Когда люди слышат "родина Грина", многие из них думают, что речь идёт о Крыме. Не всем известно, что писатель, который любил корабли и море, родился и вырос вдали от морской стихии.
Церковь св.Николая в Слободском, где крестили младенца Александра (Гриневского)
Городок Слободской, где родился Саша Гриневский, и Вятка (современный Киров), где прошло его детство, стоят на речках, в которых не то что кораблям ходить, а и человеку поплавать негде. Речки там мелкие, в чем мне пришлось убедиться лично. Воды по колено, а где и по щиколотку. Так-то.
Невольно начнёшь мечтать уехать куда-то, где изумрудные, синие с золотом и кипенно-белыми барашками, буйные волны бьются о камни. Где сине-лиловые горы упираются в розовые облака. А из-за горных вершин медленно и торжественно, гордо выкатив грудь колесом, надвигается белый парус. Обожженный солнечными лучами, он вспыхивает алым пламенем. Вот откуда алые паруса рождаются! От мелководья, от жажды большой воды!
Столетие издания повести "Алые паруса" я отметила поездкой в родные края Грина. Удалось побывать и в Слободском, и в Кирове, в обоих музеях Грина. Побродить по улочкам, которыми хаживал будущий писатель. И по набережной, названной в его честь. Постоять у памятников Грину (и в бывшей Вятке, и в Слободском, см. фото ниже), проследить за взглядом, устремленным вдаль. Посмотреть вокруг его глазами.
В обоих музеях очень тепло встретили меня как автора книги "Петербургская гавань Александра Грина" - о его петербургском периоде жизни и творчества, его петербургских адресах.
Алые паруса в городе детства Грина - повсюду. И в детском парке.
Те, кто любит Грина и его книги, думаю, почувствуют, как и я, особую атмосферу этих мест - уютную, неспешную, немного провинциальную, в хорошем смысле. Бродишь вдоль реки, по дорожкам сада со старинной оградой - и погружаешься в полусны- мечты. Ждёшь, что вот-вот из-за пыльно-зеленых кущ покажутся не декоративные паруса, а настоящие парусники. И вода в обмелевшей Вятке будет все выше и выше. Как и холмы, на которых стоит город. И повеет солёным ветром морского прибоя. Так и восходишь по холмам, как по волнам, которым здесь неоткуда взяться, в потустороннюю страну Гринландию.