Иван Смоленцев: Работа полета.
Один из русского народа - рядовой русской поэзии, русской науки и техники
(к дню памяти – 11 февраля 1993 года последняя дата земной жизни И.И. Смоленцева)
Иван Смоленцев автор двух прижизненных поэтических сборников «Ветры севера» (Кировское отделение Волго-Вятского книжного издательства, 1967) и «Облако над полем» (Москва, «Современник», 1986). Полновесная книга стихов «Сторонушка» была составлена и подготовлена к изданию автором к 1988-му году. Но вышла из печати только в декабре 1993 года, практически, к годовщине ухода поэта из мира земной жизни. В 2005 году Кировское отделение СП России издало сборник стихов Ивана Смоленцева, посвященных жизни вятской деревни в годы военного лихолетья – «Поле – это повесть о войне» (серия «Народная библиотека»).
Думаю о судьбе и творчестве моего отца, думаю о России, о судьбе русского человека, о судьбах Отечества и народа; думаю о народе и интеллигенции, думаю о разности миросозерцаний, разделенных по определению А.А. Блока «недоступной чертой (пушкинское слово)».
* * *
Два таланта, два крыла – поэзия и научно-техническое творчество - было даровано Ивану Смоленцеву для постижения мира земной жизни. Для полета. И он, в борениях с судьбой, расправил свои крылья. Преодолел тяготение земли и обрел тяготение неба. Он видел в своей жизни много боли, страданий, горя, злобы людской и зависти и глупости и тупости. Видел, но умел не заметить этого, не сосредоточился на этом. Он был занят работой полета. И я, смею предполагать, что по творческим статьям Иван Смоленцев не в долгу пред Владыкой талантов. И я смею думать, что Иван Смоленцев свое жизненное предназначение - исполнил: он был хороший поэт и хороший конструктор (инженер, изобретатель). И, да – он был счастлив. Счастлив, не безоблачно, не райски, счастлив. А счастлив в поте лица своего, добывая свой хлеб, как и заповедано человеку и человечеству от начала бытия. Счастлив, раскрывая, возвращая родному народу, свой дар, в избыточном, на пределе – так, что сердце обливалось кровью – сосредоточении своих сил душевных и телесных. Иван Смоленцев был счастлив в труде. Счастлив, в исполнении своего жизненного предназначения. Счастлив, расправляя в полную мощь, воплощая в жизнь, два вверенных ему таланта. Счастлив - работой полета.
Хвала крылу!
Нетруден взлет.
Нелегок — долгий труд полета,
Где нет забав, а есть работа,
Где даже птица устает.
Певуча даль, и ветер свеж.
И горизонт раздвинут шире.
Непросто суть постигнуть в мире,
Пробить в заветной тайне брешь.
Непрост полет.
Невечный рай —
Над льдами вздыбленные скалы,
Так почему же дикий край
К себе так манит птиц усталых?
Как молот, ветер крылья бьет,
Отдавшись болью в мышце каждой.
Но продолжается полет,
Как проба сил, как жизни жажда.
(И. Смоленцев, «Полет», кн. стихов «Сторонушка», Киров, 1993).
Полет у Смоленцева, труд его жизни, - это не отрыв от земли, это единственная возможность раздвинуть земной горизонт, не из любопытства, и не ради само-довольства, раздвинуть линии земных пределов, а единственно для того, что бы «суть постигнуть в мире, пробить в заветной тайне брешь». Полет у Смоленцева – это обретение небесного, это содержание (от держать) небесного для постижения не только и не столько земного, а всей полноты бытия, всей заветной тайны жизни человека и человечества, в их земном предназначении.
Владимир Иванович Даль пишет в словарном гнезде «Крест», в котором сходятся и Крестьянство и Христианство, - «созвездие креста создано народом». Толковый Словарь Даля – это словарь Живаго Великорусского языка, и если речь в нем идет о народе, то это русский народ, народ – составитель, создатель, созидатель – творец!, - вот, оно слово, точнее точнейшего, - народ творец созвездий.
