В этом художнике-человеке многое необычно, его предки, довольно благополучная жизнь в течение длительного времени, что в целом для художников нехарактерно, и его нравственный кризис- искания в 1880-е годы, отразившийся на творчестве и жизни.
Николай Николаевич Ге (1831, Воронеж – 1894, хутор Ивановский Черниговской губернии). Его прадед - французский дворянин, эмигрировал в Россию, отец – участвовал в заграничном походе русской армии и взятии штурмом Парижа.
Отец Николая Ге видел его математиком (мама через несколько месяцев после родов умерла от холеры), способности у него были, и Николай несколько лет учился на математическом факультете сначала Киевского, затем Санкт-Петербургского университета (переехал к брату). Однако поняв, что его призвание в другом, в 1850 году поступил и блестяще окончил Петербургскую Академию художеств, где восхищался Брюлловым и написал массу классических исторических работ. В этот же период начал писать изумительные портреты.
В 1856 году он женился на сестре друга, в которую влюбился, не видя, по переписке. Затем он на свои деньги отправился в Европу, где много путешествовал и писал интересные пейзажи и портреты. Это было явно благополучное для художника и его семьи время.
После 1863 года художник периодически приезжает в Россию. В 1866 году Ге пишет «Тайную вечерю». Картина принесла ему славу и звание профессора Академии художеств. Однако она не понравилась представителям церкви за неканоническую трактовку – неубедительный образ Христа, воспроизводить ее копии запретили, но оригинал приобрел Александр II в личную коллекцию.
Мнения о картине были самые разные, например, М.Е. Салтыков-Щедрин писал: «Зритель не может ни на минуту сомневаться, что здесь произошло нечто необыкновенное, что перед глазами его происходит последний акт одной из тех драм, которые издалека подготовляются и зреют и наконец-таки вырываются наружу со всем запасом горечи, укоризн и непреклонной ненависти.». А Ф.М.Достоевский увидел «обыкновенную ссору весьма обыкновенных людей». В одной из критических статей прозвучало, что художник «отнял у величайшего из мировых событий его божественность».
Художник продолжает работать над картинами на религиозную тематику, но положительного отклика, понимания и поддержки эти его работы почти не получают («Вестники Воскресения» (1867 г.), «Христос в Гефсиманском саду», «Христос в синагоге» (1868 г.) и др..). Академия художеств отказывается их выставлять.
И на какой-то период он перестает писать религиозные картины, а пишет пейзажи и портреты. Среди них - всем известные портреты А.И. Герцена (1867г.), М.Е Салтыкова-Щедрина (1872 г.), Н.А Некрасова (1872 г.), Л.Н. Толстого (1884 г.) и многие другие, традиционно-роскошные итальянские пейзажи.
С 1870 года он живет в Петербурге, участвует в работе Товарищества передвижных художественных выставок (он один из отцов-основателей), и именно в этот период создает свой общеизвестный шедевр на историческую тему – «Петр I допрашивает царевича Алексе Петровича в Петергофе» (1871 г.).
Коренной перелом в жизни Николая Ге произошёл в 1875 году: тогда художник необыкновенно проникся в т.ч. идеями Л.Н. Толстого (с которым знаком с 60-х годов), разочаровался в традиционной академической живописи, решил, что только сельский труд, а не искусство, должен быть смыслом и средством жизни. Он покупает в Черниговской губернии землю, строит дом, ведет хозяйство. А еще активно переписывается с Л.Н. Толстым. И вынужденно пишет портреты местных богачей для пропитания семьи.
Отмечалось, что Толстой и Ге не только имели похожие философские воззрения, оба были вегетарианцами, старались минимально использовать наемный труд и выполнять самостоятельно любую работу, одновременно оба бросили курить. Но более всего их объединяла вера в способность искусства вызывать моральное потрясение, помочь человечеству прозреть и улучшить жизнь.
В конце 80-х годов Ге вновь обращается к евангельским сюжетам. В 1890 году он написал картину «Что есть истина?» Христос и Пилат», которая входит в так называемый «Страстной цикл», и представил ее на выставке Товарищества передвижников.
Картина написана на сюжет из Евангелия от Иоанна, глава 18:
«— Так значит, Ты все-таки Царь? — спросил Пилат. — Ты сам говоришь, что Я Царь, — ответил Иисус. — Я родился и пришёл в мир, чтобы свидетельствовать об истине. Всякий, кто на стороне истины, слушает Меня». (Новый русский перевод) На что Пилат спросил: что есть истина? Но вопрос остался без ответа.
С одной стороны, для верующих, ответ однозначен. Как писал П.А. Флоренский «Живой Ответ стоял пред ним, но Пилат не видел в Истине её истинности» (Освяти их Твоей истиной: Твое слово есть истина. Ин 17:17).
