Наталка прислушивалась к тому, как ворочается отец с боку на бок.
Нет, ты посмотри, вредный какой! Взял моду характер показывать!
Начало тут
А с другой стороны и она, Наталья, хороша! Толком ничего не объяснила, не поговорила с отцом по нормальному, не выслушала его, не успокоила, а только ножкой топнула, мол операция, и точка! А ведь это в первую очередь ему решать. Да и подход наверное другой нужен...
Вспомнилось ей, как тогда, много лет назад успокаивал её папка, уговаривал, утешал, и рассказывал, как славно они будут жить. Она, Наталка, с маленьким сыночком или доченькой, и он, счастливый дед и отец.
Наталка тогда только и делала, что ревела днями напролёт, оплакивая свою несчастливую судьбу, ругая по чем свет стоит себя, такую глупую, доверчивую дурочку.
- Да что же ты ревмя ревёшь, глупенькая? Радоваться надо, человек в тебе растёт! Настоящий, живой человек, Наталка! Это же самое настоящее чудо, счастье великое, а ты тут болото разводишь!
- А что, мне теперь ходить да радоваться, когда каждый с расспросами лезет, да в пузо пальцем тычет! Сквозь землю провалиться охота от стыда!
- А у других мало того стыда? Пусть за собой смотрят, а мы уж без них как-нибудь разберёмся. Ты молодая, здоровая, красивая деваха! Чего бы не родить- то? Ты сама оглянись вокруг, да погляди, кто рожает! Иных со стопкой в роддом увозят, а дети зелёные рождаются. Не тебе стыдиться надо, а тому, кто дело сделал, и в кусты. А уж то, как мы воспитывать его будем, не ихнего ума дело! Чай по дворам с протянутой рукой не пойдём, сами справимся.
Мало помалу, дошли слова отца до Наталки. Успокоилась потихоньку, реветь да плакать перестала. Улыбаться начала, да жизни радоваться. А там и время подошло, не вечно же дитя в животе сидеть будет!
Провожал её папка в роддом, волновался страшно. Шутка- ли, дедом вот-вот сделается! Внук у него будет, а может внученька!
До последнего дня не могли определить пол ребёнка. Ты глянь-ка, что делает! Видать, шибко скромный, раз место своё причинное напоказ не выставляет!
Женщины деревенские уж и по лицу пытались определить, кого Наташка носит, и по форме живота!
И кого слушать?
Бабка Марья, соседка, пять кругов вокруг Наталки сделала, и так, и сяк её оглядела, головушку задумчиво почесала, и сообщила, мол по всему выходит, что парнишка родится!
Валентина, многодетная мать, что в начале улицы живёт аж покатилась со смеху.
- Это где же ты парнишку углядела, баб Маша? Девка у неё, точно тебе говорю!
- Что это девка- то? Ты погляди, личико чистое, гладенькое, не рябое. А живот? Вот то-то же, Валька!
- Да в том и дело, что живот, баба Маша! Ты смотри, как расплылся! А то, что пятен нет, так то давно не признак! Я вон, трёх девок родила, и ни пятнышка, а золовка моя одного парнишку кое- как доносила, а лицо- словно пьёт, не просыхая. Вся рябая, да пятнистая.
Наталке хоть и было любопытно, кто родится, но не знала она, кому верить.
- Папка, а ты как думаешь, кто родится?
- А мне почем знать, Наталка? У меня глаз совсем не рентгеновский. Потерпи чуток, скоро скажут.
- А ты сам кого больше хочешь? Внука, или внучку?
- Я- то? Так знамо кого! Кого родишь, того и любить буду, да баловать. Родится внук- будем с ним на рыбалку ходить, машину чинить, да гвозди колотить по чем зря. А коли внучка родится, тогда... Задумался Олег, замолчал, а потом аж глаза прикрыл, да улыбнулся, до того в мечты свои погрузился.
- Что, папка? Если внучка родится, тогда что?
- А что изменится, Наталка? Внучка и внучка. Будем с ней и на рыбалку ходить, и машину чинить, и гвозди колотить , делов-то! Пусть учится, лишним не будет.
- Да ну тебя, папка! Всё шуточки тебе!
- Главное, Наталья, чтобы здоровеньким родился, а кто, дело десятое.
Уж как радовался Олег, когда внучка у него родилась! Голову задрал, плечи расправились, словно бы даже выше ростом стал. Девочка, внученька, красавица маленькая!
С рук не спускал он Людмилку свою. Любил так, что аж сердце заходилось от той любви да нежности. Дед! Он теперь дед!
И Люда деда любила без ума и памяти. Едва начала лопотать, так только и слышно было дедь, дедь.
Сколько воды утекло с той поры? Сколько событий разных было? И плохое было, и хорошее. И всегда рядом с ним дочка любимая, да внученька.
