Людям, страдающим синдромом дефицита внимания и гиперактивности, обычно трудно сосредоточиться на происходящем вокруг – они легко отвлекаются, импульсивны и гиперактивны. Распространенность этого синдрома в популяции довольно высока, и ученые выяснили, что это, возможно, вовсе не случайность
При синдроме дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) процессы возбуждения в головном мозге преобладают над торможением. Проявляется это неврологическое расстройство в поведенческих отклонениях: невнимательности, гиперактивности, импульсивности, неконтролируемой эмоциональности. Такие симптомы отмечаются рано: СДВГ страдают около 11% всех детей, и примерно у трети из них он остается во взрослом возрасте.
Исследования показывают, что предрасположенность к СДВГ может передаваться по наследству, а в истории нашего вида он сохраняется на протяжении многих тысяч лет. Существует гипотеза, которая увязывает такую стойкость СДВГ в человеческих популяциях с решением задачи по нахождению компромисса между поиском новых возможностей и использованием уже известных. Другими словами, между разведкой и эксплуатацией.
Известные алгоритмы решения таких задач предполагают, что целесообразнее оставить источник, когда уровень «добычи» с него упадет ниже среднего показателя в округе, и поискать новый. Речь может идти о любых ресурсах, включая абстрактные (информация, репутация и др.), но в случае животных, как и древнего человека, обычно имеют в виду пищу. И действительно, сотни видов – от пчелы до человека – ведут себя в соответствии с этой моделью. Есть основания считать, что эволюция давно нашла оптимальное решение подобных проблем.
Ученые из США и Индии изучили, как решают эту задачу люди с СДВГ и без него. В эксперименте приняли участие 457 человек, среди которых, согласно данным специального тестирования, неожиданно оказалось очень много (45%) людей с СДВГ, что примерно на порядок больше, чем в среднем в популяции. При этом многие из них не имели подтвержденного диагноза.
Участники эксперимента играли в компьютерную игру, где за ограниченное время требовалось собрать как можно больше ягод с плодоносящих кустов при помощи наведения курсора на изображение куста. Со временем куст истощался, и можно было либо продолжать сбор с того же участка, либо переместиться на новые. При этом переход от одного места к другому мог требовать разного времени, затрачиваемого на передвижение.
Как и ожидалось, участники с положительным тестом на СДВГ чаще меняли участок, чем люди без этого синдрома. И их игровые показатели неожиданно оказались самыми высокими – они собирали больше ягод, так как охотнее переходили на другой участок сбора, когда урожайность начинала снижаться.
Известно, что человеческие популяции, ведущие кочевой образ жизни, несут генетические мутации, связанные с СДВГ. И это вполне согласуется с гипотезой, что подобное состояние может влиять на принятие решения относительно поиска пищевых ресурсов. Авторы исследования делают вывод, что СДВГ в определенных условиях действительно может давать преимущество, способствуя исследовательскому поведению, что и объясняет его широкую распространенность. Такие люди, выходя за пределы установленных границ, могли открывать новые источники пропитания, такие как съедобные растения или места для успешной охоты.
Поведение, адаптивное для охотников-собирателей, определяло передачу его генетической основы в ряду многих поколений. Правда, в современном мире нам зачастую приходится решать иные задачи, и тут у людей с СДВГ могут быть проблемы.
Публикации по теме:
Сахарный диабет как эволюционная ловушка
Палеогенетическая реконструкция каменного века
Фото: https://www.flickr.com