Семён лишь один раз видел Аню, на свадьбе своего деревенского товарища и простая девушка ему показалась невероятно милой, скромной, каких в городе он не встречал ни разу. На самом мероприятии особой беседы не вышло - шум, пляски, песни, а на следующий день у него уже был куплен билет на самое раннее утро, так толком и не вышло путёвого знакомства...
По приезду, из головы не выходила миниатюрная девушка, вроде и не была красавицей - мелкая, худенькая, пугливая, а всё равно думал о ней Семён целыми днями. Не выдержал, написал письмо другу, просил узнать её адрес и едва дождавшись ответа, спустя две недели, начеркал для неё целых два листа. Немного сомневаясь, вложил свою фотографию, самую удачную, на фоне самолёта, что стоял у них во дворе дома, как музейный экспонат.
Аня чуть в обморок не упала, читая признания городского парня, влюбилась больше в карточку, нежели в самого Семёна, толком и не разглядев его тогда на гулянке. Да и не приняла всерьез интерес красавца приезжего, неужто взглянет такой на замухрышку? Так уж, думала болтал от нечего делать, от скуки.
Да и как она может приглянуться так сразу? Учится на швею в местном ПТУ, старшая из трёх дочерей, считай помощница главная матери, руки от работы красные, грубые, нос обгорел, платье простецкое из дешевого ситца, пахнет от неё дымом банным, да луком жаренным...
Ан нет! Пришлась по душе ему деревенская девчонка, да так, что измудрился, адрес достал и пишет слова красивые, что сердце в пятки уходит! При случае показывала письмо и фотографию подругам, гордо задрав подбородок, вызывая их удивление и зависть.
-Уже третье письмо от него! Обещался летом опять приехать, после того как экзамены сдаст! Говорит, я самая красивая в селе нашем.
Девчонки желая уколоть от досады свою подругу выдвигали разные предположения, всё еще не веря тому, что образованный и видный городской польстился на их Аньку.
-Делать ему нечего, вот и сходит с ума от скуки письма написывает.
-Он просто не видел Маришу Ерофееву, ежели бы ему на свадьбе она вперед попалась бы, сразу бы к себе в город забрал, не стал бы тянуть...
Но случилось всё именно так как случилось, в майском письме Семён предложил Ане совершенно невероятную затею - в июне он собирается ехать в деревню, но не к другу, а именно к ней, вместе со своей мамой. Девушка охотно согласилась - чего ей тут ждать хорошего, в трудах да хлопотах, да и её уставшая мать особо была не против, радуясь, что удачно сплавит хоть одну дочь, глядишь и помощь какую окажет из города.
Свадьбу решили не играть, еще одна радость была для матери Ани - меньше трат и забот лишних, свозили молодых в местную администрацию, печать в документах поставили вот вам и бракосочетание! Уезжала молодая семья со свекровью уже на третий день, собираясь впопыхах, в суете, толком даже не поговорив друг с другом.
Только в поезде сердце девушки стало успокаиваться, мысли собираться в кучу - жалела, что не видели подруги, как шла она под руку с Семёном, досадно было, что соседи и не поняли даже наверное, что замуж вышла Аня, небось решили, что просто гостей встречали, но прогнав эти думы, улыбнулась, про себя повторяя заветные слово - "Жена, я теперь жена!"
Скромно сидя на сидении, несмело поглядывала на мужа, смущенно улыбалась, когда ловила его взгляд, а Семён, видимо стесняясь мать был сдержанным, но подмигивал Ане украдкой и при возможности слегка касался её руки.
Девушка обратила внимание, что свекровь, Вера Николаевна сидит молча поджав губы, недовольно смотрит в окно, будто расстроенная. Ана списала это на обстановку, долгую дорогу, да и не привыкли они еще друг к другу, чтобы болтать без умолку как лучшие подружки.
"Ничего, подружимся! Я буду стараться угодить, помогать как сумею, научусь всему, главное Семён рядом, в обиду не даст..."
С самого первого дня Анна поняла, что все сказки, что она расписывала у себя в голове так и останутся сказками - когда приехали в городскую двухкомнатную квартиру. Вера Николаевна устало скинула туфли, не глядя на невестку прошла в ванную мыть руки и принялась давать указания сыну, будто Ани нет рядом.
-Сынок, чайник поставь, устала я с дороги, как собака. Сём, за таким "сокровищем" не обязательно было в даль несусветную мотаться. Знала бы, не поддалась бы твоим капризам.
Теперь уже удостоила вниманием Аню, указала глазами на сумки.
