Вернемся к законопроекту о наказании серийных доносчиков. Понятно, что "Новые люди" имеют в виду политические доносы и играют на наших исторических травмах. И эта замыленная фраза про “Сталин Сталиным, но кто написал четыре миллиона доносов?” Довлатовская. Довлатов, если что, имел неоконченное высшее образование - изучал финский язык.
Фраза глупая, сказана без дела. Я про доносы, про лагерную и судебную статистику тех лет читала много. Я ведь была трижды на Соловках, начала действительно обстоятельный интерес к истории репрессий именно с изучения Соловков. Сейчас уже не найду, но несколько лет назад я встречала подробный анализ по возбуждаемым в тридцатые политическим делам. И отдельно авторы обращали внимание, что в принципе по доносам дел открывалось очень мало. Этому было много объяснений. В первую очередь система не могла обрабатывать все доносы, потому что работала на пределе, захлебываясь в уже имеющемся материале. Во-вторых, категории дел по “контре” в принципе не предполагали их возбуждения через донос. В-третьих, при Сталине с самими доносчиками обращались не очень хорошо.
Страх перед системой был в народе колоссальный, все абсолютно понимали, что система пожирает вообще без разбора, в нее нельзя попадать в принципе, неважно, в какой роли: доносчика или его жертвы, потому что у того и другого шансы оказаться по итогу доноса в лагере были сопоставимыми
Доносов не писали, их было мало, в основном они, кстати, приходились на серийных доносчиков, типа известной Полины Николаенко, которая написала несколько тысяч доносов.
Доносы от серийных доносчиков обычно не принимали всерьез, не проверяли. Правда, интернета и биг дата тогда не было - не всегда система успевала понять, что имеет дело с серийным доносительством. Но в целом ни партия, ни МГБ-НКВД на доносчиков не опирались. Знаете, по каким материалам чаще всего возбуждались дела против “контры”? По оговорам под пытками. Это, конечно, не доносы.
Еще принято считать, будто советские люди везде писали анонимки. Это тоже не так.
Анонимки не рассматривались, если речь в них не шла об особо опасных явлениях, событиях
Если бы какой-то прохожий подслушал звонок Иннокентия Володина ("В круге первом") в посольство США и сообщил об этом анонимно в МГБ, информацию бы проверяли. Но анонимные сообщения по типу: "Мой сосед Василий работает на японскую разведку, я кожей чувствую" не рассматривались.
Анонимок не писали массово еще и по той же причине, по какой боялись не анонимных доносов: система казалась всемогущей, боялись разоблачения и самим попасть в кабинет к следователю. Система не разбирала жертв, так она была устроена. Правило советского человека с тридцатых - просто не попадать в ее поле зрения.
Писали советские люди много "аморалок". Жалоб на аморальное поведение. Но в партком и в профсоюзную организацию. И позже. Это было распространено и, между прочим, мало отражено в культуре: изучатели репрессий обошли аморалку стороной - им все Сталин покоя не дает.
Но что тогда получается? Партия “Новые люди” действует, как Сталин? Он сослал доносительницу Николаенко в Ташкент, подальше, чтобы не мучила доносами. У нас тоже хотят бороться?
А вот здесь указываю интересное - уровень оправдания в сталинских тройках примерно на уровне оправданий в сегодняшних уголовных судах (без учета дел по коррупции и служебным преступлениям - по них оправданий больше). Оправданий в уголовных судах было 12-14% в тридцатые. Сегодня до 0,05% без "служебных дел"