И снова о взаимодействии, как об основе успеха боевой работы.

Согласно требованиям боевых документов, в батальоне ведётся войсковая, артиллерийская, инженерная, радиолокационная, радиационная и химическая разведка (в современных реалиях только первые три). Там же указано, что в батальоне глубина разведки ведётся на 5-10 км – это детальная и обзорная. Остальные виды разведки ведутся уровнем выше батальона, полка, бригады, дивизии и даже армии, однако, есть нюанс.
Например, подразделения окружной РЭР, действующие в полосе армейских соединений, собирают террабайты тактической информации и направляют их наверх по команде. При этом на местном уровне реализации – ноль. Потому что вниз она, к исполнителям, почему-то, не спускается.

И тут возник закономерный вопрос: а что если взять, и объединить разведывательные возможности постов РЭР и огневые возможности артиллерийского дивизиона добровольческого отряда, который имеет возможность действовать инициативно и самостоятельно, вне структуры соединений, но по общей с ними задаче? Тут я отдам должное смелости и решительности двух командиров, которые организовали такое взаимодействие.

А потом было натуральное «избиение младенцев». Враг, не стесняясь, рассказывал в эфире о своих планах, которые немедленно превращались в данные для стрельбы артиллерии. В принципе, ничто не способно избавить участников боя от необходимости поддерживать связь, которая является основой боевого управления. У кого лучше налажена радиоэлектронная разведка, тот и получается лучшую осведомлённость о ситуации на поле боя – из уст противника. А кто смог наладить взаимодействие разведки с артиллерией, тот автоматически становится настоящим Богом войны – потому что он не только «слышит», куда нужно бить, но и практически сразу получает подтверждённые результаты огневого поражения.
Самое забавное было то, что при невозможности из-за погоды поднять разведывательный дрон, чтобы корректировать огонь артиллерии, враг сам охотно выполнял эту работу, крича в эфир, например, «по нам бьют, разрывы на север, двести метров…». Артиллеристам отряда оставалось только внести поправку «север, двести» и дать новый залп. Радиостанция противника после этого обычно замолкала.

ЭТО БЫЛА СЛАВНАЯ ОХОТА.

«Я два года воюю, но такой боевой успех вижу впервые», - сказал нам разведчик, который более суток обеспечивал работу артиллерийского дивизиона добровольческого отряда «Тигр». Сказано это было поздним вечером на волне эйфории, обуявшей наши сердца от лицезрения такой боевой работы, какая должна быть налажена во всех боевых подразделениях.
Надеюсь, полученный опыт будет осмыслен и взят на вооружение. А вышестоящие командиры обяжут армейские соединения налаживать взаимодействие с РЭР на уровне штабов бригад, полков и возможно, батальонов.

Было бы так изначально, мы бы давно уже были в Киеве.