-Что стоим дорогуша? Раз уж парня заарканила, уж не знаю чем ты его заворожила, ума не приложу, не стой открыв рот. Сумки бери, раскладывай вещи, продукты в холодильник убери.
Семён равнодушно натянул домашние тапочки, оставил женщин один на один, удалился в комнату смотреть телевизор. Вера Николаевна, глядя, как Аня вытаскивает банки и сует в холодильник, следом ставит на полку пакет с яйцами, вспылила.
-Ну куда, совсем что ли? Банки нужно вытереть, убрать в кладовую, яйца и вовсе помыть с содой, перетравить нас всех хочешь?
И так пошло во всём - сплошные упрёки, измывательства и унижения. Готовить она не умеет, уборку делает так, что приходится переделывать, стирает плохо, ведет себя как мышь забитая, что Вере Николаевне стыдно перед людьми.
-Ну как невестка, Вер, помогает? Нравится тебе?
-Да кто нас спрашивает? Средней паршивости, сойдет...
Говорила она это подруге будто бы в шутку, но глядела на сноху со злостью, что Аня понимала - это она еще не всё сказала, что думает. Семён вел себя очень странно, даже иной раз соглашался с матерью, мол, ошибся, притащил в дом деревенскую, а толку мало...
-Сём, ты представляешь? Сковороду спалила, которую нам брат мой из Белорусии привёз, теперь только на помойку. А твой свитер постирала с отбеливателем, иди полюбуйся на тряпку половую.
Семён цокал языком, обиженно дул губы, с укором смотрел на жену.
-Ты уж раз денег не зарабатываешь, хотя бы не порть имущество наше!
Аня и сама понимала, что не приспособлена к хозяйству, хоть и росла всю жизнь в трудах, в деревне. Мать к домашним делам дочь не допускала, боялась, что девушка попортит продукты, сделает не так как надо, что придется тратить время, переделывать.
Девочка с самого раннего детства либо нянчила младших сестёр с младенчества, либо выполняла уличную работу - натаскать воды, подоить корову, прополоть огород, дрова сама стала колоть, когда отец помер. Так и выросла не зная как сварить кашу или испечь пирог, а в городе эти знания ну никак никуда не приложить.
Аня мечтала о скором рождении ребенка, надеясь, что малыш растопит сердце свекрови, сделает Семёна боле ласковым, любящим, но тут появилась еще одна проблема. Вера Николаевна всячески мешала молодым остаться наедине, то и дело выдумывая для сына ненужные дела или бесцеремонно врывалась в их комнату посреди ночи.
-У меня телевизор плохо показывает, я у вас тут тихонько посижу.
-Сём, в вашей комнате теплее, там дует, раскладушку постели мне.
Она будто бы специально всё это делала, не желая появления внуков вызывая горечь и разочарование Ани. Не такой она представляла себе семейную жизнь, у мамки жилось намного лучше... Уйти бы от них, сразу обрадуются...
А как уйти сейчас? Куда? По деревне сразу слухи пойдут, что никчемная Анька, не зря подружки сомневались, не верили. Да и мама родная не даст жизни после всего этого, станет причитать о позоре, о том что на младших дочерей теперь ляжет тень, смеяться станут все вокруг...
Принять решение помогли брюки мужа, вернее их глажка. Обычно, этим занималась Вера Николаевна, не доверяя неумелой невестке хорошие вещи сына, но в этот день ушла в гости неожиданно к подруге, а Семёну срочно брюки подавай, глаженные как на выставку. Ходил нервный, торопился, вот Аня и переволновалась, желая угодить - стрелки на штанинах уползли в бок, покосились, места где прошлась горячим утюгом без марли заблестели, а глаза Семёна резко налились кровью.
-Ты назло мне делаешь? Что это такое? Как в этом теперь идти к начальнику?!Дура, права была моя мама, говоря, что притащил из деревни чёрт те что! Где были мои глаза?
Он в ярости сунул её паспорт в тряпичную сумку с которой она приехала и сунув в руки Ане, грубо вытолкал за дверь со словами, что больше не хочет видеть её никогда в жизни.
Аня растерянно стояла посреди улицы едва сдерживая слёзы и ей казалось, что с ней случилась настоящая трагедия, страшная беда, после которой уже нет никакой жизни впереди. Она еще несколько раз оглядывалась назад, в надежде, что Семён выскочит, позовет её обратно и извинится за грубые слова - не зря же он писал ей такие красивые письма! Но нет, он и не думал догонять её...
