Часть 2.
Я тихо мирно брёл по лесной дорожке, ведущей к озеру. Полная луна нежным немного холодноватым светом освещала мой путь. Лес спал. Только отдельные звуки напоминали, что он живой, просто сейчас дремлет. Лесную тишину нарушал только один звук, отголоски музыки с дискотеки, доносящиеся из пионерского лагеря. Да и они подходят к концу, скоро отбой объявят. Лагерь тот был особенным, в нем отдыхали дети обкомовских работников, элита советского общества, неприкасаемые, в связи чем даже местная шпана его обходила стороной. Деревенская молодежь предпочитала на доступных ей мобильных средствах передвижения, велосипедах или мотоциклах, что было достаточно затруднительно по песчаным дорогам, посещать соседний лагерь «Костёр», в котором проводили летний досуг дети тружеников местного авиационного завода. Так сказать, дети пролетариата.
Погружённый в свои мысли, я не заметил, как вышел на лесную опушку, расстилавшуюся перед озером. От света луны, озеро бликовало, как зеркало, отражая на своей поверхности звездное небо, диск луны и макушки столетних елей. Какая красота, восхищался я, как жаль, что у меня нет таланта к рисованию, было бы здорово запечатлеть всё это великолепие на холсте. Под ногами пробежал напуганный ёжик и быстро скрылся в высокой траве. По-видимому, своим появлением я прервал его охоту на лягушек. Лет до 10-ти я наивно полагал, что ежи исключительно питаются дарами природы, фруктами и грибами, для меня было открытием, что столь милые создания, кровожадны и в их рацион входят мыши, лягушки, а порою и змеи. Я прошёл к огромному валуну, лежащему у кромки воды. Удобно взгромоздился. Камень не успел остыть. Погода в этом году стояла аномально жаркая. Сегодня было +35 градусов тепла. Не смотря тёмное время суток, зелень ликовала своей молодость и сочностью, переливаясь каплями россы, до увядания ещё далеко, как никак первый день лета.
Моего первого лета без родителей. Мы планировали поездку всей семьёй к морю. Мама записала адрес и телефон хозяйки сдающей комнаты посуточно в городе Туапсе, которую ей рекомендовала одна из коллег по работе. Я с замиранием сердца слушал рассказы отца про горный серпантин, мысленно представляя, как мы на своем жугулёнке будем преодолевать опасные участки дороги, с каждым кольцом поднимаясь всё выше и выше над морем. Оказывается, в жизни нельзя ничего планировать. Нет ни родителей, ни жигулёнка. С потерей последнего мне смириться не составляло труда, а с потерей мамы и папы никак не получалось. На железного коня, мне кажется начали копить ещё до моего рождения. С каждой получки родители бережно откладывали деревянные рубли на заветную мечту. Материально было трудно, но им не давала унывать поставленная цель и они медленно, но верно шли к её достижению. Порою в силу возраста, я начинал канючить какую-нибудь, на мой взгляд, жизненно мне необходимую вещь. Хочу самокат, как у Славика Иванова из соседнего подъезда, купите мне КамАЗ с откидывающимся бортом, как у Сашки Титова из параллельной группы детсада и прочие по своей сути безделушки. В такие моменты отец брал на себя миссию разъяснить мне не нужность из требуемых мною предметов. У него был в этом талант. Примерно после третьего его предложения, я остывал, в полном осознании никчёмности выдвигаемых мною требований. Иначе дела обстояли, если я просил купить мне ту или иную книгу, в этом отказа я не знал. Самостоятельно читать я научился, благодаря маме, к 6-ти годам. Мне кажется она начала читать мне книжки, как только я появился на белый свет, а может она их мне читала, когда я был у неё в животе, этого помнить мне не дано. Хочу отдать должное её терпению. Меня зимой попросили поднатаскаться соседского паренька перед первым классом. Не ребенок, пенёк с глазами. Полнейшее отсутствии тяги к знаниям. За полгода с трудом осилили алфавит и счёт до 100. Чего мне это стоило! Но ничего, впереди у нас с Серым ещё три месяца, отличника из него сделаю.
