это мат по делу и без), и поэтому её здесь нет, хотя рубятся насмерть. Но те же Пипец и Кингсман были умеренно брутальнее и поэтому их можно смотреть всем возрастам, и именно этим они угодили половозрелым дядькам. Здесь обходятся малой, как говорится, красной жидкостью.
Отдельно хочется сказать о выборе актёров. Сэм Рокуэл вывезет любую шляпу, ему волю дайте только, не зажимайте в тиски ниже пояса. Но тут мерещится заговор, мол, меркантильные продюсеры задвинули харизму потрясающему актёру, не дав слова лишнего пикнуть. Генри Кавил по роли изображает чисто механическую персону, второстепенное лицо, до которого в старых плохих книгах нет никому дела. Он справляется с этой задачей, прошлое модели подсобляет. Но, чёрт возьми, Брайс Даллас Ховард!? Красивая женщина, спору нет, но не вяжется она, даже на сопротивлении, с образом писаки с отшибленной памятью спецагентессы. Костюмы на ней особой стремноты изделия. Что джинсы-клёш с мешковидной кофтищей, что золотистое платье с декольте по обе стороны экрана. А в целом каст выглядит как скамейка запасных для дрим-тим, где первый состав играет на поле кинематографа, а эти досиживают номер.
К Аргейл: Супершпионту подходит всем известная пословица – «Замах на рубль, удар на копейку». Мэтью Вону неизвестно чего не хватило, может это сознательный промах, или чуйка подвела на этот раз, в любом случае тем, кто ожидал качественных впечатлений вряд ли вполне зайдёт. А это ведь главнейший из критериев потребительской экономики.
P.S.: Мэтью Вон в интервью развеивал слухи о двухсотмиллионном бюджете, дескать не стоит Аргейл столько. Но когда смотришь на первую сцену преследования, и потом, думается – лукавит британец, по обилию графики такая цифра не возникла на пустом месте.