Талант народа, неизмерим и неизбывен. Каждый народ талантлив по-своему. Русский народ талантлив сочетанием земного и небесного в своем миросозерцании, талантлив в своем естественном (не умственном, то есть, не рассудочном, а – сердечном), побудочным (от «побудка», по Далю), можно сказать, выбором, небесной нови - торжества благодати любви над земной ветхостью - закона.
И Иван Смоленцев, в этом великом ряду великого русского народа, он просто один из русского народа, он – рядовой русской поэзии, русской науки и техники. Талантливый рядовой, сумевший утолить жажду жизни работой полета.
Всего пятьдесят семь земных лет было дано Ивану Смоленцеву для этой неимоверно трудной и счастливой работы, работы – жить на земле.
* * *
Смоленцев Иван Иванович (01.09.1935 – 11.02.1993) родился в крестьянской семье в деревне Бор, так же известной как - Починок над Ключом-Кипуном (Бор, Боровляна) Вятской губернии Уржумской округи Сернурского волостного правления (ныне Сернурский район Рублики Марий Эл). Род Смоленцевых жил на Бору с 1808 года. Детство Ивана Смоленцева, совпавшее с годами военного лихолетья, прошло в деревеньке Азянково – на правом берегу речки Буй, отделяющей деревню от тогдашнего районного центра - села Косолапово. В Азянково (в тридцати километрах от д. Бор) семья Смоленцевых – родители и девять детей - перебралась перед Войной. Отец Ивана Смоленцева – Иван Кузьмич - в феврале 1942 года ушел на фронт, следом за отцом ушли и старшие дети. Иван Кузьмич пропал без вести. Шестеро детей остались на руках мамы – Анны Алексеевны, все они выжили. Это время и определило и сформировало жизненную, гражданскую, нравственную и творческую позицию Ивана Смоленцева.
Тракторист, плотник, грузчик, лесоруб – вехи трудовой биографии. Был, перед армией, даже избачом (заведовал избой-читальней). Служил на Тихоокеанском флоте. Окончил Поволжский лесотехнический институт в Йошкар-Оле. После института, в 1962 году по распределению, уже с семьей, прибыл в Киров, где жил и работал, на различных - инженерных, руководящих и научных - должностях почти четверть века. Кандидат технических наук, автор 46 научных трудов, в том числе 27 изобретений, подтвержденных Авторскими свидетельствами, выданными Комитетом по делам открытий и изобретений при Совете Министров СССР. Одна из разработок И.И. Смоленцева – Гидрофицированная установка по разделке древесины (ГРУ) удостоена бронзовой медали ВДНХ (выставка «Лесдревмаш-79») и к средине восьмидесятых принята к серийному производству. Тогда же рассчитан реальный экономических эффект от работы первых, поступивших в леспромхозы, агрегатов – 600 тыс. руб. (в ценах восьмидесятых годов)
Не прерывалась все эти годы и творческая работа Смоленцева над словом, успешно начатая им еще со студенческих времен. За годы учебы в Йошкар-Оле Смоленцев прошел путь от автора институтской многотиражки до молодого поэта, представленного на страницах республиканской печати, чьи стихи рекомендованы Правлением Союза писателей Марийской АССР на рассмотрение главному редактору журнала «Юность» Б.Н. Полевому (письмо СП от 24.04.1962, за подписью Председателя правления С. Николаева).
В Кирове все оказывается сложнее… Да, в 1967 году выходит первая книга И. Смоленцева «Ветры севера». Но с средины семидесятых годов рукописи новых поэтических книг Смоленцева, возвращаются автору с отрицательными, а то и – разгромными рецензиями членов СП, Кировской писательской организации. Тех самых, нынешних, - к средине семидесятых, - членов СП, которые при начале общей кировской поэтической юности, средины шестидесятых, писали Смоленцеву на своих первых книжечках, игривым женским почерком «Товарищу по несчастью, ибо счастливые стихов не пишут». Но Смоленцев был далек и от игривости, и, на уровне почвенного, народного в существе, миросозерцания, не просто далек, а диаметрально противоположен отношению к творчеству как к «несчастью несчастливых».
