— Скажи мне, друг Горацио, немедля,
Что это мы услышали сейчас?
Чего хотел сказать певец сей вдохновенный?
Зачем играл он на своей сладкоголосой лире?
Ведь создалось такое впечатленье у меня,
Что горы мне на кумпол навернулись
И вышли на берег все реки и моря!
Быть может просто я вот в это не врубаюсь и наступил мне на ухо медведь?
Иль арфою Эола долбанули
Мне по башке все боги древнего Египта, Рима и Эллады?
Я лично нифига не понимаю.
И вянет, как цветок рассудок мой в бесплодье умственного тупика...
.......
— О милый друг мой Гамлет, успокойся!
Ведь это ж мистер Цалер! Иногда -
Он любит чучу вот такую oтчebучить.
Не принимай так близко к сердцу, Гамлет.
Музыковедов выкрутасы всем известны...
То эмбиент он нам поставит, то шансон,
То, Господи прости, Стронгиллу Шаббетаевну Иртлач,
Ведь есть певица и с таким безумным ФИО
В подлунном мире чудеса ещё бывают
Глубокой эрудиции товарищ
И так шагает широко по муз-поляне,
Что иногда, боюсь, штаны его порвутся...
......
— Спасибо, успокоил ты меня.
Пойду мириться лучше со знакомым злом,
Чем бегством к незнакомому стремиться,
Пойду послушаю знакомую музЫку,
Ну типа там Любэ, Битлов и прочих тру ля ля.
Как завещал мне мой любимый папа - Призрак
А может лучше нам с тобой, Горацио, скончаться?
На пару сном забыться? Уснуть... и видеть сны?
Но тут опасность нас подстерегает.
Какие сны в том смертном сне приснятся?
Когда покров земного чувства снят?
А вдруг приснится там какой-нибудь Киркоров?
Иль Бабкина Надежда, наконец?
Ведь это будет полная засада и пи*дец!
Не лучше ль нам тогда вдвоём напиться в зюзю,
Чтобы уж точно ничего потом не снилось?
.......
— Читаешь мысли ты мои, о друг мой Гамлет!
Заметь, не первый я напиться предложил.
Замётано, мой кореш драгоценный!
Пойдём и в сопли синие нажрёмся,
А эту вот байду пусть слушают без нас...
Вам, прЫнцам, слушать музыку такую не по масти.
.......
— "Пить иль не пить"? Смешной какой вопрос
Смешнее только "Быть или не быть"
Давно я на него нашёл уже ответ.
Конечно ж пить!
Пойдем прямо сейчас и прямо это и исполним
__________
(Гамлет и Горацио уходят в обнимку за сцену, напевая «Выйду ночью в поле с конём…»)
