В январе Банк России объявил, что через несколько дней после заседания СД по ключевой ставке будет публиковать детали обсуждения. Сегодня вышел первый подобный материал, который, необходимо отметить, оказался весьма подробным. И он, действительно, дает большее понимание того, что происходит в Центробанке, так как сухие пресс-релизы и ответы Набиуллиной на пресс-конференции вызывают лишь недоумение.
В данном материале я сосредоточусь на сравнительно положительных моментах, которые дают основание полагать, что рано или поздно денежно-кредитная политика ЦБ хоть немного, но будет скорректирована. Правда, не стоит переоценивать те факты, речь о которых пойдет ниже, поскольку по итогу ведомство Набиуллиной все равно держит ставку на неприемлемо высоком уровне. Оснований к чему нет.
Для начала отмечу, что совет директоров Центробанка и вовсе рассматривал вариант повышения ставки до 17%. Впрочем, концентрировать внимание на этом инопланетном мнении сейчас особого смысла нет. Перейдем к позитиву.
На удивление в Банке России обрели понимание, что рост предложения может позитивно сказываться на инфляции (то есть, выступать дезинфляционным фактором):
С другой стороны, было высказано мнение, что замедление инфляции в большой степени связано с разовыми факторами. К примеру, в декабре — январе темпы роста цен на отдельных продовольственных рынках понизились благодаря улучшению ситуации с предложением
Наверное, из этого должен последовать логичный вывод, что для настоящей борьбы с инфляцией необходимо стимулировать предложение. Тем более, все инструменты у ЦБ на это есть. Однако логичного продолжения приведенного выше мнения не последовало.
Также Центробанк с удивлением разбирал, почему же в 2023 году русская экономика показала столь высокие темпы роста (в 3,6%), хотя прогноз регулятора был сильно пессимистичнее. Здесь, во-первых, необходимо подметить особые аналитические способности прогнозистов из ЦБ, которые открывают МВФовские методички и каждый год ошибаются в своих прогнозах (разумеется, в меньшую сторону). Во-вторых, эти ошибки так и не признают, снова публикуя заниженный прогноз (на 2024 - плюс 1-2%, в то время как минимальная цель правительства - 2,3%). Подобное ведет к искаженному восприятию реальности, когда в ведомстве Набиуллиной считают, что экономика растет "выше своих возможностей" и находится в состоянии "перегрева". Следствием этого является проведение жесткой денежно-кредитной политики.
16 февраля члены совета директоров Банка России признали, что, оказывается, у нас и инвестиции в реальный сектор продолжают оставаться на высоком уровне, и объем предложения до сих пор увеличивается, и индексы деловой активности находятся на высоком уровне. И если раньше в ЦБ единогласно полагали, что экономика находится в состоянии "перегрева", то сейчас осторожно заговорили о имеющемся потенциале дальнейшего роста:
Во время прошлых обсуждений участники, скорее, соглашались, что преобладающая доля наблюдаемого роста экономики объясняется именно положительным разрывом выпуска...
... В ходе февральской дискуссии было высказано предположение, что вклад увеличения потенциала мог быть выше, чем Банк России оценивал прежде.
Надо же, какое открытие. О том, что наша экономика имеет существенный потенциал роста как за счет загрузки текущих мощностей, так и за счет их расширения, а также повышения производительности труда и я, и мои коллеги писали весь 2023 год. Но в этом нет ничего особенного. 90% экономистов и финансовых аналитиков в той или иной форме подвергают критике политику Центробанка, поскольку анализируют то, что происходит в реальности, а не используют примитивные формулы МВФ.
Но, как видим, даже ведомство Набиуллиной можно пробить, и в недрах ЦБ голос разума начинает проявляться. Однако упущенные возможности не вернешь. Плюс пока не ясно, будет ли здравая точка зрения укрепляться и приведет ли она к результату или же нет.
И в завершение отмечу, что ЦБ хоть и предполагает перейти к снижению ставки со второй половины 2024 года, однако допускаем, что это может произойти и раньше. Впрочем, повторю, что особо переоценивать вышеизложенные тезисы не стоит, поскольку противоположных по смыслу в опубликованном регулятором материале значительно больше.