И даже становящийся традиционным возврат рукописей, Смоленцева несчастливым не делает. Он уверен в себе. Уверен в своем творчестве. И, думаю, именно эта уверенность позволяет Смоленцеву обратиться к Виктору Федоровичу Бокову, приехавшему в Киров, в составе писательской делегации, участников Дней литературы. Именно так, - не будь Смоленцев уверен в своем творчестве, он не позволил бы себе, - искать профессиональной поддержки вне официально установленного порядка. А весь официальный порядок сводился к взаимодействию с региональной писательской организацией. Да, так же в порядке вещей, была авторская возможность обращения в центральные творческие издания. И Смоленцев, с не меньшей настойчивостью, чем с рукописями, работал и в этом направлении. Подборки Смоленцева несколько раз готовились к печати, об этом есть краткие положительные ответы автору от Александра Боброва, Юрия Гусинского, но публикации так и не состоялись (не прошли на редколлегиях, или и до столицы достигала тень региональной организации?).
Вот записка Виктора Бокова директору Кировского издательства, которым тогда был В.В. Заболоцкий:
«Дорогой Владислав Владимирович! Я прочитал новую книгу Ив. Смоленцева. Это хорошая цельная книга. С удовольствием напишу предисловие к ней, когда будете издавать. Книга достойна издания и самого доброго отношения. Приветствую Вас!» (10 декабря 79, Киров) – личная подпись Виктора Бокова.
Я кланяюсь сейчас Виктору Федоровичу Бокову за эти несколько очень непростых строк. Непростых, потому что читаю внутренний смысл (пусть уж профессионалы рассудят прав я или нет): что значит сказать «с удовольствием напишу предисловие», к книге автора, первый сборник которого издан двенадцать лет назад? Это значит сказать: боитесь или не хотите издавать, хорошо, - беру ответственность на себя, «с удовольствием напишу предисловие»; не просто: «напишу предисловие», а «с удовольствием напишу» (так и вижу, как «с удовольствием» улыбается Виктор Боков над областными перестраховщиками). Что значит написать предисловие – значит, взять ответственность на себя. И потом, Виктор Боков пишет – «книгу»; не рукопись, не большую подборку, - «книгу», и книга эта, в оценке Бокова – «хорошая цельная». Значит, - есть и поэт, есть - миросозерцание.
Я кланяюсь Виктору Федоровичу Бокову, не памяти его, а ему самому, ведь у Бога – все живы, тем более – живы поэты, тем более живы – поэты, ответственные за свое слово.
Но 1979 год – записка Виктора Бокова и 1986 год издание - все-таки той книги, о которой и пишет Боков, - но не в Кирове издание, а в Москве и, да – все-таки, благодаря ответственному слову Бокова о «хорошей цельной книге».
Но семь лет жизни…
В 1986 году Смоленцев, отдав результаты своего четверть векового научного и технического труда в чужие буквально руки, вернулся на малую родину в село Косолапово. Возглавил им же созданную Лабораторию механизации Марийского НИИ Россельхозакадемии в Косолаповском опытно-показательном хозяйстве, также находящимся в ведении НИИ. По собственному проекту построил две плотины на реках своего детства: реке Лаж (село Кузнецово Кировской области - в трех километрах родовой, рода Смоленцевых, деревни Бор) и на реке Буй (село Косолапово). Два из 27 изобретений – сделаны и оформлены и получены Авторские свидетельства уже в «косолаповский период». Это – «Почвообрабатывающее орудие» (оригинальная конструкция плуга) и «Водосбросная плотина». Как раз этими плотинами, по этому проекту и перекрыты были реки Буй и Лаж. Проект плотины вызвал огромный интерес, поступали запросы на проект из Татарстана, Ульяновска, Оренбурга. Серьезно заинтересовались проектом в Ленинградском отделении АН СССР. Но публикация И. Смоленцева, подготовленная самим автором, «Цельнокорпусный водосброс плотин на малых реках» в научно-практическом журнале Минсельхоза «Мелиорация и водное хозяйство» вышла только в мае 1993 года; и развития этот проект получить уже не мог.
