Автор Игорь Караулов
О том, где у певца подвох, – обозреватель «Абзаца» Игорь Караулов.
Ну вот оно наконец-то и свершилось. Филипп Киркоров, который лёг на дно после декабрьской «голой вечеринки» в московском клубе «Мутабор», шумно всплыл на поверхность. И не где-нибудь в Дубае, а в городе Горловке (ДНР), во второй городской больнице, где лечатся наши раненые бойцы.
Отдадим должное продюсерам этой стремительной гастроли: они показали свой профессиональный уровень. Образ Филиппа Бедросовича был подобран удачно. Никаких перьев в заднице. Блестящий чёрный кожаный плащ, трикотажная шапочка. Слава Богу, не в камуфляже – с камуфляжем был бы перебор, безвкусица. И репертуар удачный: тихая, спокойная лирика.
Казалось бы, надо порадоваться. Артист всё-таки вошёл в правильную дверь, развлёк русских героев, показал, что он со страной и народом, и даже пообещал не уезжать за границу.
И всё же что-то тут не так. Что-то смущает. Слишком понятно, почему именно сейчас, после «голой вечеринки», а не до. И слишком понятно зачем.
Я не знаю, может быть, бойцам этот визит был в радость. Всё же Киркоров – не чистый продукт пиара, талант у него есть, значит, должно же его творчество кому-то нравиться. А даже если не нравится, приятно же, когда звезда из телевизора навещает тебя в больнице, подарочки какие-то передаёт. Но беда в том, что всё это гораздо нужнее самому Киркорову, а радость солдат для него – не цель, а средство.
По сути, состоялась сделка купли-продажи индульгенции. Заключена она была немного раньше нынешней поездки, поскольку уже прошла информация о возвращении Киркорова в телевизор. Очевидно, несколько недель после «голой вечеринки» ушло на согласование параметров пакета сделки. Можно себе представить, в какие «те двери» стучался Филипп Бедросович, хотя, возможно, в некоторые двери его самого настойчиво приглашали войти.
Думаю, у этой сделки, помимо публично-презентационной, есть и финансовая часть, где оговорено, какую сумму певец должен пожертвовать родной стране и куда эти деньги могут пойти – только на гуманитарные цели или, скажем, на закупку столь необходимых нашей армии дронов.
Для Киркорова профит предельно ясен: отныне «голая вечеринка» забыта, репутация отмыта – иди и дальше греши. И в большой чёс по стране можно отправиться, и на следующем «Голубом огоньке» место забронировано. Всё оказалось просто и совсем не больно: чик – и готово.
А заодно была обкатана и типовая модель отмывки репутации, «отмены отмены», которой теперь могут воспользоваться и другие согрешившие артисты. Да хоть те же ребята из «Би-2». Посмотрите на Киркорова: в Донбасс съездил, и всё у него хорошо. И у вас так же будет. В окопы и даже в пункт временной дислокации не потащим – тыловой больницы достаточно. Сумму утрясём, сильно не ограбим.
Обидно, что истекающий кровью Донбасс в этой схеме выступает в качестве банального отмывочного инструмента. А ему нужна искренность. Лицемерие Киркорова и организаторов его донбасской гастроли особенно заметно, когда перед глазами есть образцы такой искренности.
Есть, например, такая группа «Искусство в строю». Люди за свой счёт ездят на фронт, часами поют солдатам песни в блиндажах, едят с ними борщ из одного котелка. Вместе с ними, например, ездят Юрий и Владимир Торсуевы, которые играли Электроника и Сыроежкина в знаменитом фильме. Тоже звёзды, но они попали в Донбасс не через промежуточную станцию «Голая вечеринка», а более простым и честным путём. А у Киркорова всё по прейскуранту: приехал, отработал оговоренное время, уехал, галочку поставил и забыл.
Мне кажется, наши парни в Донбассе воюют в том числе и за то, чтобы у нас была другая культура. Не та, которую символизируют Киркоров, Пугачёва и т. п. А какие-то люди в кабинетах в это время пытаются сохранить прежнюю культуру, уламывая ярких представителей этой шатии-братии зажмуриться, подавить презрение к народу и «причаститься Донбассом», чтобы и дальше зарабатывать здесь деньги. Чтобы «голая вечеринка» не прекращалась в головах.
Нет уж, умерла – так умерла. Вот всё, что хочется сказать, глядя на обновлённую, приодетую киркоровщину.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.