Я часто размышляю, почему такое горе постигло именно мою семью. Что это рок или судьба, или ещё что-то, пока мне не ведомое? Я тщетно искал ответа. В качестве некого образца для своего исследования, я брал семью Николая Лесных, своего бывшего одноклассника. Многодетную, с отцом тюремщиком, изредка ненадолго выпускаемым из мест лишения свободы, пребывающим в вечном пьяном угаре, смертным боем, бьющим свою жену тётю Люсю, денно и нощно работающую посудомойкой в нашей школьной столовой, а после уроков, до самой глухой ночи, намывающей коридоры, спортивный и актовый зал в школе. Николай, да и все остальные его многочисленные братья и сестры стесняются своего происхождения. Они питаются тем, что тётя Люся умудряется собрать из недоеденного учениками и приволочь в огромных авоськах домой. Одеваются с чужого плеча, а если не кривить душой, донашивают обноски. Ну разве это жизнь? Вот если бы погибли их родители. Все бы только выиграли. В государстве одним дармоедом стало бы меньше, толку то от дяди Сени – «Украл, выпил – в тюрьму! Украл, выпил – в тюрьму! Романтика!». Тётя Люся на том свете наконец-то приобрела бы душевный и физический комфорт. Она настолько изнурённая жизнью, что страшно смотреть. Дети бы отправились в детский дом, на полного государственное обеспечение. Ну разве я не прав? Звучит жестоко, но справедливо. Мои же родители закончили институт, получили высшее образование, честно работали инженерами, были приняты в члены коммунистической партии, портрет отца, не смотря на молодые годы, видел на доске почёта, чем я отдельно гордился. Батя мой выпивал исключительно вино, по праздникам, в кругу семьи. Не курил. За мамой вообще не водилось дурных привычек. Помимо ведения домашнего хозяйства и создания уюта, она увлекалась кройкой шитья и вязанием, могла ночами не спать, рукодельничала. Ругаться, не то что драться, у нас не было заведено. А чего ради, моим родителям было ругаться? У них царила любовь, взаимное уважение и поддержка. После покупки автомобиля, они начали планировать приобретение дачи, для совместного времяпрепровождения в кругу семьи. Жить и жить, но увы. Когда я вырасту, создам такую же идеальную семью. Только у меня будет двое детей. Если бы у меня был брат или сестра, мне было бы легче, мы бы стояли плечо к плечу, а так я абсолютно один в этом мире. Бабушка у меня конечно замечательная, но это не то. Когда у меня будет своя семья, я заберу её из деревни, и она будет жить с нами в городе. Родители мечтали, что когда они состарятся, выйдут на пенсию, то переберутся к старикам в деревню. Не судьба. Я стариться не собираюсь, поэтому с переездом бабули вопрос времени.
Говорят, время лечит. Не правда. Со смерти родителей прошло больше полугода, а они до сих пор стоят у меня в глазах, как живые и я каждый день жду, что они вот-вот вернуться. Мы дружно обнимемся, и мама расцелует меня с макушки до пяток, как в тот день, когда я было чуть не утонул. Во всём виноват сосед мой Славик Иванов. Трус и ябеда. В тот день, который я запомнил на долго, мы со Славиком отправились в соседний сквер, покупаться в фонтанах, что нам строго на строго было запрещено взрослыми. Я решил подшутить над приятелем, нырнул и притаился на глубине, а этот малахольный с криками «утоп», рванул домой. По началу я растерялся, что мне делать дальше, Славик точно вернется, но уже с «бригадой спасателей», состоящей из крепко сколоченной группы бабушек, с утра и до вечера неустанно время проводящих на скамейке у подъезда. Конечно вечером они обязательно посветят моих родителей, как я утонул и неведомым образом воскрес, я не учёл одного, что мама моя находилась дома в отпуске. Я ловко выбрался из воды, натянул портки и намеревался ретироваться с места «преступления», нет тела, нет дела, а кто поверит сопливому Славику, но неожиданно я впал в ступор, кровь в моих венах остановилась, из-за моей спины раздался истошный, не человеческий крик моей матери: - Максимка, живой! Она упала передо мной на колени, начала меня целовать, ощупывать и трясти, причитая: - Живой, живой, живой! Немного придя в себя, она сдёрнула с плеча кухонное полотенце, которое закинула в впопыхах, скрутила его жгутом и со всего маха огрела меня по спине. Я, не разбирая дороги рванул в сторону дома, слёзы радости, смешанные с чувством обиды застилали мне глаза. Мама бежала следом, колошматя меня полотенцем.
Вечером с работы вернулся отец. Я сидел виновато, понурив голову и всем своим видом намекал на несправедливую расправу, совершённую надо мной мамой. Мама делала вид, что напрочь игнорирует моё присутствие, вместе с моей обидой, от чего мне сделалось совсем худо.
- Рассказывайте, что у вас тут произошло? – помыв в ванной руки, присаживаясь за стол, поинтересовался отец.
Мы с мамой перекинулись взглядами, типа, кто первый начнёт, я как мужчина решил, что я. Отец внимательно выслушал мой рассказ, после чего громко рассмеялся, такой реакции, впрочем, как и мама, я не ожидал, её ровные темные бровки от возмущения поползли вверх «домиком».
- Я не вижу в этом ничего смешного, - строгим тоном произнесла она.
- Маруся, да в этом фонтане и младенец не утонет, там воды покалено. Шутка конечно была не удачная, - отец постарался разрядить обстановку. – Дай мне мужское слово, что обязуешься выполнять свои обещания? - обратился ко мне отец.
В тот момент, я был готов на всё, только бы искупить свою вину перед мамой, я чётко осознал, что она испытала, получив сообщение, что я утонул.
Продолжение следует...
Начало здесь:
#месть#обида#романтика#трагедия#любовь#одиночество#безисходность#