Недавно я была в театре на спектакле по пьесе Эдварда Радзинского "104 страницы про любовь". Но речь пойдет не о моих впечатлениях об этой постановке, а немного о другом.
Места мы взяли в шестом ряду. Несмотря на то, что это довольно близко от сцены, слышно было плохо. Особенно, когда актеры говорили не в зал, а повернувшись друг к другу. Приходилось напрягаться, чтобы расслышать, но и это не всегда помогало. Честно признаться, через какое-то время я уже с нетерпением ждала антракт, так как устала вслушиваться.
Первый акт оказался довольно длинным, и мы начали думать, что спектакль идет без перерыва. Но, оказалось, что антракт все-таки предусмотрен, и после него нас ждал второй акт продолжительностью час ноль пять.
Прогуливаясь в холле и услышав первый звонок, мы не торопились в зрительный зал, т.к. знали, что еще будет второй и третий. После второго звонка направились к лестнице, ведущей в зал, и тут же, спустя буквально несколько секунд, прозвенел третий. Дверь в зрительный зал закрылась прямо у нас перед носом.
Слегка опешив, мы прошли еще один лестничный пролет, чтобы войти в зал с другого входа. Там нас встретили суровые женщины-билетеры, которые сообщили, что мы не можем занять теперь свои места и можем довольствоваться только боковыми местами в самом верхнем ряду амфитеатра.
Учитывая, что в шестом ряду партера слышимость была так себе, мне было очевидно, что с такого большого расстояния вообще ничего не будет слышно, при этом, теперь еще и видно будет тоже плохо.
Немного попререкавшись с неумолимыми сотрудницами театра, которые настаивали на том, что время между вторым и третьим звонком было 5 минут, а не 5 секунд, мы решили все же досмотреть спектакль на их условиях, и нас пропустили в зал.
Кстати, мы были далеко не единственными опоздавшими к началу второго акта. И для меня до сих пор остается загадкой, как это произошло, и почему разные люди по-разному слышали звонки.
Но дело даже не в этом. А в том, что, к моему удивлению, с последнего ряда амфитеатра слышно было намного лучше, чем в шестого ряда партера! Видимо, этому способствовала архитектура зала, создававшая такую акустику. При этом, мы получили еще и великолепный обзор всей сцены, не утратив возможности достаточно отчетливо видеть актеров. А еще, благодаря тому, что ряды амфитеатра значительно возвышаются относительно друг друга, перед глазами не маячили затылки впереди сидящих зрителей.
В общем, удовольствия от просмотра второго акта мы получили гораздо больше, чем это могло быть, если бы мы сидели на своих законных местах в партере. Мы даже решили, что в следующий раз будем брать билеты на места в амфитеатре.
На пути домой меня не покидали мысли о том, как полезно бывает ошибиться, опоздать, проворонить, быть несовершенным. А также, как важно не отказываться от того нового, что тебе предлагает жизнь, даже если это новое поначалу кажется гораздо менее привлекательным, чем известное старое. Для меня эта история о доверии тому, что происходит, даже если пока не понятно, чем оно закончится.
Кстати, выбирая билеты на новый спектакль, я решила почитать про акустику в театре и узнала, что во многих театрах, оказывается, существует так называемая «звуковая яма», которая находится как раз между пятым и десятым рядами партера. В ней звук как будто «пролетает» над зрителями. И, судя по всему, устремляется прямиком в амфитеатр:)