Пыталась Наталка судьбу свою устроить, да не вышло. Мало кому чужой ребёнок нужен. Махнула рукой, мол ладно, папка, не в мужиках счастье. Ну не везёт мне, что теперь, на каждого встречного кидаться? Я уж лучше одна, потихоньку, помаленьку, зато не клята, не мята, и дочку никто не обидит.
Переживал отец за дочь. Разве дело это, когда молодая да красивая одинока?
Наталка смеялась, мол я лучше одна, папка, чем с кем попало! А то смотри, если что могу быстро зятя тебе привести. Хоть вон, Ваньку Макаренко. Будет он пить, а я его по деревне искать. Или Кольку Филатова. Чем не жених? Ну и что, что у него в каждой деревне района семеро по лавкам, да долгов с три короба, зато я при мужике буду.
Смеялся Олег, мол согласен, уела Наталка, уела. Уж лучше так, чем с кем попало. Смеялся, да приговаривал, мол не переживай, дочка, будет и на твоей улице праздник. И рядом с твоим домом камаз с пряниками перевернётся!
На пенсию уже вышел Олег, на заслуженный отдых, когда Наталка с мужчиной познакомилась. Люда уже школу заканчивала, в город поступать собиралась.
Стали встречаться. Володя вахтой работал, и получалось, что домой приезжал на несколько месяцев в году. Замуж позвал Наталку, да та в позу встала, мол что народ смешить? У меня дочка невеста, да я замуж пойду! Да и ты хорош муж, ничего не скажешь! Да за то время, пока ты на своей вахте пропадаешь, можно уже и ребёнка и выносить, и родить! Тебя же 8 месяцев в году дома не бывает!
Вот и получается, что вроде и вместе, а вроде и порознь. Как приезжает Володя с вахты, так сразу к Наталке бежит, вроде как жена, пусть и не официально. Второй год уже маются, один всё боится, что деньги не все заработал, а вторая не хочет при живом муже одна жить.
Теперь уже и Людмилка- невеста, диплом через пару лет получит.
А тут болячка эта, совсем некстати. Строго- настрого запретил Олег Людмилке говорить про операцию, да про здоровье, мол нечего ребёнка волновать, да нервировать.
И Наталка молчала. Молчала, да только Люда не глупая, приехала домой на выходные, там краем уха услышала, там специально подслушала, там подсмотрела, да поняла, что скрывают от неё что-то. Что дед болеет, болеет не шуточно, а лечиться отказываться.
Всю неделю ходила Людочка сама не своя, а потом не выдержала, да матери допрос с пристрастием устроила, мол всё равно узнаю, лучше сама рассказывай!
Сдалась Наталка, всё дочери выложила, как на духу, мол так и так, сердце, операция нужна. Вроде и страшного ничего нет, а дед в штыки, нет, и всё тут. Есть мол риск, куда без этого? Да только и без операции долго не протянет папка, поизносился моторчик- то.
Задумалась Люда. Надо что-то делать. Вот только что? Ладно, для начала разговор, серьёзный разговор с дедом, а там посмотрим.
И ведь лиса какая! Мимо Наталки, и сразу к деду. Дверь в комнату закрыла, о чём-то шепчутся там, шушукаются, хохочут.
Наталка, словно маленькая, на цыпочках к двери подошла, ухо приложила, слушает, аж дыхание затаила!
А они, там, за дверью, словно что почуяв, ещё тише разговаривать стали. Пошептались, пошушукались, да рассмеялись снова.
Наталка так же на цыпочках тихонько от двери отошла, да на кухню сбежала, чтобы не заметили её. Согрела чайник, накрыла стол, да зовёт деда с внучкой, нарочно громко, мол идемте чай пить, хватит вам шептаться!
За столом Олег сидел задумчивый, всё исподтишка поглядывал то на дочь, то на внучку. Немного посидел, да сославшись на то, что устал чуток ушёл к себе в комнату, мол подремлю немного.
Наталья, напустив на себя строгий, суровый вид глядела на дочь, мол что ты деду сказала? Что придумала? Поди сказала, что всё знаешь?
- Ничего, мама. Ничего я ему не сказала, не бойся. Но думаю, что всё будет хорошо, успокойся.
***
Олег, сидя на кровати нервно крутил пульт от телевизора в руках. Вот что с ними делать, с девчонками этими? Вот ведь стрекозы...
Люда, заскочив на минутку к деду, ни словом, ни делом не показала, что знает о том, что болеет дед. Сделав загадочное лицо, словно владеет Великой тайной, Люда, обняв деда по своему обыкновению начала рассказывать о том, как у неё дела, что нового, а потом, улыбнувшись, шёпотом спросила:
- Дед, а ты тайны хранить умеешь?
