Глава 2.
Когда до конца урока оставалось несколько минут, молодая учительница, наконец, перевела дыхание. А дети снова зашумели и загалдели, потеряв к ней интерес.
Елена Яковлевна только хотела сделать им замечание, даже уже набрала воздуха в грудь, чтобы погромче получилось, но вдруг ни с того, ни с сего, спросила:
- Ребята, а кто-нибудь из вас умеет играть в шахматы?
Дети замолчали, глядя на нее недоуменно. И вдруг самый неуправляемый из ее учеников, Никита Самойлов, к которому она никак не могла найти подход, поднял руку:
- Я умею.
- Отлично, - глаза у Елены загорелись, - и у тебя шахматы есть?
- Да, и даже с собой, - важно произнес Никитка, - правда, сувенирные, маленькие. Папка недавно из Алма-Аты привез…
И чтобы продемонстрировать сказанное, тут же достал из портфеля маленькую коробочку. Открыл ее, показывая миниатюрные фигурки.
- Ух, ты, - учительница подошла к его парте, а ученики тут же окружили их.
- И ты правда умеешь в них играть? – она с детским восторгом рассматривала крохотные фигурки.
- А что там уметь, - с важностью ответил Никитка.
- А меня научишь?
Никитка открыл рот, не зная, что и сказать: ведь не каждый день его просят учить… учителя. Но Елена Яковлевна его опередила, хлопнув в ладоши:
- У меня идея!
- Какая?
- Состязательная. Давай заключим пари: кто из нас быстрее выучит - ты таблицу умножения или я – научусь сносно играть в шахматы! Как тебе?
Никитка остолбенел, а одноклассники рассмеялись: все знали, что Самойлов ну никак не мог запомнить таблицу умножения. Это было для него больной мозолью.
- Соглашайся, Никитос, - хлопнул его по плечу приятель Колька Потапов, - это же прикольно, весело, а мы тебе поможем.
- А вы совсем не умеете играть? – подозрительно уставился на учительницу Никита.
- Полный ноль, - кивнула Елена Яковлевна, - так что у тебя фора есть – ты хоть немножко таблицу знаешь… А тут еще меня, представляешь, на районный шахматный турнир хотят направить через десять дней. Без твоей помощи ну никак не обойдусь. Чес-слово…
Глаза Никитки засветились восторгом и уважением к своему учителю:
- Вот это да! И вы согласились, совсем не умея играть?
- Угу. Пришлось, - пожала она плечами, - да и азарт взыграл, думаю: да неужто не сумею, не научусь? Неужели я хуже своих учеников? Грош цена мне тогда. Да и самой хочется освоить эту игру, страсть как. Научишь? А заодно и твою таблицу умножения подтянем. Будешь ее, как орехи, щелкать, не хуже, чем наши отличники. Ты же талантливый. Ну как, согласен?
- Соглашайся, соглашайся, - ребята, окружившие их, прямо подпрыгивали от нетерпения.
Никитка по-взрослому махнул рукой, словно рубанул с плеча:
- А давайте! Была - не была…
- Ну тогда – прямо сегодня и начнем, после продленки, как уроки сделаешь, - улыбнулась Елена Яковлевна, - а я тебя буду в нашем кабинете ждать.
Никитка нахмурился: он был из тех, кого было трудно заставить учить уроки, особенно на продленке. Он всегда приносил в школу полный портфель всяких приколюшек и отвлекал от занятий всех ребят. Его терпели, как стихийное бедствие. Мария Сергеевна, которая вела у них продленку, уже устала жаловаться. И тут вдруг такой случай… У Елены даже ладони вспотели от волнения. Неужели получится сразу трех зайцев убить: в шахматы научиться играть, заставить Самойлова выучить таблицу умножения и дисциплину внедрить на продленке?
Она смотрела на его напряженное лицо и вдруг ее осенило.
- А я пока тоже поучусь, - она достала из сумочки шахматные брошюры и помахала ими в воздухе, - знаешь, как боюсь: а вдруг не освою? Не хочется перед вами в грязь лицом ударить.
Лицо Никитки озарила улыбка облегчения: не только ему тяжело дается учение, вот учительница тоже боится.
- Хорошо, я согласен! – воскликнул мальчик, он тоже почувствовал азарт.
- Ну вот и отлично!!!
Дети с радостными воплями и гиканьем понеслись в столовую, а потом на продленку.
Елена с улыбкой проводила их взглядом. На душе стало радостно – словно крылья за спиной начали расти. Господи, неужели она потихоньку нащупала тропу к детским сердцам? Начала находить с ними общий язык?
Отложив школьные тетради до вечера, она развернула учебники по шахматам. Полистав их, остановилась на детском пособии, где все четко было расписано, разжевано, с мельчайшими подробностями и картинками. Она проглатывала страницу за страницей, удивляясь самой себе и скорости, с которой поглощала знания. Воображение так живо рисовало все, что здесь было написано. Словно она уже когда-то переживала подобные ощущения. Но когда? Где? Странные чувства…
Через два часа в ее кабинет заглянула испуганная Мария Сергеевна.
- Елена Яковлевна, - жалобно произнесла она, - ваш 3-й «Б» сделал все уроки, быстро и без нареканий, и даже Никита Самойлов. И попросились к вам… на какой-то турнир…Полным составом. Я не смогла их удержать.
Из-за спины Марии Сергеевны выглядывали возбужденные ребята.
Елена весело махнула им рукой:
- Пусть заходят!
Продолжение читайте здесь