В фонде открытого хранения "Масонская коллекция" в одной из витрин, где экспонируются знаки, можно увидеть небольшой медальон, датируемый второй половиной XIX в. с портретом прусского короля Фридриха II Великого (1712-1786).
О жизни Фридриха и его заслугах в деле становления прусско-германской государственности написаны сотни книг. Известны его увлечение идеями Просвещения и преобразования, произведенные им в Пруссии, реформы, любовь к искусствам и наукам, основание Королевской оперы (1742 г.) и Берлинской Академии наук (1744 г.) и многое другое, включая и военные победы, как, впрочем, и поражения (в основном от русской армии).
Многогранность талантов короля Пруссии Фридриха II вызывала симпатии и даже восхищение. Российский император Петр III был одним из тех, кто также симпатизировал ему и восхищался деятельностью короля; неудивительно, что вступив на престол, Петр IIIв 1762 г. заключил Петербургский мирный договор, согласно которому, Россия вышла из Семилетней войны и возвратила все завоеванные земли, включая Восточную Пруссию.
Есть и еще одна грань жизни Фридриха II, которая не столь однозначно оценивается историками, а именно – его участие в работах масонских лож. Посвящение состоялось в ночь с 14 на 15 августа 1738 г. в масонской ложе Брауншвейга, в глубокой тайне. Продвижение его по ступеням масонского восхождения от степени ученика до степени Мастера было стремительно. Взойдя на престол в 1740 г., Фридрих основал собственную ложу, в которой возглавлял работы. В этом же 1740 г. была образована Великая национальная ложа «Три глобуса» (просуществовала до 1933 г.), под началом этой Великой ложи объединились все немецкие ложи того времени. Такова общая канва масонской деятельности Фридриха. Однако есть любопытные детали, которые не столь широко известны.
Большой загадкой является история общения Фридриха с энциклопедистами – Вольтером, д’Аламбером и Дидро. К моменту публикации первого тома Энциклопедии в 1751 г. Дидро и д’Аламбер были членами Королевской Академии Пруссии. Д’Аламбер вплоть до 1763 г. навещал короля и регулярно получал пенсию от Фридриха. И надо ли удивляться, что в одном из томов Энциклопедии, в статье о Пруссии, Фридриху была воспета ода, прославляющая его таланты монарха. В этом «заигрывании» с энциклопедистами и даже во вступлении в масонство некоторые историки видят стремление Фридриха использовать как масонство, так и философов для того, чтобы осуществить план по разрушению (через союзников в ложах и тайных обществах) французской монархии и союза Австрии и Франции. Именно этими задачами объясняется та поспешность, с которой Фридрих получил посвящение и стремительно восходил по ступеням масонской иерархии. Но это скорее из области «теории заговора».
Есть и другое мнение, согласно которому, принадлежность и исповедание идей братства для прусского короля было эпизодическим фактом. Так, А. Э. Уэйт, историк ордена, отмечал, что живой интерес Фридриха к масонству вскоре угас, что вполне объяснимо, потому что он «принадлежал к тому типу людей, связь которых с масонством больше случайна, чем закономерна». В какой-то степени опровержением этой точки зрения является вся жизнь Фридриха II, которая была воплощением в жизнь идеалов братства – служению во благо своего народа и государства, покровительство «полезным наукам» и «свободным искусствам». Распространено также мнение, что Фридрих сыграл большую роль в формировании Шотландского обряда, вдохновленный речью Эндрю Рамзея (1686-1743), – факт, не имеющий под собой доказательную документальную основу. Это так. Но не подлежит сомнению его исключительная заслуга в формировании Великой национальной ложи Пруссии и развитии масонства. Фридриху II приписывают афоризм: «Масонство – это великое ничто», и какой смысл вкладывал прусский король в эти слова, остается только гадать.