Еще в древности бездарный хитрец по имени Герострат понял, что привлечь к себе внимание и даже остаться в веках можно очень простым способом, не заморачиваясь по поводу научных открытий, инженерный изобретений, создания шедевров искусства или установки выдающихся спортивных рекордов. Надо всего лишь уничтожить что-то действительно ценное и прекрасное. Лично он поджег храм Артемиды в Эфесе, который был так красив, что считался одним из семи чудес света.
И ведь не прогадал стервец! Имя его осталось в веках как символ самого тупого вандализма. И, что хуже — дело его не пропало, а имеет продолжателей до сих пор. В череду 💩-геростратов вошла и дамочка по имени Мэри Ричардсон. Она была суфражисткой и многое сделала для дискредитации этого движения, которое началось с благородной борьбы за предоставление женщинам избирательного права.
Под знаменем суфражизма в начале ХХ века был создан Женский социально-политический союз во главе с некоей Эммелин Паркхерст. По сути, это была экстремистская организация, боровшаяся за права женщин террористическими методами. Не удивительно, что Паркхерст попала в тюрьму. И вот 10 марта 1914 года в Лондонскую национальную галерею пришла женщина в сером платье и начала бродить по залу Веласкеса. Там, кстати, дежурили два констебля. В полдень один из них пошел обедать, а другой сел читать газету. Именно в этот момент посетительница бросилась к картине «Венера с зеркалом», великолепному шедевру Диего Веласкеса, разбила стекло и нанесла по холсту несколько ударов ножом. Эту вандалку и звали Мэри Ричардсон.
Когда ее скрутили, она заявила, что хотела уничтожить картину в знак солидарности с заключенной в тюрьму Паркхерст. Газетчики тут же прозвали ее «убийца Мэри».
Эта опасно-буйная особа прожила долгую жизнь, никогда не раскаивалась в содеянном и была вполне собой довольна.