Но картина написана в совершенно непривычной традиции для религиозных картин. И поэтому была неоднозначно истолкована и принята.
Христос, согласно традиции, красив лицом и телом, он несет свет. В данном случае свет разделяет картину и стоящие напротив друг друга фигуры. Христос – невысокий, худой, изможденный и страдающий, с всклокоченными волосам, в грязной одежде и находится в тени. Фигура Пилата дана со спины, ярко освещена и занимает большую часть картины; он одет в светлое, мы видим профиль холеного, уверенного в своей правоте, обладающего властью человека, высокомерно задающего явно риторический вопрос.
Большинство из видевших картину не приняли ее; по свидетельству очевидцев, даже у самой картины люди ссорились, ругались; в ней возмущало все, и в первую очередь, образ Христа. Картину осуждали за «неряшливую живопись» (импрессионизм еще только «расцветал» во Франции), кощунственное отношение к образу, «пошлый реализм», неожиданную трактовку, композицию и акценты. Например, свет всегда означал Добро, а тут фигура Пилата залита светом, а Христос в густой тени.
Александр III запретил экспонировать «отвратительную картину», потому что она оскорбляет чувства верующих.
Ге написал сюжет из Евангелия, а вложил в нее философский смысл и был уверен, что главным является красота духовная, показал жертвенный подвиг во имя идеи, протест против зла. Он писал: «…картина оценена… она действительно признана умственной и нравственной работой, но все-таки жаль, что она запрещена, жаль того, что общество в таком еще диком, идолопоклонническом состоянии, что не может выносить истины. Жаль не себя, а жаль других».
Даже Третьяков картину не понял («Христа совсем не вижу»), но купил ее по настоянию Л.Н. Толстого, который назвал ее «эпохой в истории христианского искусства».
С тех пор мы видели множество различных образов Христа, и вряд ли картина так удивляет. Как собственно может выглядеть человек, которого всю ночь мучали? Но человек! Хотел ли Ге изобразить богочеловека? А, может быть, «исторического Иисуса»? Если второе, то, любопытно, что его изображение может быть близко к правде.
В 2001 году в одном из документальных фильмов ВВС был показан портрет, обозначенный как возможный портрет Иисуса. На основе анализа найденных на территориях современных Израиля и Палестины черепов людей, живших там примерно в конце 1 века до н.э. - начале 1 века н.э., антропологи благодаря компьютерным программам воссоздали «усредненный» череп, потом «нарастили» на череп плоть, добавили наиболее вероятные цвет глаз и волос, бороду (как принято было носить в те времена). Получился, безусловно, не портрет исторического Иисуса, а среднестатистического еврея 1ого века н.э. Предположительно, этот портрет гораздо ближе к внешности Иисуса, чем привычная иконография, которая возникла в Византии и представляет некий собирательный портрет грека 5 - 6 веков. Хотя на создателей программы тут же обрушилась критика с обвинениями в «пренебрежительности» к христианским канонам. Быть может, все повторилось?) Общество точно «не может выносить истины»)
Даже теперь, глядя на картину Ге, кто-то видит в ней глубокий смысл, а кто-то- неудачную или просто иллюстрацию сюжета Евангелия, кто-то, вслед за Пилатом повторит: "Что есть истина?». И любую позицию понять можно. Художник показал контраст материального и духовного, света и тени, пропасть между людьми из разных миров. Разве может быть одна истина для них, могут они услышать и понять друг друга?
Ге продолжил писать экспрессивно-выразительные картины о последних днях земной жизни Спасителя, и их судьба во многом повторит судьбу этой работы, например, под запрет попала и «Суд синедриона. Повинен смерти» (1892 г.), которая выставлялась в конференц-зале Академии наук только для друзей и знакомых художника.
Последнюю работу цикла и последнюю свою работу «Распятие» художник писал и переписывал в течение 10 лет, и сам увидел в картине торжество смерти и невозможность воскресения, поэтому даже вроде бы собирался ее уничтожить. Третьяков посчитал, что в этой картине «много интересного (ужасно талантливо), но это… не художественное произведение» и не купил ее. Один вариант этой работы находится в Музее Орсэ (Musée d'Orsay) в Париже, местонахождение второго неизвестно, хотя несколько лет назад коллекционер из Швейцарии, якобы, предлагал его Третьяковке.
В любом случае религиозные работы Николая Ге в большинстве своем неоднозначны, интересны. Что он хотел показать - сказать зрителям? Какую истину? Опять каждый решает сам.
Немецкий физик, врач, психолог Г. Гельмгольц утверждал, что от предмета приходит только часть визуальной информации, другая же значительная часть привносится самим человеком. Все знания - из опыта)