За семь «косолаповских лет», даже – за пять лет, потому что девяносто второй, - был уже годом тяжелой болезни, хотя прежде чем слечь, преодолевая недуг (болезнь давала о себе знать), он еще летом завершал (и завершил) строительство плотины в Кузнецово - Смоленцевым разработаны и введены в эксплуатацию (не считая двух плотин) в Косолаповском ОПХ им. Мосолова – зерноочистительный пункт, отделение мойки корнеплодов, несколько транспортных тележек различного сельхозназначения, машина для резки семенного картофеля и еще целый ряд, орудий и приспособлений для облегчения труда сельского жителя. Все разработки задокументированы Информационными листками Марийского центра научно-технической информации.
При всем этом он постоянно читал, не расставался с Историей России – заказывал в Косолапов издания из «Академкниги» - тома Собрания русских летописей, произведения Древнерусской литературы, многотомное издание Русского законодательства Х – ХХ веков, Письма и бумаги Императора Петра Великого (издание АН СССР 1946г.) и многое другое, не только историко-литературное, но и книги по экономике, труды проф. Александра Чаянова, техническая литература. Книги эти и до сих пор стоят на отцовскими руками сделанных книжных полках, здесь, в Косолапово.
И все это вместе с неослабевающим пульсом литературной работы. И не только поэзия, но и сельская экономика, и жизнь села – предмет мысли Смоленцева. Газета «Марийская правда» публикует две статьи Смоленцева, названия которых говорят сами за себя. Это «Река и плотина» в выпуске от 8 декабря 1989 года и «Аренда на перепутье» в выпуске от 1 марта 1990 года.
Да именно – так. Не только стихи, но и мысль об устроении сельской жизни на основах здравого смысла, традиционных нравственных и экономических устоях, - все заботило Ивана Смоленцева. До тридцати единиц документов в его бумагах в Косолапово – это переписка с редакциями центральных газет и журналов, с издательствами, с Комитетом по делам изобретений (заявка на «Водосбросную плотину» дважды возвращалась автору с указанием на наличие аналогов в патентах США, Германии; Смоленцев сумел доказать оригинальность своей конструкции).
И за это же время - стихи Ивана Смоленцева, собраны им в четыре поэтические книги, рукописи (в машинописном варианте) которых подготовлены к публикации после возвращения Ивана Смоленцева в 1986 году на малую родину. Рукописи собраны, каждая в отдельной папке, объем каждой порядка двухсот стихотворений. Рукописи озаглавлены - «Круги», «Блики», «Сквозь камень века», «Забытый дом». Рукопись «Забытый дом» имеет дату: «10.05.1989» и была отправлена в издательство «Советская Россия». Есть ответное письмо издательства с отказом, из-за отсутствия бумаги от 16.04.91. Дата 10.05.1989 позволяет предположить, что на этот момент - все четыре книги были готовы. Рукопись «Блики» предлагалась в издательство «Молодая гвардия» - рукой автора написаны: обращение в издательство, аннотация, автобиография.
Ни одна из рукописей не была опубликована при жизни автора. Но основной корпус стихов, составляющих неизданные книги, вошел в также автором подготовленную рукопись книги «Сторонушка».
