Особо яростные поборники чистоты русского языка одёргивают меня, когда я употребляю украинизмы. Например, им не понравилось "украинцы грустят за своими домивками".
Вы тогда уже и Гоголя одёрните. Что это у него за жинка, кавун, люлька? Пусть по-русски пишет: женщина, арбуз, трубка. Нечего язык засорять. А то через строчку то очипок какой-то вставит, то свитку, то скрыню, то дивчину.
А Чехов что вытворял? (Рассказ "Счастье", 1887 г.)
"У широкой степной дороги называемой большим шляхом..."
"Молодой парень, с густыми чёрными бровями и безусый, одетый в рядно..."
"Грех таких людей сгадывать, поганый старик был".
"Всё он словно дуется и пыжится, как пивень перед куркою".
"Перед волей у нас три дня и три ночи скеля гудела".
"Поспешаю я, что есть мочи, гляжу, а на дорожке..."
Это что еще за скеля? Что за пивень и курка? Русских слов ему мало?
А дело в том, что они и есть - русские.
Практически любое из так называемых українських слів (окраинных слов) я могу найти у Даля, Ефремовой или в других словарях. Зачастую они там помечены как местечковые и архаичные, но принадлежат эти слова безусловно - живому великорусскому языку.
Так нелюбимые вами "украинизмы" употребляются на Кубани, в Ростове, в Крыму и в новых регионах России. Вы хотели бы ввести для всех единый языковой стандарт? Представляю, как питерцы со своей курой, гречей и парадной под раздачу попадут.
Страшен не тот человек, который книг не читал, а тот, который прочел одну книгу. У Чехова, кстати, очень интересно описан подобный типаж. Всем таким блюстителям русского языка хочется сказать:
Желание выхолостить родной язык - это преступное узкомыслие и недалёкость.