Пройдя немного по улице, Аня растерянно глазела по сторонам, совершенно не понимая как дальше быть - денег нет, назад она туда больше не вернется, не дай бог свекровь еще вернулась, добавит пару ласковых... И ноги сами повели её в общественную баню, куда она пару раз провожала Веру Николаевну с сумками, когда та устраивала себе банный день с подругами и тащила туда кучу баночек, термосов, полотенец.
Пока Аня ждала свекровь внизу, уборщица, женщина лет пятидесяти, участливо спросила у Ани - не холодно ли ей с открытым окном и мягко намекнула где тут туалет, если будет необходимо. И сейчас почему-то именно этот момент вспомнился девушке, она уверенно шла в сторону бани, надеясь, что женщина даст ей денег на проезд до деревни.
Надежда всплеснув руками выслушала девушку, отругала бессовестных людей, пожелала им расплаты свыше.
-Что бы руки у них отсохли, безбожники! На кой ляд тогда притащили тебя от матери? А ведь прикидывается приличным человеком, ходит в пальто дорогущем, с причёской...
Это она говорила уже конкретно про Веру Николаевну, позабыв про уборку и возмущалась так, что уронила на пол швабру и тут же успокоилась.
-Почём билет твой, дочка? Не знаешь? Погоди, домою, вместе до вокзала дойдем, поди и не знаешь где? Заблудишься ещё...
Пока Аня ждала Надежду, несколько раз меняла ей воду, приносила полное ведро, заботливо добавляя туда кипятка из чайника, что стоял в подсобке.
-Ой, моя хорошая, не таскай тяжелое!
Тем не менее помощь ей была приятна, и Надежда чувствовала себя очень важной, понимая что судьба беззащитной девушки почти в её руках.
Дойдя после сделанной работы до вокзала выяснили, что автобус будет только через два дня и Надежда, расстроившись, несколько раз уточнила это в кассе, все же надеясь спровадить Анну. Добро добром, а возиться с чужими проблемами несколько дней женщина не горела желанием совсем...
-Вот тебе и раз, здрасти, приехали! Куда ж я тебя дену?
***
-Ну, Анька, ты так сильно отжимаешь бельё, видать свекровка будет жесткой, крепкой на руку!
Это мать Анюты, во время совместной стирки примету народную вспомнила, пророчит дочери судьбу на годы вперед. Анюта смеется, не верит в скучные слова, считая всё глупостью и ерундой.
Конечно, о замужестве мечтала с детства, впрочем, как и многие деревенские девушки, представляла себя любимой женой, в своём доме - стоит такая у плиты, светит солнце из окна, она жарит блинчики для суженного, провожая на работу целует перед выходом и кругом сплошное счастье и радость...
Уж никак не ожидала Аня, что слова матери пророческими окажутся и сейчас будет стоять она посреди города с одной авоськой с парой носков внутри, брошенная, оплёванная и униженная собственным мужем.
Винила больше свекровь, нежели Семёна - если бы не она, то возможно и было бы у них счастье, не понравилась девушка матери мужа, вот взрослая женщина и приложила все силы, чтобы повлиять на сына. Спрашивается, а чего сразу не сказала, зачем добро дала на свадьбу и потащила её из деревни в город?
Ну не умеет она многого, ни готовить толком, ни убираться, а как всё это уметь, если всю жизнь считай во в дворе провела - то навоз чистит в сарае, то корову доит, то с сёстрами младшими возится. Не считала нужным мамка дочь этим делам обучить, хлопотно всё это, лучше самой сразу и суп сварить и прибраться, а пока учишь, сколько времени уйдет... Матери легче было, а сейчас вот Аньке всё это боком вышло, выгнали из дому такую непутёвую!
Надежда, подвернулась Аньке совершенно случайно - девушка в отчаянии наткнулась на неё, помогла с дневной работой, перемыли полы в общественной бане в два раза быстрее, а едва знакомая женщина решила помочь попавшему в беду человеку.
-Денег тебе дам на дорогу, автобус через два дня, пока у меня, раз на то пошло, перекантуйся...Не на улицу же тебя выгонять.
-Тёть Надя, нельзя мне назад в деревню, засмеют, как я там буду? Да и мамка покою не даст, скажет сестёр опозорила, как теперь их замуж выдавать...
-Да уж... Деревенские законы мне знакомы, доченька, сама там по молодости жила пару лет, муж меня бил, а я пискнуть не смела о разводе. Папка смеялся, мол, бьёт, значит любит! Даже когда я беременная была, отлупил милый меня так, что потеряла я ребеночка, решилась сбежать, но не приняли меня ни папка ни мамка, сказали к мужу возвращайся...