Книга «Сторонушка» должна была увидеть свет в 1990-1991 году, рука автора должна была коснуться драгоценных страниц полновесного, наконец-то, собрания своих поэтических раздумий. Но… о горькой участи книги «Сторонушка» надо говорить отдельно. Говорить, размышляя о судьбе Ивана Смоленцева, размышляя в целом о пути человека в мире земной жизни; как складывается этот путь, чем определяется, какова роль человека в устроении своей жизни и какова роль судьбы, каков Божий промысл о человеке, и как согласуются воля человека и воля Божия?
Смоленцев отвечает на эти вопросы своим творчеством и своей судьбой, до алмазной твердости выстраданными (здесь, не только «страдание», но и – «страда»), вызревшими в недрах личности строками:
Гнули — устало мучиться,
Криво, клонясь, ползти.
Дерево трудно учится,
Ствол распрямив, расти.
(…)
Прямо растет, пытается
Дерево быть собой,
Гнется еще, случается,
Но наравне с судьбой.
(И. Смоленцев «Гнули — устало мучиться…»).
Наравне с судьбой…
Строка навязчива порой
Порой бездумна и фальшива.
И лишь одна строка не лжива,
Та, что повенчана с судьбой. -
(И. Смоленцев, «Строки и судьбы»)
Да, стихи Ивана Смоленцева – правдивы, честны. Он писал только о том деле, которое сам делал, о той жизни, которой сам жил. Конечно, сопричастность событию - не главное качество для поэзии. И стихи Ивана Смоленцева ценны не только правдой факта. Его лучшие строки открывают через правду быта - правду бытия, которая в основе своей и есть – и художество, и поэзия. Он не только сумел прожить одной с поколением и страной жизнью, но сумел осмыслить, понять свое время, сумел рассказать об этом. Сумел не замкнуться на своей биографии, на деталях судьбы. Но, восприняв боль, очистив испытанием душу, не просто выжил, но дорос до осмысления того, почему выжила деревня, почему выжил он, почему народ, не только выжил, но победил в Великой войне, почему вообще всегда побеждали русские люди, в чем сила русская. И он ответил: В силе земной, в – земле, на которой и крестьянин стоит и деревня его, и лес. В любви к родной земле, которая - и поле и пашня и луг, и… облако над полем. В любви, передающейся от поколения к поколению, и соединяющей все поколения в Народ.
Народ… возвращаясь на малую родину, Смоленцев возвращался к своему народу. К народу, с которым вместе пережил он военное лихолетье, к народу, в котором он вырос, у которого научился любви к родной земле, от которого воспитался, - напитался как колос от почвы, - жизненной силой, жизнестойкостью и жизнелюбием… Скажу кратко: своего народа Смоленцев там не застал. Он был готов к этому, он был поэт, но не мечтатель, а практик. Он потому и вернулся, что считал возможным разбудить в населении – народное чувство, чувство народа, он был уверен, что это ему будет по силам… В начале девяностых он горько заметил мне: Народа больше нет, я думал осталось, хоть что-то, но – нет… И даже тогда, Смоленцев сдаваться не собирался, это было не в его характере, не в его русском характере, – «еще посмотрим кто кого»… Он был полон планов и творческих, и планов обустройства сельской жизни, не только родного села, но и русской сельской жизни…
Однако… «наравне с судьбой»… И – «календарь судьбы – февраль»… Иван Смоленцев не предсказывал время своего ухода, эти строки о его маме, Анне Алексеевне, и о его отце Иване Кузьмиче, который как раз в феврале 1942 года безвозвратно ушел на фронт, остался «без вести» на полях сражений…
Но, получается: предсказал - с дня 11 февраля 1993 года в «календаре», моей уже судьбы, февраль – особый месяц.
Похоронен Иван Смоленцев на Косолаповском сельском кладбище.
Алексей Смоленцев,
январь 2023, с. Косолапово
Иван Иванович Смоленцев (01 сентября 1935, д. Бор, Сернурский р-н Марий Эл - 11 февраля 1993, с. Косолапово, Мари-Турекского р-на Марий Эл)