Начинающие терапевты боятся накопать в клиенте то, с чем клиент не сможет справиться и единственный выход для клиента - суицид. Здесь, конечно еще вопрос, чего именно терапевт боится: страшит сам вопрос смерти или страх вины и ответственности за то, что не помог клиенту, а сделал еще хуже и тогда терапевт встречается с собственной некомпетентностью, как ему кажется, если не смог это предвидеть.
На одном из занятий, студент обозначил свой страх "я боюсь отпускать клиента, если его накрывают чувства, вдруг он не сможет это вынести в одиночку и поддержки у него нет, то единственный способ справиться с сильными чувствами - смерть", на что терапевт ответил "это не ваша ответственность за принятое решение клиента, это первое и второе, клиент жил с этими чувствами, даже если они были вытеснены, но они были до вас и, соответственно, он справлялся с ними и справится сейчас, т.е. он уже к вам придет с наличием суицидальным намерений и он вам говорит об этом, тогда мы работаем с ним только в сопровождении психиатра, а если все таки клиент вам не обозначил наличие таких намерений и по итогу совершил суицид, значит у него изначально были такие намерения суицида и он просто их утаил от вас".
Единственное, с чем я согласна, так это то, что решения и, как результат, действия клиента - это действительно его зона ответственности. В остальном, я согласна от ЧАСТИ и считаю, однобокостью терапевта (!!!) и за счет этой самой однобокостью рассмотрения вопроса с позиции сознания клиента, снятие с себя ответственности за эту однобокость.
В данном примере терапевт исходит с той позиции, когда клиенту доступны мысли о суициде, т.е. фактически, для терапевта это материал, который не нужно искать, тогда это не требует дополнительных ресурсных усилий и включенности терапевта в альянс, он готов и лежит на поверхности - так проще! Т.е. фактически терапевт рассматривает только две позиции о наличии суицидальных мыслей клиента:
1. Клиент осознает их, но утаивает
2. Клиент осознает их и обозначает терапевту.
Однако, что в первом, что и во втором случае, речь идет о сознании, т.е. когда намерения доступны сознанию клиента. Рассматривать вопрос о суицидальных намерений только с позиции сознания, есть не что иное, как однобокость вопроса.
Я хочу добавить к двум обозначенным позициям, третий вариант - с позиции бессознательных процессов, т.е. наличие намерений, но которые не доступны сознанию клиента и вытащить их в сознание, потребует от терапевта дополнительных усилий. Здесь, мы можем столкнуться с сопротивлением самого терапевта и как результат, которое приводит к той самой однобокости, о которой я упоминала выше. Причины такого сопротивления по разным причинам:
1. работа с бессознательным требует дополнительных усилий
большей включенности терапевта, вовлеченности, теоретической базы и конечно же само бессознательное терапевта, насколько оно доступно ему самому, насколько он заинтересован в познании вопроса бессознательного
2. страх терапевта встретиться с своими неосознаваемыми импульсами к смерти, которых он сам пугается
терапевт тоже человек и тоже родом из детства, и как это часто бывает (не всегда, но часто), в психологию идут люди, которые пережили насилие в семье, будучи ребенком
3. страх смерти как такого
здесь конечно вопрос проекции или сознательный непроработанный опыт терапевта
Подведем итоги, рассматривание терапевтом вопрос о наличии суицидальных намерений у клиента только с позиции сознания - это однобокость, что загоняет в рамки терапевтический процесс посредством ограниченности профессиональной личности терапевта.
Как проявляется неосознаваемые намерения клиента к суициду, напишу в следующих публикациях.
Запись на консультацию в шапке профиля.
#психоанализ#суицид