Девяносто лет назад, 13 февраля 1934 года, началась героическая эпопея, за которой следил весь мир. В Чукотском море затонул, раздавленный льдами, советский пароход «Челюскин». Среди торосов остались 104 человека, включая десять женщин и двоих детей. Брезентовые палатки не спасали от тридцатиградусных морозов. До ближайшего жилья, чукотского стойбища Ванкарем, было порядка 150 километров. Этого, конечно, не должно было случиться. Но «Челюскин», хоть и имел усиленный корпус по сравнению с другими грузопассажирскими судами, изначально не годился для такого плавания. Однако в начале 1930-х годов невозможное часто казалось вполне реальным. На карте появлялись Уралмаш и ДнепроГЭС, металлургические заводы в Магнитогорске и Новокузнецке, тракторные — в Челябинске и Сталинграде. Трудовой энтузиазм зашкаливал. Легендарный полярник Отто Шмидт не понаслышке знал, сколь сурова бывает Арктика. И все же пообещал пройти за одну короткую летнюю навигацию весь Северный морской путь, от Мурманска до Вла