Пролог
Говорят, что любовь приносит счастье и вечное блаженство. Как же неправы эти поэты. На самом деле любовь – боль и тоска, бездонная пропасть, засасывающая во мрак. Если бы я была умнее, то сейчас не скиталась бы призраком среди эти скал. Не приносила бы отчаяние и смерть другим. Получила бы покой в его объятиях. Да только поздно жалеть. Сотни лет уже прошло, и ничего не изменить.
Жила я давным-давно, когда были сильны древние боги, а христианство только-только ступило в наши края. Деревушка, где я родилась, стояла на крутом берегу могучего Рейна. Всего несколько небольших домиков, где среди жителей почитался бог воды – даритель жизни, коварный и неукротимый. С детства с молоком матери впитывали мы то, что необходимо провожать и встречать рыбаков особыми песнями. Только они дадут защиту от непостоянства капризного бога.
Первым звуком, что я услышала при рождении – шум воды и далекая песнь. И песнь эта звучит до сих пор. Она приносит надежду на то, что в этот раз ничья жизнь не прервется. Но маме она не помогла.
Когда мне исполнилось пять лет, неожиданно вечером началась буря. Небо было черным, как сажа в очаге, вода ревела и рокотала, а в окне сверкали молнии. Отец, да и другие рыбаки, были сейчас на воде, пытаясь вернуться к семьям, забыв обо всем ином. Именно поэтому она, как и другие женщины, ушла к берегу, чтобы петь и оберегать мужа, но не вернулась. Как говорили вернувшиеся рыбаки и жители: «Бог Рейна забрал ее в плату за жизнь ее мужа». Отец долго оплакивал ее, забывая о еде и сне. И я… Я – пятилетняя девочка начала петь, вкладывая в песню всю любовь к нему, к дому. Я не хотела потерять и его. Не дать грозному богу забрать и его. Теперь долг мамы перешел ко мне.
Каждый день, каждый час, не прерываясь ни на минуту, я пела и обнимала его. И через некоторое время он смог услышать меня. Утирая слезы, он прижал меня к груди и поклялся, что будет жить ради меня. «Никакому богу не удастся удержать меня в плену, Лора. Твой голос – дар, что усмирит его».
Так шли годы. Отец бороздил воды Рейна, а я вечерами стояла на утесе и пела. И другие женщины оборачивались на меня, и на усталых лицах сияли улыбки. Словно мой голос был неким целебным бальзамом, что исцелял и успокаивал. Никогда грозный Рейн не был спокойнее и покладистей, чем в эти дни. Для деревушки я стала этакой чаровницей, чей голос принес счастье.
Вечерами, когда все дела подходили к концу, отец брал гребень и усаживал меня на табурет. Затем он расплетал мои длинные волосы, пропускал их сквозь пальцы и аккуратно расчесывал каждую прядь. «Твои волосы – осколки солнечного камня, янтаря, Лора. С твоим появлением Рейн выносит его в большом количестве на берег. Любы Богу твои песни".
Шли годы, и все чаще я замечала, как смотрят на меня юноши. Восхищение, надежда и обожание было в их глазах. Особенно, когда я пела, а ветер развевал мои золотые волосы. «Ты – наше пламя надежды. Уверенность в том, что боги не причинят нам вреда», - говорили они мне. И от их слов теплело на сердце, и голос мой звучал сильнее и чище прежнего. Ведь я помогала успокоить бога Рейна. Впервые за долгое время он перестал требовать кровавых жертв. Сонно шептали его воды, спокойна зеркальная гладь. Только маленькие лодочки скользят по этому зеркалу, и поют вместе со мной рыбаки, а на берегу снова и снова находили желтые капли янтаря.
Отец улыбался, возвращаясь домой. Мой любимый и постепенно стареющий отец, оберегающий от излишнего внимания. Он не хотел, чтобы мне причинили боль. Говорил, что нужно быть осторожной. Прятал под шалью мои золотые волосы, просил женщин присмотреть за мной, пока я была в городе. Но теперь, как мне кажется, он видел во мне избранницу Рейна, принадлежащую лишь ему одному. Ни один смертный не должен был испортить меня.
Но юному сердцу всегда хочется найти половинку. И я нашла ее в лице странствующего рыцаря. Блестели на солнце его латы, когда конь его гордо вышагивал по нашим тропинкам. На щите, раскинув крылья, сидел орел. Когда он спешился и подошел ко мне, я не могла дышать. Сколько достоинства и грации было в его каждом движении. Стоило ему заговорить, как мне показалось, что мир замер.
Впервые за все время я прервала свою песню, так как не могла вдохнуть. Я тонула в его зеленых, словно весенняя листва, глазах. Он же зачаровано протянул руку к моим волосам. Сегодня решила снять я косынку, так как летнее солнце было сегодня особенно жарким. Опустив голову, я зажмурилась. В груди бешено колотилось сердце. Меня трясло, словно неожиданно наступила морозная зима. Но в тоже время было что-то еще…
Рыцарь коснулся моей щеки и восхищенно прошептал:
- Юная дева, я полюбил тебя с первого взгляда. Поедем со мной, я отвезу тебя в свой замок. Там мы будем счастливы.
Я была счастлива. Так вот, что я чувствую? Это – любовь. Та самая, которую я ребенком видела между мамой и отцом. Та самая, что расцветала с приходом весны в сердцах живущих в деревне девушек и юношей.
Невероятное счастье захватило меня. Губы растянулись в улыбке. Мне хотелось кружиться, танцевать и петь. Но не богу Рейна, а солнцу, небу - всему миру вокруг. Но с воды неожиданно потянул холодный ветер, нагоняя к берегу пенящиеся волны. Я вздрогнула, набрала воздуха в грудь, готовая петь снова, но... Рыцарь притянул меня к себе, шепча, что ни за что меня не отпустит. А я…
Я совершенно забыла обо всем. Главным стало тепло его объятий и тихий голос. Бог Рейна, отец и деревня исчезли. Впервые мне казалось, что я нашла себя.
Под покровом ночи, сидя за его спиной, оставив позади дом, я ехала в замок моего рыцаря. Я только слепо верила в то, что теперь мы будем вместе. Наша любовь – невероятный дар. Я ни за что его не потеряю.