- Тайны- то? А то как же! Тайны- они на то и тайны, чтобы их хранить. То ли сама не знаешь, Людмилка? Сколь-нибудь и твоих тайн сохранил, или забыла? А то влетело бы нам обоим с тобой! Помнишь, Люда, как мать в школу вызывали за то, что ты окно разбила? А как ты под утро домой явилась? Или ещё что вспомнить?
Люда, тихонько рассмеявшись, обняла деда.
- Помню, дед! Я тебе сейчас такое расскажу! Такое!
- Так рассказывай, егоза, не томи, а то лопну от любопытства!
- Ты же знаешь, что Володя скоро приедет?
- Да как не знать? Мать ждёт его, вроде в конце октября должен явиться.
- Да, в конце октября приедет. Так это не главное! Он насовсем едет! Больше на вахту свою не поедет, сказал, что устал, пора на одном месте осесть. Хочет дом купить, что Монаховы продают, да мамку замуж позвать! И чтобы свадьба у них была настоящая, всамделишная, прям под новый год! Вроде как новый год, новая жизнь!
- Тааак, а ты это всё откуда знаешь?
- Деда! Ну как откуда? Мне Володя звонил, советовался, как лучше сделать, спрашивал, не пошлёт ли его мама куда подальше. Оттуда и знаю, что он сам мне всё рассказал! Конечно свадьбу под новый год это я ему посоветовала, а так он всё сам решил. Ты только молчи, дед! Маме не слова, это тайна, сюрприз!
***
Телевизор бормотал фоном, а Олег думал.
Молодец, Володя. Хороший мужчина, Наталке под стать. Хорошим мужем будет, а там дай Бог, может ещё и отцом станет, какие их годы? По телевизору вот что показывают, и бабы под пенсию рожают, а мужики так и вовсе старики, а туда же, отцами делаются! Этот вон, всю жизнь клоуном скакал, юморист, шутник, а смотри-ка, старую жену на молодую сменил, да отцом стал , мальчишку совместного родили, а чем Наталка с Володей хуже? Они по нынешним меркам совсем молодые.
Пусть живут, может я ещё на свадьбе погулять успею...
Как -то незаметно задремал Олег. Вроде и недолго проспал, а сон увидел такой длинный, яркий, красочный.
Вроде как Наталка замуж выходит, как полагается, в платье белом, да длинном, до того красивая дочка у него, что украдкой смахивает Олег слезы, мол дождалась Наташа своё счастье!
Другая картина, а там Наталка уже с животом, и Володя держит её за руку, а сам улыбается, мол сын у меня будет, сын! И Наталка, повернув счастливое лицо к нему, Олегу, говорит, мол внук будет у тебя, папка! Будет тебе и рыбалка, и машину чинить , и гвозди колотить!
И картинки эти сменялись одна на другую.
Вот счастливые лица, и молодая мама с букетом, а Володя- отец, неловко, неуверенно держит свёрток с сыном, а Люда, приплясывая от нетерпения просит уже показать ей брата, и не просто показать, а дать подержать. И аккуратно отодвинув уголок, заглядывают все внутрь, любуются на маленького мальчика, что так смешно скривился, и готов вот-вот заплакать!
И рыбалка снилась Олегу, где внук радуется богатому улову, и гвозди они забивают вместе с дедом, и машину чинят.
И где- то вдалеке виден смутный силуэт Ларочки, которая смотрит на него, Олега, с грустью, и шепчет:
- Живи, Олег! Живи! Рано тебе сюда, не пришло твоё время...
Почти неделю думал Олег, размышлял, что лучше? Плыть по течению, опустив руки, или рискнуть, довериться, да сесть в лодку с помощью?
А потом, слово проснувшись, подошёл к Наталке, мол поехали к твоим врачам, пусть режут. Охота жить- то, дочка! Ох как охота! Только сам платить буду, есть у меня кой- чего в заначке. Людочке на свадьбу копил, так потом ещё скоплю, какие мои годы?
***
И потом, проснувшись после операции оглядится мужчина, улыбнётся, и подумает:
- Живой! Хорошо- то как!
И Наталку свою увидит в свадебном платье, аккурат под новый год. Наталка поначалу вроде откажется замуж идти, а потом под напором дочки и отца согласится. Ну куда ей с ними спорить, когда без неё её уже сосватали?
И танец с дочерью станцует Олег. Отец он, или как?
И потом, видя как бережно Володя придерживает беременную Наталку под руку улыбнётся Олег. Вещий сон- то был , точно вещий. Стало быть внука ждать надо, а там и рыбалка будет, и всё остальное. А там глядишь, и до прадеда доживет Олег, Людмилка- то совсем невеста, последний год учится. Дело- то молодое!
Спасибо за внимание. С вами как всегда, Язва Алтайская.