Аня была очень благодарна Надежде, старалась помогать, готовила нехитрый ужин в общей кухне, но в маленькой комнате было тесно двоим и хотя Надежда не гнала скромную девушку, но было очевидно, что женщина не больно рада соседке и надолго тут оставаться нельзя. И даже то, что девушка нашла работу помощницей швей делу особо не помогло.
Зарплаты хватало только на скромное питание, частичную оплату платежей за комнату, нехитрую одёжку. О собственном жилье и не могло быть и речи, поэтому, когда за ней начал ухаживать тучный и не сильно улыбчивый Павел, она долго не думала, тем более девочки, что работали с ней поддержали её и не дали сомневаться.
-Девчат, он старше меня лет на десять, да и полноват как-то не похож на принца...Даже не чувствую ничего к нему, как думаете, что делать?
-И думать тут ничего не надо! Зато с квартирой мужик! Дура, не упускай, пусть и принц средней паршивости, но ты и сама не принцесса, дорогуша, когда еще нормального дождешься, кругом одни алкаши да балагуры.
После месяца отношений, Павел пригласил Аню переехать к нему в холостяцкую квартиру, чему девушка очень обрадовалась, хоть и сомневалась. Еще смущало, то что мужчина жил с матерью, а это значит снова придется жить по чьей-то указке, выслушивать нотации и указания...
В первый же день новая свекровь без особой радости встретила Анну, но разговорами не докучала, а когда пришла пора готовить ужин и вовсе скрылась в своей комнате. Павел с улыбкой глядел на молодую жену, в предвкушении потирая руки, представил вкусное блюдо.
-Вон, Анечка, мясо уже разморозила мама, давай чего-нибудь нам на вечер забабахй! Вся кухня в твоем распоряжении...
Он ушел, а Аня поискав глазами хоть какую-то книгу по готовке принялась вертеть в руках кусок говядины, размышляя, что может не так уж сложно его нажарить?
Надрезав его кусочками она бросила всё на сковороду, о отчего-то вместо того чтобы красиво румянится - всё прилипло и через какое-то время запахло горелым. Она живо сняла с плиты, залила водой и несколько раз посолила - получилось очень жестко, невкусно и совсем не аппетитно.
Закрыв дверь на кухню, она села на табуретку и заплакала, думая про себя - хорошо, что еще не распаковала сумки, можно смело собираться назад, даже не стоит ждать, пока выйдет свекровь и не опозорит её перед Павлом, голося на всю квартиру, кого он привел...
Свекровь, Елена Ивановна распахнула двери и встала в дверях, видимо почувствовав горелый запах. Она стояла замерев, глядела на варево в сковороде и на плачущую Аню. Заслышав шаги сына из коридора и его вопросы про запах, она вдруг кинулась к плите, схватила сковороду и сунула её вместе с содержимым в пустую духовку.
-Ань, мам, чего тут горит? Готов ужин? Ань чего ты плачешь?
Женщина приняла боевую стойку, уперла руки в бока.
-Паш, ничего тут не горит! С улицы запах, аж глаза слезятся. Иди кран почини наконец, пока мы с Анькой пельмени сварим.
Мужчина ушел, а Елена Ивановна достала испорченное мясо, выкинула в мусорное ведро, достала пакет пельменей из морозилки.
-Я на такой случай всегда запас держу. А ты старайся не показывать мужику такие вещи, сегодня промолчит, завтра припомнит, такой народ...
На следующий день, проводив Павла на работу, женщины топтались на кухне, Аня училась варить борщ, к вечеру пекли простой пирог и уже через месяц, они так подружились со свекровью, что она стала замечать, какой всё же милый мужчина Павел, вполне приятный.
Даже спустя годы Аня рассказывала не таясь, что сначала полюбила свекровь всей душой, с того самого дня, когда она спрятала сковородку с испорченным мясом и только потом,годы спустя, её любовь перешла на мужа - сильная, крепкая.
У них с Павлом роилось трое сыновей, почти друг за другом и они впервые поехали на родину Анны всей семьей, а там, в деревне, никто даже не понял, что муж-то у неё совсем другой.
Подруги, что остались тогда в деревне и завидовали её замужеству скорому и удачному, так и остались с мыслями нехорошими, что повезло серой мышке мелкой, так лихо замуж выскочить за городского богача и прожить ладно да складно столько лет...
Не рассказ - просто история одной женщины, что я услышала несколько дней назад.
Добавляю еще для вас ссылку на старую историю, про невыносимого "бабника" которому корпоратив чуть поперёк горла не встал и довёл мужика до горьких слёз...